36 рассказов - Арчер Джеффри - Страница 130

Уолтер Рамсботтом отказался помогать ему.

Что касается Анджелы Брэдбери, то к ней за помощью Джеральд и не обращался.

Все трое продолжали жить своей независимой жизнью.

Окончив школу, Джеральд Хаскинс получил право учиться в Даремском университете; никого не удивило, что в качестве основной специальности он выбрал гражданское строительство, а главным своим увлечением назвал коллекционирование наград.

Уолтер Рамсботтом, пойдя по стопам отца, начал работать в семейной ювелирной фирме. А также стал ухаживать за Анджелой Брэдбери.

Джеральд повстречался со своими школьными приятелями, уже будучи студентом второго курса. Он приехал домой на весенние каникулы и оказался сидящим в одном ряду с Уолтером и Анджелой в зале городской ратуши, на концерте Баха для виолончели. В антракте Уолтер сообщил ему, что они с Анджелой недавно обручились, но дата свадьбы еще не назначена.

Джеральд давно не видел Анджелу, но, в отличие от детских лет, теперь ее мнение стало для него очень важно, потому что он — как и Уолтер — влюбился в девушку.

Он перестал есть кукурузные хлопья на завтрак и начал, раз за разом, приглашать Анджелу на обед, чтобы отбить ее у своего старого соперника.

В конечном итоге он одержал очередную победу: за несколько дней до Рождества Анджела вернула Уолтеру кольцо.

Уолтер принялся распускать слухи, будто Джеральд вознамерился жениться на Анджеле потому только, что ее отец возглавляет Комитет городского благоустройства Халла и Джеральд, дескать, надеется по окончании университета получить место там. Когда рассылались приглашения на свадьбу, имени Уолтера не было в списке гостей.

Мистер и миссис Хаскинс решили провести свой медовый месяц в Мултавии: Ницца была им не по карману, а ехать в Клиторпес им не хотелось. К тому же в городском турагентстве имелись заманчивые предложения для желающих посетить это карликовое королевство,[44] втиснувшееся между Австрией и Чехословакией.

Прибыв в столицу Мултавии, город Теске, и заняв свой номер в гостинице, новобрачные поняли, почему цена поездки была невысока.

Тогда, в 1959 году, подданные Мултавии переживали кризис национального самосознания, пытаясь приспособиться к условиям очередного договора, подготовленного голландским юристом в Женеве с учетом интересов России и Америки, хотя и написанного на французском языке. Тем не менее, благодаря усилиям своего расчетливого и пользующегося большой популярностью монарха Альфонса III королевство по-прежнему получало регулярные западные субсидии, продолжая при этом принимать восточные делегации, визиты которых не наносили стране заметного вреда.

Средняя июньская температура в столице королевства, как чета Хаскинсов смогла незамедлительно убедиться, составляла 33 градуса по Цельсию, при полном отсутствии осадков; что же касается городской канализационной системы, то она была уничтожена в период 1939–1945 гг. в результате бомбовых ударов, регулярно наносившихся авиацией обеих воюющих сторон. Бродя по булыжным мостовым столицы, Анжела вынуждена была зажимать нос — в прямом смысле этого слова. Отель «Народный», согласно проспекту турагентства, имел сорок пять номеров, однако в брошюре не уточнялось, что лишь в трех из них имеются ванные комнаты и при этом ни в одной из ванн нет пробок. Потом еще существовала проблема еды — точнее ее отсутствия; Джеральд похудел впервые в жизни.

Молодожены вскоре осознали, что в Мултавии нет ни памятников архитектуры, ни музеев, ни галерей, ни театров — во всяком случае, ничего, что заслуживало бы такого названия. Пейзаж за городской чертой был еще более удручающим, чем болота графства Кембриджшир. Мултавия не имела выхода к морю, а ее единственная река Плоц текла из Германии в Россию, и даже местные жители в ней не купались.

По окончании медового месяца чета Хаскинсов благополучно отбыла домой, и на этом бы контакты Джеральда с Мултавией закончились — если бы не местная канализация. А точнее, отсутствие таковой.

После того как семейство Хаскинсов вернулось в Халл, Джеральд получил место референта в строительном отделе муниципального совета. В его функции входило наблюдение за состоянием местной канализационной сети. Для большинства честолюбивых молодых людей такое назначение стало бы не более чем одним из эпизодов их служебной деятельности. Однако Джеральд отнесся к своей работе иначе. Он незамедлительно установил контакты со всеми ведущими компаниями, занимающимися созданием и эксплуатацией канализационных систем, с их консультантами и со своими коллегами во всем графстве.

Через два года он предложил вниманию комитета, возглавляемого его тестем, докладную записку с изложением того, как муниципальный совет может сэкономить значительные средства налогоплательщиков благодаря переоборудованию канализационной системы.

Этот документ произвел положительное впечатление на членов комитета, и было решено реализовать рекомендации мистера Хаскинса, назначив его при этом на более высокую должность.

Тогда же Уолтер Рамсботтом в первый раз баллотировался в члены муниципального совета и не был избран.

Когда три года спустя завершилось создание сети туннелей и водоводов, усердие Джеральда было вознаграждено: его назначили на пост заместителя начальника муниципальной санитарно-технической службы. В том же году его тесть стал мэром, а Уолтер Рамсботтом — членом муниципального совета.

Вскоре в официальных кругах стало складываться мнение, что Джеральд — это тот самый человек, с кем надо проконсультироваться в случае возникновения проблем с канализацией. Это становилось поводом для малопристойных шуток на каждом заседании клуба «Ротари», но при всем при том Джеральд был единодушно признан членами клуба ведущим специалистом в своей сфере — точнее говоря, в своей сточной канаве.

Когда в 1966 году муниципальный совет Галифакса решил объявить тендер на сооружение новой канализационной системы, первым делом они пригласили для консультации Джеральда Хаскинса — так Йоркшир стал одним из тех мест на земле, где бывают пророки в своем отечестве.

Проведя целый день в Галифаксе с главным инженером муниципального совета и получив от него сведения о тех суммах, которые город готов затратить на сооружение новой системы, Джеральд сказал жене, как бы мимоходом, хотя и не впервые: «Где дерьмо — там и деньги». Но именно расчетливая Анджела сообразила, какую долю этих денег ее муж мог бы заполучить при условии минимального риска. На протяжении нескольких дней Джеральд всесторонне обдумывал предложение жены; приехав в Галифакс на следующей неделе, он направился не в муниципалитет, а в «Мидленд Банк». Выбор банка был не случайным — управляющий местным отделением являлся также председателем планового комитета муниципального совета Галифакса.

Два йоркширца заключили между собой союз, после чего, получив благословение банкира, Джеральд ушел с поста замначальника санитарно-технической службы, чтобы основать свою компанию. Он принял участие в тендере, и хотя среди претендентов было несколько крупных лондонских фирм, никого не удивило, что плановый комитет единогласно выбрал фирму «Хаскинс из Халла» для осуществления проекта.

Через три года у Галифакса появилась превосходная канализационная система, а местное отделение «Мидленд Банка» было счастливо иметь в числе своих клиентов компанию «Хаскинс из Халла».

На протяжении следующих пятнадцати лет графства Честер, Ранкорн, Хаддерсфилд, Дарлингтон, Макклесфилд и Йорк, вместе и порознь, были осчастливлены теми услугами, которые им предоставлял Джеральд Хаскинс из компании «Хаскинс и К°».

Затем «Хаскинс и К°» приступила к выполнению подрядных работ в Дубае, Лагосе и Рио-де-Жанейро. В 1983 году правительство в знак признательности присудило Джеральду Королевскую премию за успехи в области промышленной деятельности, а через год королева удостоила его ордена Британской империи третьей степени. Официальная церемония награждения состоялась в Букингемском дворце.