Непокорная красавица - Макгрегор Кинли - Страница 37

На этот раз желание оглянуться и посмотреть ему в лицо оказалось неудержимым.

– Нет, не заслужил! Я видела запись расходов в твоем журнале и знаю, что ты платил людям за то, чтобы они рассказывали о тебе всякие небылицы.

Он покачал головой:

– И все же я это делал. На моем счету много преступлений, включая убийство.

Глава 13

Лорелея отшатнулась от Джека. Неужели человек, который так нежно ее обнимает, способен на убийство? Говорят, он пират, хладнокровно убивший сотни людей, но это сказки. Человек, которого она знает, никогда бы не сделал ничего подобного. Разве что по очень убедительной причине.

– Ты кого-то хладнокровно убил? – прямо спросила она.

Он кивнул. Лицо не выражало никаких чувств.

– За что?

Джек отвел глаза, и на этот раз она увидела на его лице грусть и раскаяние.

– Он убил мою мать. – Голос был пустой, как будто он сказал о чем-то простом и незначительном.

– Как это было?

Джек вздохнул и запрокинул голову. Лорелея чувствовала, что он хочет отдалиться от нее, не говорить о том, что так близко его касается. Она терпеливо ждала, надеясь, что он уже научился ей доверять.

Как ни странно, ее терпение было вознаграждено.

– Он был владельцем борделя, где работала моя мать. Когда мне было восемь лет, она продала ему меня за пару туфель и сбежала с каким-то моряком.

Он не шевелился, но казалось, что поры кожи кровоточили эмоциями.

От сочувствия к нему Лорелея закрыла глаза. Она не сомневалась, что он хранил свой секрет все эти долгие годы. Невозможно было представить черствость матери, которая не только бросила своего ребенка, но еще и продала его! Какие еще ужасные тайны скрывает этот человек?

– Через четыре года она вернулась. Бакстер принял ее, но годы сыграли жестокую шутку с ее красотой, она стала костлявая, щербатая, и никто не желал ее брать. Однажды ей не удалось... – Голос затих, Джек смотрел в сторону океана. Его суровое лицо напряглось, словно этот человек видел ад и перенес его с собой на землю. – В ту ночь она не заработала денег, и Бакстер ее убил.

Господи, какие страшные вещи ему довелось пережить! Он узнал чудовищные, ужасающие вещи, а потом его мать была убита тем человеком, которому он сам принадлежал...

Ничего хуже этого нельзя было себе представить.

– И тогда ты его убил? – Она торопливо высказала самое логичное заключение, но Джек покачал головой:

– Тогда я его слишком боялся. Все, что я смог сделать, – это отнести ее тело туда, где хоронили проституток, и закопать в землю.

Перед ее глазами встала живая картина, и живот подвело от ужаса.

– О, Джек, – прошептала она и погладила его по лицу. – Мне так жаль.

У него в глазах стояли слезы, но он сморгнул их.

– Не жалей. Я это пережил, чего не скажешь о матери. И это называется – пережить? Выжило тело, но не душа.

Сердце вырвала мать. А то, что она с ним сделала, – разве можно после этого возродиться? Какое-то время они молчали, Лорелея выбиралась из клубка чувств, вызванных сведениями о его ужасном детстве. Но оставался вопрос, который нужно было выяснить, хотя очень не хотелось спрашивать.

– Когда ты убил Бакстера?

Он потер подбородок, отвел ей за спину выбившуюся прядь волос.

– Два года спустя, – просто сказал он. – Я мыл ночные горшки, и в это время к Бакстеру доставили молодую девушку. Ей было не больше двенадцати лет. Он отвел ее в комнату, где проверял новый товар. – На последнем слове Джек скривился. – Я слышал, как она кричала и просила пощады, а он только смеялся, злобный ублюдок. Потом я услышал шлепки – он стал ее бить. – В глазах вспыхнула ненависть, воспоминание причиняло ему физическое страдание. Он прошептал: – Что-то во мне взорвалось. Когда я пришел в себя, он лежал у моих ног, а я сжимал в кулаке окровавленный кинжал. Девушка опять закричала, я выбежал и вскочил на первый попавшийся корабль.

Она ясно представила себе, какой ужас испытал Джек, тогда еще мальчишка. Но это не было хладнокровное убийство, это было возмездие!

– Джек, это не убийство. Ты спас девочку.

Глаза у него потускнели, он вздохнул, покоряясь судьбе.

– Я был раб, убивший своего господина. На этой земле нет суда, который бы меня оправдал.

У нее сжалось горло. Он прав. Хоть это не так, но в глазах мира он просто убийца. Только она никогда не будет так считать!

– Ты понятия не имеешь, скольких женщин погубили такие люди, как Бакстер и мой отец. – Он нахмурился, в его глазах она снова увидела боль. – И сегодня я впервые понял, что ничем не лучше их.

– Неправда! – вскипела она.

– Разве? Мы оба знаем, что сегодня я тебя погубил. Когда Джастин узнает, он тебя не примет.

Она прикусила губу и стала смотреть на настил палубы. Об этом она не подумала. Как доверить такое известие Джастину? Оно его опустошит.

– Разумеется, он не будет доволен.

– Как ты наивна.

– Возможно, но я знаю Джастина всю жизнь, он будет меня по-прежнему уважать.

Джек напрягся, в глазах сверкнула злоба.

– Ты все еще намерена выйти за него замуж?

Она молчала, обдумывая ответ. Выйти за Джастина – это, пожалуй, наилучший выход из положения: если она будет его женой, никто не посмеет ее сторониться. И над ней не будут открыто издеваться. Но это будет несправедливо по отношению к Джастину. И к ней самой.

– Нет, – наконец сказала она. – Теперь я не могу выйти за него замуж. Он, конечно, будет спорить, во всем обвинять себя.

– В этом я сильно сомневаюсь.

– И напрасно. – Она обиделась за Джастина и выпрямилась. – Он будет считать, что во всем виноват его неудачный план.

У него на лице осталось недоверие. Лорелея хотела бы убедить его, но понимала, что он не станет слушать – когда Черный Джек принимает такой вид, его ничем не собьешь, она достаточно его изучила за прошедшие недели.

– Ну ладно, а что будет с тобой? – спросил он.

– Обо мне не беспокойся. – Она уверенно улыбнулась. – У меня есть отец, который меня любит, и я переживу любой скандал.

Он вздохнул и посмотрел на звезды, как будто Лорелея его раздражала.

– Знала бы ты, сколько я видел сильных женщин, потерпевших крушение. Как я мог! Как я мог взять тебя!

И в этот момент Лорелея сделала потрясающее открытие: она любит Черного Джека! Любит этого пирата, влюбилась по уши! Эта мысль ее ужаснула. Но как можно было его не полюбить, когда он сидел рядом с ней при луне и изливал ей душу?

Какие бы преступления он ни совершил, у него доброе сердце. Щедрое сердце. Он заботился о ней, он сожалел о своих поступках. Вместе с этим пришел страх: сможет ли он полюбить ее в ответ? Может ли вообще человек, столкнувшийся с такими зверствами, принять то, что она хочет ему отдать? Она поклялась найти к нему дорогу. Обязательно должен быть способ заставить его понять, что он может быть любимым, что она его любит! Она уткнулась головой ему в колени и задумалась над его словами. Потом ахнула и села.

– Ты знаешь, кто твой отец?!

Он как будто испугался. – Что?

– Ты сказал, что мать погубили такие люди, как твой отец. Откуда ты знаешь?

Он опустил глаза и крепче прижал ее к себе.

– Так она говорила.

Все инстинкты кричали о том, что он уклоняется от ответа.

– И она сказала тебе, кто твой отец.

У него был такой вид, как будто он сейчас вскочит и убежит. Она приготовилась вцепиться в него. Но он ответил:

– Да, я знаю, кто он.

Она открыла рот – даже несмотря на то что она подозревала истину, услышать ее было потрясением. Сраженная, она уставилась на него.

– Почему же ты не пошел к нему искать защиты после ее смерти?

– Его не пришлось искать, – вкрадчиво сказал Джек. – Он пришел в бордель вскоре после того, как она умерла.

Лорелея нахмурилась. В этом не было никакого смысла.

– Он пришел, чтобы забрать тебя?

Джек фыркнул:

– Он не знал, что я там, но я знал, как он выглядит. Разве можно забыть лицо человека, которого ты когда-то боготворил? Которого видел перед собой денно и нощно. На которого желал быть похожим.