Каббала власти - Шамир Исраэль - Страница 102

Эзра был главным в Великом Собрании. Он был 22-м преемником Моисея, и с ним восседали 120 старцев, а последний из них был Симеон Праведный. В дни Симеона жил Гевиа бен Пасиса (он же Гевиа бен Косем). Он отстаивал Израиль, когда египтяне пришли судиться с евреями. Сказали египтяне: «вы сами признаетесь в Библии, что вы унесли с собой много добра из Египта. А ну, отдавайте!» Он сказал мудрецам: «дайте мне ответить. Если я выиграю — хорошо, а если проиграю — вы всегда можете от меня отказаться». (С тех пор это стало важным приёмом у евреев — если кто победит, то все победят, а если кто проиграет, так это он один проиграл.) Послали его. Сказал он египтянам: «Сперва заплатите нам за 480 лет рабского труда». И египтяне убежали, куда глаза глядят.

В трактате «Санхедрин», 11, говорится, что он был горбун. Еретик сказал ему, «я тебя так стукну, что горб выпрямится». Он ответил: «значит, станешь великим врачевателем, и сможешь брать большой гонорар».

Другие говорят, что Гевиа значит «высокий и стройный» и что он был стражем Храма. Гевиа бен Косем отстаивал Воскресение мёртвых, говоря: «Если ребёнок, кого не было, появился на свет, тем паче тот, кто был — явится на свет Божий». Он переспорил сынов Измаила, когда те требовали своей доли в наследстве Авраама. Пришёл он в суд и сказал: по закону Торы, «не наследует сын невольницы с сыном законной жены», а Измаил был сыном Авраама от невольницы Агари, в то время как Исаак был сыном законной жены Сары. Дело слушалось в субботний год. Убежали сыны Измаила от стыда, опустели их поля, а это был седьмой год, и так гои вынужденно соблюли субботу покоя земли (Лев. 25: 4). Судьёй был Александр Великий.

В те времена жил Доса бен Гаркинас, и жил он 400 лет. Был у него младший брат Ионатан, тот был первенцем у своей матери, а первенец матери (но не отца) обычно прост бывает. Таким был Рувим, первенец Лии (Быт. 29: 32): он сдуру предложил оставить двух сыновей своих в залог, когда пошли братья за Иосифом (Быт. 42: 37). Но этот Ионатан был остр, как бритва, и Доса называл его «первенцем черта».

В те дни в Александрии, она же Амон-Мано или Но-Амон, жило много иудеев, в два раза больше, чем в дни Исхода, и было у них 70 золотых кафедр в большой синагоге. Исполнилось пророчество Иеремии (Иер. 42), Александр их всех убил. Они нарушили запрет «не возвращайтесь в Египет». Вновь заселили иудеи Александрию в дни Онии, сына Симеона Праведного. Он построил большой храм и жертвенник, и весь Египет ходил в этот храм. Так исполнилось пророчество «в этот день будет стоять алтарь Господа в сердце Египта») (Ис. 19: 19). Он стоял 200 лет, окружённый славой, по словам Рамбама. Но, видимо, храм Онии стоял во все дни иерусалимского храма, потому что туда убежал Иошуа бен Перахия. Он стоял и в дни Гиллеля, и тогда египетские иудеи признали власть мудрецов Иерусалима и приносили жертвы в Иерусалим.

В Александрии был свой обычай: девы, обручённые в малолетстве, могли отказаться от своих женихов и выйти замуж за других. Поэтому иерусалимские евреи подозревали евреев Александрии в незаконном происхождении. Принесли александрийцы Гиллелю брачные контракты своих матерей, он нашёл в них разрешение на отказ от обручения и снял с них подозрение.

Это была большая община, в два раза больше народу, чем во время Исхода, но после разрушения Второго храма пришёл император Адриан и всех убил (Гитин 57 б). В то же время пал Бейтар. Но в Тосафот написано, что вновь заселили иудеи Александрию, и так говорят христианские хроники. Палестинский талмуд говорит, что история со ста золотыми кафедрами была после разрушения Храма, в дни Траяна, отца Адриана Гнусного. Он их всех погубил, а не Александр, как говорится в Вавилонском талмуде. Затем пал Бейтар, и ушла слава Израиля, и не вернётся до явления сына Давидова. Почему Траян так озлобился на сынов Израиля? Его сын родился 9 ава, в день разрушения Храма, и евреи одели траур. А потом его дочь умерла на Хануку, и евреи устроили празднество. «Это уже не совпадение, а вражеские происки», — сказал Траян (ПТ Сука 53).

Симеон Праведный был первосвященником в дни Александра Великого, греческого царя, который убил Дария. Тогда пала Персия, через 52 года после падения Вавилона. Аристотель был его современником. Глас божий провозгласил тогда в Святая Святых по-арамейски, что «отменена кара и злодей Калигула убит». Калигула хотел внести своё изображение в Иерусалимский храм.

Когда Александр Македонский подошёл к стенам Иерусалима, ему навстречу вышел Симеон Праведный, и Александр поклонился ему. Придворные удивились, но он объяснил, что призрак Симеона явился ему в бою и привёл к победе. В хрониках гойских королей сказано, что Александр увидел на лбу Симеона, на диадеме, Имя Божье, по-гречески — Тетраграмматон, то есть слово из четырёх букв.

Разрешил Александр Симеону поступать, как ему заблагорассудится, с самарянами, и Симеон их перебил. С Иерусалима была снята осада. Александр велел всех мальчиков, рождённых в том году, наречь в его честь и с этого времени начать отсчёт лет. С тех пор так евреи считают года в деловых бумагах. Это был тысячный год от Исхода из Египта, за 312 лет до Рождества Того Человека, и в это время исчез дар пророчества в Израиле.

Но храм высился, и в нём Симеон был первосвященником. В дни его жизни такие чудеса происходили: когда козла отпущения сбрасывали с кручины Азазеля, и он разбивался об острые скалы, красная ленточка, привязанная к его шее, внезапно белела, в знак того, что жертвоприношение было принято. И ещё западная свеча семисвечника, большой меноры, никогда не гасла, и огонь жертвенника, на котором сжигали зарезанных животных, всегда яро полыхал, но туда каждый вечер подкладывали пару полен. А после смерти Симеона огонь горел тускло.

Рассказывал Симеон: никогда я не соглашался вкусить от жертвы нарушивших свой обет назореев Я считаю: люди берут на себя обет назореев сгоряча, а потом раскаиваются, а значит, и жертва их неискренняя. Но однажды вкусил: пришёл к мне прекрасноокий отрок с юга, и ликом прекрасен, и роскошные кудри до плеч, и хотел принести жертву и свои прекрасные волосы остричь и сжечь в огне жертвенника, как учит Тора, и восклинул я: сыне, почто ты такую красоту погубить собрался? Ответил мне отрок: посмотрел я в воду ручья, увидел своё отражение, и так я залюбовался, что обуяла меня греховная мысль. И сказал я себе: «Чем ты гордишься, ничтожество, в мире, который не ты создал и который тебе не принадлежит, когда сегодня ты здесь, а завтра станешь прахом и пищей для червей? Я тебе волосы постригу во имя небес». Расцеловал я его, и сказал: вот таких назореев я люблю! О таких как ты сказано (Чис. 6): «взял обет назорейства, чтобы посвятить себя в назореи Господу».

После Симеона Праведного, два человека стояли во главе набожной общины иудейской в Святой Земле: один именовался Князем, а другой — верховным Судьёй. Рабби Иоси бен Иоэзер был князем, и его приговорили к распятию. Командовал отрядом, исполнявшим казнь, его племянник Иоахим. Иоахим скакал на коне — а дело было в субботу — перед рабби Иоси, которого вздёрнули на крест, и потешался над ним: «Посмотри, какого коня дал мне мой господин, и какого тебе — твой!» «Если Господь гак милостив к нарушителям Закона, ответил рабби Иоси, то к последователям он будет ещё милостивее и воздаст им в Царствии Небесном». «Но сейчас-то тебя казнят!» «Если так достаётся последователям Закона, то ещё страшнее придётся нарушителям на том свете», — ответил рабби Иоси. И тут же покаялся Иоахим, и казнил себя всеми четырьмя казнями: побитием камнями, сожжением на костре, удушением и отсечением головы. И не успел ещё умереть рабби Иоси, как увидел он — мимо него проплыл на пути в рай катафалк Иоахима. «Обогнал меня, сорванец!», — сказал рабби Иоси.

И действительно, покаяние — великая сила. Многие покаявшиеся грешники попали в рай раньше праведников.

Затем правил царь Птолемей, а он был человеком мудрым и набожным, в его библиотеке было триста тысяч книг. Но мудрецы сказали ему: твои книги — вымыслы и бесполезные истории, главное — перевести Тору на греческий. И послал он за старцами Израиля, чтобы они перевели Его божественную Тору. Пришли 72 старца, во главе со старым Элеазаром, и перевели, но в 18 местах они изменили текст.