Мастера детектива. Выпуск 3 - Сименон Жорж - Страница 110

– Мы кончили, Лэнском, – сказал Джордж, вставая. – Что случилось с нашим иностранным другом?

– Он попросил подать кофе и тост ему в спальню, сэр.

– Petit dejeuner[41] для ОПБ ООН.

– Лэнском, вы не знаете, где восковые цветы, которые стояли на малахитовом столике в гостиной? – спросила Розамунд.

– Насколько я понимаю, у миссис Лео вышла с ними неприятность, мэм. Она собиралась достать новый плафон, но вряд ли успела.

– Тогда где цветы?

– Возможно, в шкафу под лестницей, мэм. Туда обычно кладут вещи, которые нуждаются в починке. Пойти посмотреть?

– Я посмотрю сама. Пойдем со мной, Майкл. Там темно, а я не собираюсь обшаривать одна темные углы после того, что случилось с тетей Элен.

Все прореагировали весьма резко.

– Что ты имеешь в виду, Розамунд? – осведомилась Мод.

– Ну, ее ведь кто–то ударил, не так ли?

– У нее внезапно закружилась голова, и она упала, – возразил Грегори Бэнкс.

– Это она сама тебе сказала? – рассмеялась Розамунд. – Не мели вздор, Грег, конечно, ее огрели по голове.

– Не следует говорить такие вещи, Розамунд, – сердито сказал Джордж.

– Чепуха, – отрезала Розамунд. – Именно так и должно было случиться. Я имею в виду, что все отлично сходится. Детектив ищет в доме улики, дядю Ричарда отравили, тетю Кору прикончили топором, мисс Гилкрист прислали отравленный свадебный пирог, а теперь Элен ударили тупым орудием. Нас будут убивать одного за другим, а тот, кто останется в живых, и есть убийца. Но я не собираюсь быть убитой.

– А зачем кому–то убивать тебя, Прекрасная Розамунд? – легкомысленно спросил Джордж.

Розамунд широко открыла глаза:

– Разумеется, потому, что я знаю слишком много.

– Что именно ты знаешь? – почти в унисон осведомились Мод Эбернети и Грегори Бэнкс.

Розамунд улыбнулась своей ангельской рассеянной улыбкой.

– Вам тоже хочется это знать, верно? – Она поднялась. – Пошли, Майкл.

Глава 22

В одиннадцать утра Пуаро пригласил всех в библиотеку на неофициальное собрание.

– Вчера вечером, – заговорил он, окидывая задумчивым взглядом лица присутствующих, – миссис Шейн объявила вам, что я частный детектив. Лично я надеялся сохранить свой… ну, скажем, камуфляж несколько дольше. Но это неважно. Сегодня – или в крайнем случае завтра – я все равно сообщил бы вам правду. А теперь прошу внимательно меня выслушать. В своей области я являюсь знаменитостью – можно сказать, величайшей знаменитостью. Мои дарования уникальны!

– Вполне возможно, мсье Понт… нет, мсье Пуаро, не так ли? – с усмешкой сказал Джордж Кроссфилд. – Однако забавно, что я никогда о вас не слышал.

– Это не забавно, а весьма прискорбно! – сурово отозвался Пуаро. – Увы, образование в наши дни оставляет желать лучшего. Все изучают только экономику и методику тестов на интеллект. Но продолжим. В течение многих лет я был другом мистера Энтуисла…

– Так вот кому мы обязаны вашим присутствием!

– Если хотите, можно сказать и так, мистер Кроссфилд. Мистер Энтуисл был очень расстроен смертью своего старого друга, мистера Ричарда Эбернети. Особенно его встревожили слова, произнесенные в день похорон сестрой мистера Эбернети, миссис Ланскене, в этой самой комнате.

– Очень глупо – и абсолютно в стиле Коры, – сказала Мод. – У мистера Энтуисла должно было хватить здравого смысла не обращать на это внимания.

– Еще сильнее его обеспокоила гибель миссис Ланскене, – продолжал Пуаро. – Мистер Энтуисл хотел только одного: убедиться, что это всего лишь совпадение. Иными словами, он хотел быть уверенным, что Ричард Эбернети умер естественной смертью. С этой целью он поручил мне провести необходимое расследование.

Все молчали.

– Я произвел его…

Последовала новая пауза. Пуаро вскинул голову:

– Eh bien,[42] вы все будете рады услышать, что в результате моего расследования стало ясно: нет никаких причин сомневаться в естественной кончине мистера Эбернети. Нет никаких причин предполагать, что он был убит! – Пуаро улыбнулся, торжествующе взмахнув руками. – Хорошие новости, не так ли?

Судя по их виду, это едва ли было так. Они уставились на него, и в глазах всех, за одним–единственным исключением, читались сомнение и подозрение.

Исключение составлял Тимоти Эбернети, который энергично кивнул.

– Конечно, Ричард не был убит! – сердито заявил он. – Никогда не понимал, почему такая мысль могла прийти в голову кому бы то ни было! Обычная выходка Коры – вот и все. Хотела вас испугать – такое уж у нее было чувство юмора. Хотя Кора – моя сестра, но она всегда была слегка чокнутой. Ну, мистер… как вас там, я рад, что у вас хватило здравого смысла прийти к правильному выводу, хотя лично я считаю чертовским нахальством со стороны Энтуисла посылать вас сюда шпионить и вынюхивать. И если он собирается выплатить вам гонорар из нашего наследства, то могу вам сказать, что это ему не удастся! Кто такой Энтуисл, чтобы брать это на себя? Если семья удовлетворена…

– Но семья не удовлетворена, дядя Тимоти, – заметила Розамунд.

– Что–что? – Тимоти уставился на нее, недовольно сдвинув брови.

– Мы не были удовлетворены. К тому же как насчет того, что произошло сегодня утром с тетей Элен?

– Элен как раз в том возрасте, когда запросто можно получить апоплексический удар, – резко сказала Мод.

– Понятно, – протянула Розамунд. – Еще одно совпадение, верно? – Она посмотрела на Пуаро. – Не слишком ли много совпадений?

– Чепуха! – заявила Мод. – Элен плохо себя почувствовала, пошла позвонить доктору, а потом….

– Но она не звонила доктору, – прервала Розамунд. – Я спрашивала у него.

– Кому же она звонила? – резко осведомилась Сьюзен.

– Не знаю, – ответила Розамунд. По ее лицу скользнула тень раздражения. – Но надеюсь узнать, – добавила она.

Эркюль Пуаро сидел в викторианской беседке. Он вынул из кармана большие часы и положил их на столик перед собой.

Пуаро сообщил, что отбывает двенадцатичасовым поездом. До отъезда оставалось полчаса. Полчаса до того, чтобы кое–кто принял решение и пришел к нему. Возможно, даже не один человек…

Беседка хорошо просматривалась из большей части окон дома. Вскоре кто–то должен сюда прийти.

Если этого не произойдет, значит, его знание человеческой натуры несовершенно, а основные выводы неверны.

Пуаро поджидал – как поджидал муху паук в паутине у него над головой.

Первой пришла мисс Гилкрист, выглядевшая взволнованной и расстроенной.

– О, мсье Понтарлье… не помню вашу другую фамилию… – запинаясь, начала она. – Я пришла поговорить с вами… Правда, мне не хотелось, но я чувствовала, что должна это сделать… Я имею в виду, после того, что случилось утром с миссис Лео… Думаю, мистер Шейн прав – это не совпадение и, конечно, не удар, как предположила миссис Тимоти, потому что у моего отца был удар и он выглядел совсем по–другому, да и доктор уверен, что это сотрясение мозга!

Мисс Гилкрист перевела дух и умоляюще посмотрела на Пуаро.

– Да–да, – мягко и ободряюще отозвался он. – Вы хотите что–то мне сообщить?

– Я уже говорила, что мне не хотелось этого делать, потому что она была так добра – нашла мне место у миссис Тимоти и вообще… Я чувствую себя неблагодарной. Она даже отдала мне ондатровый жакет миссис Ланскене – такой красивый, сидит прекрасно, и совсем незаметно, что мех с одной стороны немного вытерся. А когда я хотела вернуть ей аметистовую брошь, она и слушать не пожелала…

– Вы имеете в виду миссис Бэнкс? – осведомился Пуаро.

– Да, но понимаете… – Мисс Гилкрист смотрела вниз, нервно сплетая пальцы рук. Внезапно она подняла взгляд и быстро произнесла: – Понимаете, я слышала!

– Вы хотите сказать, что случайно подслушали разговор…

– Нет. – Мисс Гилкрист покачала головой с подлинно героической решимостью. – Я буду откровенна, тем более что вы иностранец.