VIP значит вампир (Трилогия) - Набокова Юлия - Страница 249

Свет фонарика выхватил из темноты нагромождение кирпичей и горелые доски. Часть фабричных перекрытий была деревянной, пометку об этом я делала еще в отчете для Однорога, когда приезжала сюда впервые. В результате пожара здание обрушилось, превратившись в крошево из кирпича и досок, на самом верху которых, на высоте примерно двух этажей, красовался почти не тронутый пламенем старый стул. Словно какой–то шутник взгромоздил его туда уже после пожара, дабы с высоты посмотреть на разрушения. Наверное, это пошутил какой–то бомж. До пожара многие бездомные облюбовали заброшенное здание в качестве ночлежки.

Моя надежда очутиться в комнате на последнем этаже, где я убила своего создателя, не оправдалась. Значит, надо искать его где–то поблизости. А кроме призрака Жана, здесь могут оказаться и призраки его погибших охранников…

Я обошла пожарище по периметру, светя фонариком и повторяя имя Жана, но не обнаружила никаких следов потусторонней жизни. Вернувшись к началу круга, я выключила фонарь и попыталась слиться с темнотой, чтобы отыскать в ней следы призраков. Тщетно. Наверное, слияние распространяется только на живых существ. Я включила фонарь, последний раз махнула им над головой, безо всякой надежды обводя руины, и вдруг чуть не выронила его. Дрожащими руками направила фонарик на стул, стоявший наверху развалин. Фонарик высветил знакомое красивое лицо в обрамлении темных волос, только теперь оно было полупрозрачным и мутным, как смазанный фотоснимок. Жан был одет так же, как в нашу последнюю встречу, — нарядная белая рубашка, дорогой черный костюм. Он с королевским видом восседал на колченогом стуле, как будто это был золотой трон, а вокруг находились не руины сгоревшего здания, а торжественный зал приемов в императорском дворце. Я некстати вспомнила, что Жан был потомственным графом и аристократичные манеры пронес через всю жизнь, не утратив их даже после смерти.

Призрак хранил молчание, насмешливо взирая на меня с высоты второго этажа. Я одновременно испугалась того, что он пропадет, так и не проронив ни слова, и что он окажется рядом и мне придется взглянуть в глаза того, кого я убила.

— Жан, поговори со мной, — позвала я по–французски, не сводя с него взгляда.

— Потрясающая наглость! — саркастически отозвался призрак, не высказав удивления тем, что я могу его видеть. — Ни здравствуй, ни прости. Ты не устаешь меня поражать, mon amour.

Я вспыхнула от этого интимного обращения, которым Жан всегда меня называл.

— Мне не за что просить прощения, — вскинулась я.

— А я ведь обижен на тебя, mon amour. — Он вскочил на ноги. — Смертельно обижен.

Призрак скользнул вниз, приближаясь ко мне, и я почувствовала холодок по коже. С каждым шагом его облик становился все четче. Уже можно было разглядеть выразительное лицо с классически правильными чертами и рельефными скулами, твердый рот с крепко стиснутыми губами, длинные ресницы и глубокие карие глаза, казавшиеся почти черными. Жан был красивым мужчиной — недаром я запала на него при нашей первой встрече. В пятидесятых он некоторое время был звездой черно–белого кино. Но он неспроста играл роли злодеев и авантюристов: Жан и в жизни никогда не был положительным героем. Он был классическим плохим парнем. Это выдавал и его взгляд — шальной, вызывающий и порочный одновременно, и самоуверенное выражение лица, и жестокий изгиб бровей.

— Я искала тебя не для того, чтобы просить прощения. — Я отважно взглянула призраку в лицо, по–прежнему глядя снизу вверх. Даже стоя на одном уровне со мной, Жан был выше на целую голову.

— Неужели соскучилась? — Француз наклонился ко мне так близко, словно хотел поцеловать. — Я польщен, mon amour.

Я медленно ослабила узел шарфа. Жан с интересом взглянул на мою обнажившуюся шею и облизнулся. А потом я подцепила пальцами серебряный кулон, который надела по дороге в машине, и нащупала неровные контуры пазла. Увидеть его Жан не ожидал. С ошеломленным видом он отстранился. Его призрачные пальцы легли поверх моих, держащих кулон, но я не почувствовала прикосновения, только холод.

— Я все знаю, — отрывисто сказала я. — Я была в Замке Сов в ту ночь, когда там собрались двенадцать обращенных тобой вампирш. Дарла, Ванесса Рейн, Орнелла Дамиани, Пандора и остальные.

— Браво, mon amour, — призрак тонко усмехнулся и убрал руку, — ты всегда оказываешься в нужное время в нужном месте. Надеюсь, тебе понравился мой сюрприз? Ты рада, что не одинока в этом мире?

— Что за наследство ты им оставил? — требовательно спросила я.

— А девочки разве с тобой не поделились? — Он насмешливо приподнял бровь и добавил: — Ах, прости, mon amour, подарков ровно двенадцать по числу наследниц. Когда я задумал эту забаву с кулонами и наследницами, тебя еще не было в планах.

— Значит, это не ядерная кнопка? — едко поинтересовалась я. — Мне стало намного легче.

— Ядерная кнопка? — Жан раскатисто расхохотался. — Ты меня недооцениваешь, mon amour. Мой прощальный подарок девочкам куда более оригинален. Это штучные экземпляры, каждый из которых обладает поистине взрывоопасной силой. Смотря как их применить. — От его зловещей улыбки меня прошиб озноб.

— И когда ты все это задумал? — сердито спросила я. — Неужели ты предчувствовал свою смерть?

— Ну что ты, mon amour! Я собирался править миром и прожить еще долгую–предолгую вечность. — Он щелчком сбил невидимую пылинку с лацкана пиджака, там, куда вошла Серебряная Слеза. — А идея с кулонами, картой и сокровищем пришла мне в голову, когда я встретил первую из моих девочек, Фабиолу. Я тогда уже почти отчаялся отыскать Серебряные Слезы и еще не встретил Элен, которая здорово помогла мне с их поисками.

Я вздрогнула, вспомнив магичку, которую Жан застрелил на моих глазах. Формально — защищая меня, фактически — избавляясь от надоевшей любовницы, которая исполнила свое предназначение.

— Тогда мне показалось забавным собрать свою коллекцию вампирш высшего класса, каждая из которых будет воплощенным талантом одной из Серебряных Слез, — поделился Жан. — Согласись, я отобрал лучших, — с самодовольством заметил он. — Среди моих воспитанниц голливудская богиня, поп–принцесса, звезда телешоу, королева сплетен, олимпийская чемпионка, премьер–министр, нефтяная королева…

Я слушала призрака, затаив дыхание и пытаясь не выдать своего ликования, чтобы не спугнуть его откровений. Я уже поняла, что из вредности Жан не скажет правды о наследстве. Но можно хотя бы узнать информацию о незнакомых вампиршах. К моему сожалению, призрак оборвал список, не назвав всех до конца. Но и теперь в моих руках было немало зацепок. Пусть у меня нет фамилий вампирш, но есть имена и описания внешности. А теперь еще и род их занятий. Конечно, придется проверять данные вампирш по всему миру, но сомневаюсь, чтобы среди них было много нефтяных королев, премьер–министров и олимпийских чемпионок. К тому же поиск сужается до вампирш–новичков, инициированных за последние два года. А это уже существенно облегчает наши с Вацлавом задачи.

— В ближайшие годы я не собирался открывать им правду о существовании других кровных сестер. Но я подумал, что я не вечен и было бы жаль, если мои девочки никогда не узнают друг о друге. Ведь они бы могли стать серьезной силой, объединив свои усилия, даже если это случится после моей смерти. Так возникла идея с завещанием, кулонами и картой. Сокровище появилось намного позже. Так уж и быть, открою тебе тайну. — Он доверительно наклонился ко мне, и от холода у меня едва волосы на голове не зашевелились. — Если бы ты убила меня неделей раньше, девочки обнаружили бы тайник пустым. Я наполнил его накануне своего визита в Москву.

— Что там было? — не удержалась я.

— О, — Жан насмешливо поцокал языком, — всему свое время, mon amour. Уверен, ты совсем скоро все узнаешь. Все узнают. Это будет разорвавшаяся бомба.

— С тобой, как всегда, приятно иметь дело! — раздраженно сказала я. — Между прочим, не все твои избранницы смогут воспользоваться твоим подарком. Эмили и Пандора недавно погибли.