Изольда Великолепная. Трилогия (СИ) - Демина Карина - Страница 325

Хотя, возможно, ему лишь казалось.

Урфин ненавидел собственное тело: оно было идеальной тюрьмой.

В ней нашлось место звукам, на редкость разнообразным - Урфин очень скоро научился различать их. Тихие шаги Тиссы, и громкие, тяжелые - Гавина. Скрип половиц. Голос Шанталь, в котором была тысяча и одна интонация. Скрежет оконной створки. Легкий всхлип, от которого сердце останавливалось.

Он мог ощущать запахи - молока и меда. Каши, которой его кормили через рожок, как младенца. И вкус ее отличался в зависимости от того, кто именно кашу варил.

Он испытывал боль, ту, от прокола в руке, и от неудобной позы.

Но не имел сил даже на то, чтобы открыть глаза.

Тварь не позволит сбежать.

- …вот скажи, чего ты добиваешься? - этот слегка скрипучий голос был прочно связан с ароматом корицы и сандала, с шелестом юбок и шагами нервными, жесткими. - Никто и ни в чем тебя не упрекнет!

Женщину Урфин ненавидел чуть меньше, чем себя, не за то, что она говорила - пожалуй, он со многим был бы согласен - но за то, что каждый ее визит расстраивал Тиссу.

Солнышко его бестолковое.

К двум сестрам в терем над водой,

Биннори, о Биннори…

- Он же труп! Я спрашивала доктора, шансов нет…

…женщина переходила на шепот, и голос ее становился неприятно скрипучим.

Тварь вздыхала. Ей тоже было бы интересно услышать, что скажут. Но любопытство не заставит покинуть ответственный пост.

Женщину звали Шарлотта. Прежде Урфин не обращал на нее внимания, знал, что супруга Седрика, но и только… Седрика было жаль.

Приехал рыцарь молодой,

У славных мельниц Биннори.

- …но зачем себя при нем хоронить? Ты молодая. Найдешь себе другого мужа… или не мужа.

- Я не хочу.

- Будешь остаток дней сидеть здесь?

- Если понадобится, - Тисса отвечает спокойно, но Урфин слышит больше, чем эта злая шепчущая женщина. Ей больно, и эта боль заставляет рваться в бессмысленной попытке сделать хоть что-то.

Шевельнуть хотя бы пальцем.

Ответить прикосновением на прикосновение…

Тварь расправляет щупальца, мягко, почти бережно, останавливая.

Колечко старшей подарил,

Биннори, о Биннори,

- Я пригласила тебя не за тем, чтобы обсудить состояние здоровья моего мужа, - Тисса садится рядом и берет за руку. Ее ладошки теплые, маленькие. Он слышит даже голос ее пульса. - Я прошу тебя больше не потакать прихотям Долэг.

- Девочка просто хочет развлечься. Ей скучно.

- Или тебе?

- Ушедшего ради! Ну не впадать же нам в траур…

- Для траура нет повода, - Тисса гладит ладонь, и тварь в голове мурлычет от удовольствия. Пусть проклят будет тот маг, который выдумал эту пытку. Если бы Урфин знал… он сделал бы то, что сделал. - Долэг должна вернуться к учебе. И к занятиям, подходящим для девушки ее возраста. Нынешнее ее поведение недопустимо.

…с этим Урфин согласен. Долэг заглядывала дважды и оба разговора дорого стоили его девочке. Пожалуй, мысль о порке была не такой уж нелепой.

Долэг явно забылась. И не без посторонней помощи.

- В противном случае, я вынуждена буду поручить ее заботам леди Нэндэг, а тебя - отослать. Мне бы этого не хотелось.

Его девочка учиться себя защищать…

Но больше младшую любил,

У славных мельниц Биннори.

Тисса пела шепотом, словно опасалась помешать ему.

Ночью она ложилась рядом, неловко устраиваясь на его плече, и засыпала нервным чутким сном, который редко длился больше двух-трех часов кряду: Урфин быстро научился слышать время.

И различать шаги по ту сторону двери. Он узнал их. Рванулся в очередной бесплотной попытке показать, что жив, и едва не завыл от отчаяния: тварь держала крепко.

- Ваша Светлость… - а Тисса его все еще опасается. Слишком много неприятного связано.

- Посмотри мне в глаза, пожалуйста, - тон Кайя был обманчиво мягок. И Тисса наверняка исполнила просьбу.

- Ей надо хорошенько выспаться, - Кайя произнес это так, словно не сомневался, что будет услышан.

- Именно. Я знаю, что ты меня слышишь. Я тебя в какой-то мере тоже.

И все-таки везение никуда не делось!

- Не спеши. Я вернусь и тогда поговорим.

Странно разговаривать с тем, кто не способен произнести ни слова. Но Урфин рад. Да он почти счастлив. Кайя или выбраться поможет, или уйти.

- Не дождешься, - он и вправду вернулся быстро. - За Тиссой присмотрит Изольда. А мы с тобой попробуем разобраться, что произошло. Сил у меня сейчас не так, чтобы много, но и к лучшему. Меньше шансов навредить.

Руки у него раскаленные.

- Сам понимаешь, опыта у меня мало.

На кошках бы потренировался.

- Ловить некогда. Терпи.

Урфин готов. Он все, что угодно вынесет, лишь бы вернуться.

Его голову подымают, поворачивают так, что шея хрустит. Отпускают. Берутся за тело. Сгибают и разгибают руки. Нажимают. Отпускают. Позволяют почувствовать боль уколов иглой, и жар от свечи.

Увидел ли он тварь?

- Не особо рассчитывай на чудо, - Кайя не собирается лгать. - Но шанс есть. Плохо, что я ничего не смыслю в медицине. И остальное… я начал восстанавливаться, могу больше, чем прежде, но не настолько, чтобы лезть в твой разум.

Он усаживает, и смена позы впервые за много дней отдается тянущей болью в мышцах.

- Тем более что по отдельности и разум, и тело у тебя более-менее в порядке.

Следовательно, в качестве бревна Урфин способен еще долго просуществовать. Уж лучше сдохнуть.

- Откуда в тебе эта страсть к суициду? Раньше я этого не замечал.

Издевается?

- Скорее пытаюсь понять… варианта два. Мы пытаемся справиться сами. Здесь есть медотсек, во всяком случае, первичную диагностику выполнит, а там, глядишь, станет видно, что и как. Второй - если здесь не получится, отправим к Оракулу.

Система выведена из строя.

- Не вся. Ряд контуров блокирован, поэтому быстрой поездки не выйдет. А вот по старинке, на лошадках… полгода в одну сторону…

Точно издевается.

- Мне просто не нравится то, как ты думаешь о смерти.

Сейчас Кайя предельно серьезен.

- Я не позволю тебе умереть. Если нужно будет отправить к Оракулу - отправлю. Но сначала давай попробуем здесь…

Урфин не привык к тому, чтобы его на руках носили.

Торжественно. Через весь замок. Что с его репутацией станет?

- Предложения руки и сердца не дождешься. Я женат.

Больно надо. Урфину рыжие никогда не нравились. Он вообще блондинок предпочитает. И чтобы глаза зеленые…

- Там одни глаза и остались. Кстати, Гайар намекал, что у тебя дочь, а у него сын…

…еще чего! Своими дочерями пусть распоряжается.

- Я вот точно также подумал. Но напрямую отказывать не стал. Мало ли… еще лет десять… ну пятнадцать… а там как знать, куда повернется.

Эти десять-пятнадцать лет еще прожить надо.

Урфин не знал, что в Ласточкином гнезде есть медотсек.

- В Замке тоже… был когда-то. Я сам не знал. Должен был, а не знал… не поделились. Здесь много чего имеется. В теории любое убежище способно стать новым Центром.

Кайя неловко за то, что он утаил информацию, несомненно, важную, но в то же время совершенно бесполезную для Урфина. Выходит, что если бы он действительно уничтожил систему, то…

- …сработал бы дежурный аварийный контур. С некоторой долей вероятности.

Утешение? Что не зря голову в капкан сунул?

- Зря или нет - решать тебе, но… они или нашли бы другой подход. Или другого исполнителя. Или отступили бы, пока не найдут. И как знать, насколько мы были бы готовы.

Все-таки утешение.

А воздух стал безвкусным. И запахи подрастерял. Значит, прибыли. Урфина устраивают на гладкой поверхности, холодной, как металл, но все-таки не металлической. Он слышит гудение. Видит свет, скользящий по лицу, жесткий, неестественный.