Путешествия Тафа (сборник) - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 71

– Таф, – сказал он, когда с деловой частью было покончено, – ты умен, хитер и изворотлив, но меня тебе не провести.

Хэвиланд Таф ничего не ответил.

– Ты завладел несметным богатством, одурачив всех, кто покупал у тебя зверей, надеясь оказаться в выигрыше. К примеру, Норн – его кобальтовые кошки ничего не стоят. Дом Норн был беден; назначенная тобой цена привела его, как и всех нас, на грань разорения. Норнийцы думали возместить убыток победами. Ха! Теперь им не удастся одерживать победы! Каждый купивший у тебя зверей Дом добился преимущества над теми, кто покупал раньше него. Отсюда следует, что Арнет, последний покупатель, останется величайшим из всех Домов. Творя опустошение, наши монстры заставят пески Бронзовой Арены потемнеть от крови других животных.

Руки Тафа сомкнулись на выпуклости живота. Лицо оставалось безмятежным.

– Ты ничего не изменил! Великие Дома сохранили свое положение: величайший – Арнет, ничтожнейший – Норн. Ты, барышник, лишь выжал из нас все соки, обескровил, чтоб наскрести средств и свести концы с концами, всем владетельным господам Лайроники приходится биться как рыбе об лед. Теперь Дома ждут победы, молят о победе, зависят от победы, но все победы будут только за Арнетом. Потому что лишь мы избежали обмана, лишь я додумался купить последнего, а значит, самого лучшего зверя.

– Так, – сказал Хэвиланд Таф. – Коль скоро это и впрямь так, вы – мудрый и прозорливый Звероусмиритель. И все же я отрицаю, что кого-либо обманул.

– Не играй словами! – взревел Арнет. – Впредь ты больше не будешь торговать с Великими Домами. У Норна нет денег на новую покупку, но, если они их добудут, ты ничего им не продашь. Понятно? Мы не станем вечно ходить по кругу.

– Конечно, – сказал Таф. Он посмотрел на Дакса. – Теперь Дэйнел Ли Арнет подвергает сомнению мою понятливость. Меня вечно понимают превратно. – Его спокойный внимательный взгляд вновь обратился на разгневанного Звероусмирителя, облаченного в злато и пурпур. – Я отлично понял все, что вы сказали, сэр. Возможно, мне пришла пора покинуть Лайронику. Так или иначе, я более не стану вести дела ни с Норном, ни с другими представителями Великих Домов. Может быть, это и глупо, что я отрекаюсь от огромных прибылей, – однако я человек тонкий, весьма приверженный следованию своим капризам. Уважаемый Дэйнел Ли Арнет, я покоряюсь и склоняюсь перед вашим требованием.

Дакс молчаливо доложил, что Арнет доволен и умиротворен, он запугал Тафа и принес победу своему Дому. Соперники не получат новых чемпионов. Итоги боев на Бронзовой Арене опять станут предсказуемы. Старший Звероусмиритель удалился довольный.

8

Три недели спустя флотилия из дюжины блистающих «челноков» с вкраплениями золота, на борту которых находились двенадцать рабочих дружин в ало-золотых доспехах, прибыла забрать приобретения Дэйнела Ли Арнета. Поглаживая расслабленного, ленивого Дакса, Хэвиланд Таф проводил их в обратный путь, вернулся по длинным коридорам «Ковчега» в рубку управления и ответил на вызов Хирольда Норна.

Худощавый Звероусмиритель решительно походил на скелет.

– Таф! – воскликнул он. – Все идет наперекосяк. Вы должны помочь.

– Наперекосяк? Я решил вашу проблему.

Норн сморщился, лицо его исказила гримаса. Он почесал лоб под бронзовой диадемой.

– Нет-нет, послушайте. Все кобальтовые кошки или мертвы, или больны. Четыре погибли на Бронзовой Арене – понимаете, мы знали, что вторая пара слишком молода, но, когда безвозвратно лишились первой, делать было нечего. Иначе пришлось бы вернуться к сталезубам. Теперь у нас осталось только две кошки. Едят они не слишком много: поймают несколько прыгунков, но и только. Да и дрессировать их мы не можем. Стоит укротителю войти в загон со стеком, и проклятые кошки уже знают, каковы его намерения. Они все знают наперед, понимаете? На арене они вообще не желают откликаться на песнь убийства. Это ужасно! Самое худшее, что они даже не плодятся. Нам нужны еще кошки. Как по-вашему, с чем нам выходить на игровые арены?

– Брачный период кобальтовых кошек еще не наступил, – сказал Таф.

– Да-да. Когда же у них брачный сезон?

– Прелесть что за вопрос. Жаль, вы не задали его раньше, когда мы заключали нашу сделку. Насколько я понимаю, течка у самок кобальтовой пантеры бывает каждую весну, когда на планете Селии расцветают снежные хохолки. Что предполагает наличие некоего типа биологического спускового крючка.

– Я… Таф! Вы это спланировали. Никаких снежных штук на Лайронике нет. Полагаю, теперь вы заломите за эти цветочки целое состояние.

– Сэр! Конечно, нет. Будь выбор за мной, я бы с радостью отдал их Дому Норн, чье затруднительное положение больно ранит мне сердце. Я огорчен. Однако получилось так, что Дэйнел Ли Арнет взял с меня слово более не вести дел с Великими Домами Лайроники. – Он печально пожал плечами.

– Ваши кошки приносили нам победы, – сказал Норн тоном, граничащим с отчаянием. – Казна Дома Норн наполнялась – теперь в ней приблизительно около сорока тысяч стандартов. Они ваши. Продайте нам эти цветы. Или лучше того – новое животное. Более крупное. Более свирепое. Я видел дэнтских химероупырей. Продайте нам что-нибудь подобное. Норну не с чем выйти на Бронзовую Арену!

– Да? А что ваши сталезубы? Мне было сказано, что они – гордость Норна.

Хирольд Норн нетерпеливо отмахнулся.

– Проблемы! Понимаете, у нас постоянные проблемы. Эти ваши прыгунки… они едят все и вся. С ними невозможно бороться. Их миллионы; распространившись повсеместно, они выедают все травы, все посевы. То, что они сотворили с возделываемыми угодьями… кобальтовые кошки обожают прыгунков, да, но кобальтовых кошек у нас недостаточно. А дикие сталезубы прыгунков и трогать не желают. Полагаю, те им не по вкусу. Хотя на самом деле я не знаю. Но, понимаете ли, все прочие травоядные ушли, выжитые вашими прыгунками, а с ними и сталезубы. Куда – не знаю. Однако ушли. На незахваченные земли, за пределы владений Норна. Там есть какие-то деревни, десяток-другой крестьян, но они ненавидят Великие Дома. Во всем Тэмбере не знают даже собачьих боев. Вероятно, увидев сталезубов, они попытаются приручить их.

– Так, – сказал Таф. – Впрочем, у вас ведь есть питомники, разве не так?

– Больше нет, – ответил Норн. Голос у него был совершенно затравленным. – Я распорядился их закрыть. Сталезубы проигрывали все состязания, особенно после того, как вы затеяли торговлю с другими Домами. Сохранять мертвый груз казалось пустой и неразумной тратой средств. Кроме того, расходы… мы нуждались в каждом стандарте – вы выкачали из нас все до капли, но ведь нужно было платить за пользование Ареной и, конечно, делать ставки… а позже пришлось покупать у тэмберийцев еду, просто чтобы прокормить челядь и дрессировщиков. Я хочу сказать: вы, наверное, не знали, что прыгунки сотворят с нашими посевами.

– Сэр, – сказал Таф. – Вы меня оскорбляете. Я – эколог. Я очень много знаю о прыгунках и их привычках. Следует ли понимать вас так, что вы закрыли питомники сталезубов?

– Да, да. Мы выпустили этих бесполезных созданий на волю. Что нам теперь делать? Равнины кишат прыгунками, кошки не желают размножаться… Коль нам и дальше придется ввозить еду и платить за Арену безо всякой надежды на победу, скоро мы останемся без денег.

Таф сложил руки.

– Да, вы действительно столкнулись с рядом деликатных проблем. И я – именно тот, кто поможет вам их решить. К несчастью, я связан обязательством перед Дэйнелом Ли Арнетом.

– Значит, безнадежно? Таф, я умоляю вас – я, Старший Звероусмиритель Норна. Скоро мы полностью выйдем из игр. У нас не останется средств на то, чтобы платить за Арену, делать ставки; не будет животных, которые смогли бы принять участие в битвах. Это ужасно! Все Великие Дома всегда неукоснительно представляли свою долю бойцов – даже Феридиан во время Двенадцатилетней Засухи. Никому еще не случалось потерпеть в этом неудачу. Мы покроем себя позором. Дом Норн запятнает свою гордую историю, посылая на песок арены кошек и собак, чтобы их бесславно растерзали в клочья огромные чудовища, проданные вами другим Домам.