Изольда Великолепная. Трилогия (СИ) - Демина Карина - Страница 328

Да, трусость, но… ей не хочется больше видеть, как кто-то умирает. Это ведь пройдет?

Наверное.

Однажды ночью Меррон все никак не может заснуть, ворочается, сражается с рубашкой, которую все-таки стягивает, отправляя на пол.

- Ты ведь не спишь? - это не вопрос - констатация факта. - Я знаю, что ты не спишь. И знаю, когда спишь. И где ты находишься, и… и это нормально?

- Да. Будет еще… плотнее.

На двуспальной кровати под балдахином, украшенным золотыми аксельбантами, становится тесновато. А Меррон переворачивается на живот, укладываясь почему-то поперек кровати.

- Я, кажется, совсем выспалась. И теперь буду мешать.

Она расставляет локти, и острые лопатки на спине почти смыкаются. Еще немного и кожу прорвут.

…ей нельзя больше голодать.

…и нервничать.

…и Дар должен хорошенько подумать, прежде чем сделать выбор.

- Если хочешь, я уйду, - предлагает она.

Тогда он точно не заснет, да и… сейчас сна требуется много меньше.

- Не хочешь, - с чувством глубочайшего удовлетворения замечает Меррон. - Тогда расскажи о чем-нибудь… о Фризии. Нам ведь туда придется отправиться?

- Не знаю.

Хочет ли Дар вернуться домой?

Он не уверен. Его дом погиб вместе с семьей и, кажется, еще задолго до той ночи, когда алая волна выплеснулась на город. Что он помнит?

Людей, которых не стало.

Дворец, разрушенный до основания.

Город, ныне мертвый.

Дорогу. Кресты.

- Дар… - Меррон не позволяет остаться на той дороге, вытягивает из воспоминаний и сама цепенеет. Она выглядит уже почти здоровой, но это - кажущееся здоровье, которое легко разрушить.

- Все хорошо. Фризия - это…

…десяток удельных доменов, которые грызутся между собой. Забытый, проклятый Дарконис, где по слухам еще живет безумие и призраки казненных. Обжитое пиратами побережье. И Цитадель последним оплотом Свободных людей.

…котел, где последние двадцать лет варились войны.

Справится ли с ним Дар?

Возможно. Лет этак за десять-пятнадцать, но… Меррон не выдержит.

Она пойдет за ним, без возражений и вопросов, будет терпеть, держаться, пока сил хватит. А они закончатся быстро.

Оставить ее на границе, как предлагает Ллойд? В каком-нибудь тихом городке, который был бы безопасен? Наведываться раз в году, а то и реже, выживая от встречи до встречи? И каждый раз трястись: не вывел ли тех, кто не слишком рад возрождению Фризии, на Меррон?

Не выход.

- Скажи, ты слышала что-нибудь о Хратгоаре?

Качает головой и ждет продолжения.

- Это остров, вернее острова. Два десятка крупных и с полсотни мелких. На некоторых только птицы и живут… еще тюлени вот. И морские слоны. И касатки туда заглядывают.

Север. Затяжная зима и короткое лето с цветущим вереском.

Население в сто тысяч. Разбросанные поселения, где живут общинами. Длинные дома с открытыми очагами. Узкие корабли, именуемые “морскими змеями”, что без страха выходят в море, проводя там месяцы и даже годы, добираясь до самого края земли.

И храм, выложенный из грубо отесанных камней, опустевший еще после Первой войны. Черный круг-проплешина, который называют Следом Молота, поскольку божественный молот некогда упал на землю и ранил ее. И обычай, дающий раз в год каждому право бросить вызов кому угодно: хоть бы вольному ярлу, хоть бы хевдингу, хоть бы самому владетелю Хратгоара, конунгу, в чьих жилах еще течет кровь древних людей.

Победитель получает все.

- Ты вызовешь его?

- Вызову.

- И победишь? - уточнила Меррон.

- Конечно.

На Хратгоаре не будет дворцов и сложных дворцовых ритуалов. Заговоров. Политической целесообразности… они ценят силу. И силе покорятся.

- Когда?

- Осенью. Следующей. Мне надо кое-чему научиться.

А ей - отдохнуть, чтобы больше не замерзала от собственных мыслей. Рука и сейчас холодная. Ледяная просто рука забралась под рубашку.

- А мне?

- Если захочешь. Провоцируешь?

- Греюсь.

Взгляд честный. Невинный даже. Безумная женщина.

- И родинки проверяю. У тебя раньше много родинок было. Вдруг исчезли? Как ты тогда без родинок?

Повод был серьезным.

- Женщина, если ты не остановишься…

- …ты опять сбежишь, - Меррон убрала руку и отодвинулась. - Извини. Я что-то… мне просто показалось, что ты… то есть я слышу, что ты…

Она забралась под одеяло.

- Меррон… а это уже непорядочно.

Одеяло подождет. И лучше, если на полу.

- Сначала дразнить, потом прятаться…

У нее сердце колотится как ненормальное. И сама дрожит, будто и вправду вот-вот замерзнет.

- Я не прячусь!

- Ага…

На шее нервно пульсирует жилка. А от кожи пахнет все тем же земляничным вареньем.

- Не шевелись.

- Почему?

- Потому что я так сказал. Жена должна быть послушна мужу…

А Дару надо убедится, что он не причинит боли. И вспомнить ее тело. Угловатое. Нервное. Откликающееся на прикосновения. Ямка под ключицей. И нежная маленькая грудь. Шрам, которого не было. Пушок на животе…

…спешить некуда.

Замечательно, что больше некуда спешить.

- …и я слышала, что на юге в моде круглые воротнички, - леди Шарлотта обладала уникальным умением часами говорить об исключительно важных вещах. - Но помилуйте, как это может быть красиво? Треугольный вырез и круглый воротничок?

Она была искренна в этом своем недоумении. И утомительна до невозможности.

- Квадратный и только квадратный, чтобы подчеркнуть изящество шеи…

Тисса вздохнула. Согласившись с необходимостью несколько обновить гардероб, она рассчитывала, что с нее снимут мерки и только.

- И все-таки взгляни на эти ткани… - Шарлотта, взяв дело в свои руки, не собиралась отпускать жертву так легко. - Бархат… или вот муар… атлас…

Красивые ткани.

Темные.

Не черные, но… почти.

- Какой-нибудь очень простой фасон, который при случае…

Нет, это женщина вовсе не зла, скорее предусмотрительна и привычна к реалиям мира, которые она пытается донести до Тиссы и Нашей Светлости. Темное платье не будет лишним. Всегда кто-то умирает… завтра, послезавтра… когда-нибудь. Тем более что в Ласточкином гнезде почти готовы проводить Его Светлость в последний путь.

…хотя, конечно, венки из можжевельника и падуба следовало бы заказать заранее.

…и траурные ленты присмотреть, не говоря уже о том, чтобы выкрасить достаточно полотна для драпировки зала, а то потом будут говорить, что Их Светлость не уважают мужа.

…бальзамировщика хорошего опять же найти не так-то просто, а вряд ли в ближайшем времени удастся доставить тело в семейную усыпальницу Дохерти…

- Мы подумаем, - я сдерживаюсь, потому что ссора, пусть бы и самая непродолжительная, ударит по натянутым нервам Тиссы. - Спасибо.

Шарлотта рада помочь настолько, насколько это вообще в ее силах.

Ей жаль Тиссу. По-своему.

А еще она считает ее полной дурой, которая не воспользовалась удобным случаем, чтобы избавиться от мужа. Нет, Шарлотта любит Седрика, ведь родила же ему двоих детей и подумывает над третьим - так оно верней, чем больше детей, тем надежней ее положение. Но вот возиться с тем, кто одной ногой в могиле и вряд ли вернется… увольте.

В конце концов, вдовой быть не так уж тягостно.

А если вдовой при титуле и деньгах…

У нее хватает ума молчать, но не хватает такта скрывать мысли и оставлять советы при себе. И Тисса вновь белеет, прикусывает губу, стыдясь этой своей слабости.

- Она… она неплохая женщина.

Наверное так.

Пухлая. Суетливая. Немного бестолковая. Она легко сочувствует и легко обижается, впрочем, так же легко забывает и о сочувствии, и об обидах. Так ведь проще.

Я собираю образцы тканей, якобы забытые Шарлоттой. Она все еще надеется на наше благоразумие, ведь каждому ясно, что приличное платье не сшить за день или два. Я не сомневаюсь, что в гардеробе леди Шарлотты отыщется с полдюжины платьев, которые будет уместно надеть на похороны.