Путь демона. Тетралогия - Глушановский Алексей Алексеевич - Страница 230

— О, не беспокойтесь. Почти все мужчины покинули графство еще на прошлой неделе, вместе с моим мужем, и сейчас ожидают известий об освобождении от демона в соседней провинции. А те что остались, не стоят того, чтобы столь благородный лэр доставлял себе ради них столько неудобств.

— К сожалению, не могу с вами согласиться, графиня. У меня, — прямой приказ Её Величества Аталетты.

Лицо Верлетты заметно поскучнело. — Ну, раз так… — с разочарованием в голосе протянула она. — Когда вы выезжаете?

Приметив её оценивающий взгляд, и мягкое движение, которым она отослала служанку, Олег ответил со всей возможной твердостью: — Немедленно. Мне пора. Благодарю за гостеприимство.

Спустя полчаса, он уже скакал по раскисшей, болотистой дороге в направлении небольшой деревни Лягушатники, находившейся в дне пути от замка Риал, и в голос проклинал графиню — нимфоманку, дождь, раскисшую дорогу, и свои собственные малые возможности в качестве мага воздуха и воды, не позволяющие устранить погодные неурядицы. Возникшую соблазнительную мысль устранить дождь, а графиню, он отгонял с превеликим трудом. В конце концов, та в общем-то не желала ему ничего плохого… Так что и убивать её не за что…

Когда Олег миновал уже половину пути к деревне, а в серой хмари туч замелькали небольшие разрывы, в которых проглядывало чистое небо, ему в голову пришла идея. Он выругался сквозь зубы, и с размаху хлопнул себя ладонью полбу. И впрямь. Ну чего ему стоило вызвать какого-нибудь инкуба, который и занял бы внимание благородной леди, позволив ему спокойно спать в теплом и уютном замке, не опасаясь нежелательных гостий в своей спальне? Выругавшись же, он еще поторопил Ворона, и так мчавшегося галопом: Ну не возвращаться же теперь, после громогласного объявления об отъезде на героическую битву?

Террор-полковник особого киборгизованного отряда Брунгильда Джокс, грязно выругалась, помянув нехорошим словом составителей программы 'атака из прошлого', научников, недоведших до ума переносящие механизмы, сдохший тактический компьютер, местных жителей, категорично отказывающихся понимать латынь, на которой, согласно теории великой Фоминелии они обязаны разговаривать, и собственную неуклюжесть. Затем, переключила режим бедренных и плечевых гидроусилителей и, загребая руками, начала выплывать из трясины, которой обернулась такая невинная и привлекательная, поросшая свежей, зеленой травой лужайка.

Миновало уже две недели, а она никак не могла приступить к выполнению задания. Процессор тактического компьютера сгорел в первые же пару дней пребывания в этом мире, что резко ограничило её возможности в изучении языка аборигенов. За все это время, единственными фразами, которые ей удалось изучить, используя оставшиеся единственно доступными резервы органического мозга были: 'Нет, не надо', 'Пощадите', 'Спасайтесь, толстый демон' и 'Молю вас, не убивайте меня'. Согласитесь, крайне недостаточный лексикон для создания могучего фемократического государства, и покорения мира.

Более того! Помимо тактического процессора, быстро стали приходить в негодность и остальные. Самым обидным и неприятным стал выход из строя системы автонаведения, после чего точность её стрельбы резко упала. Подобное было невозможно даже теоретически! Все компьютерные системы были надежно защищены от любых типов излучений! Если уж говорить напрямую, то с куда большей вероятностью могла быть повреждена, или даже уничтожена биологическая составляющая. Однако именно она-то и находилась в полном порядке. Хорошо хоть, что собственно боевые и защитные системы находились в полном порядке.

Лишь сравнительно недавно ей удалось частично восстановить функции системы наведения, замкнув её напрямую на свою нервную систему. Не лучший выход, — человеческий мозг просто не приспособлен к проведению столь сложных вычислений, какие требовались для точного выстрела, так что поневоле пришлось значительно уменьшить порог допустимого разброса, но это хоть кое-что. По крайней мере, теперь она не попадет вместо бегущего по прямой игрексоида в расположенное неподалеку не такое уж и маленькое дерево… Брунгильда, вздохнула, и в который раз вознесла благодарность конструкторам, разработавшим её шлем, и укрепившим череп и позвоночник.

Наконец ей удалось выбраться из трясины, и ощутив под собой твердую землю, она облегченно вздохнула. Масса её тела, буквально переполненного различными техническими приспособлениями, была куда выше, чем у простого человека, так что если бы не гидроусилители, позволившие шевелить конечностями с куда большей скоростью и силой, нежели это позволяли биологические мышцы, ей, для того чтобы выбраться, пришлось бы задействовать разовые антигравитационные пластины, а их и так осталась последняя пара. Почему-то здесь, в прошлом, они горели просто с ужасающей скоростью, теряя заряд менее чем через десять минут полета.

Восстановив в памяти составленный робошмелями-разведчиками (пока они еще действовали) план местности, она убедилась, что до небольшого поселения, к которому она направлялась, осталось не так уж далеко. Более того, — неподалеку от него протекает небольшая речушка, в которой можно будет смыть с себя болотную грязь. Да, похоже решение срезать путь через лесной массив оказалась в корне неверным.

На этот раз, Брунгильда решила воздержаться от прямого уничтожения обитающих в деревне игрексоидов, дабы не пугать жительниц, и постараться задержаться там подольше, изучая язык. А уж после того, как язык будет изучен, можно будет и провести разъяснительную беседу с использованием мыслеподавителя. Эта жалкая деревушка на окраине болота станет первым опорным пунктом молодой фемдемократии, откуда она неудержимыми шагами устремится по всей вселенной!

Через несколько часов, она вышла к опушке леса, за которой просматривалась деревня, а неподалеку протекала небольшая речушка, берущая начало в том самом болот, куда она так неосторожно влезла.

Её заметили. В деревне поднялась короткая суматоха, залаяли собаки, но вскоре все утихло, и воцарилась настороженное молчание. Решив, что негоже будет входить в деревню в столь неприглядном виде, Брунгилдьда направилась к реке.

Она уже практически закончила мытье, когда из деревни вышел, и быстрым шагом направился в её сторону молодой игрексоид. Черно-алый плащ с вышитым рисункам за его плечами, хорошая, качественная одежда, и меч у пояса, свидетельствовали о несправедливо высоком положении, которое это животное занимала в местном обществе.

Брунгильда представила, сколько труда было положено аборигенками для шитья такого наряда, как они, коля пальцы местными, примитивными иглами, и глотая горькие слезы, вышивали этот плащ, который так небрежно, без всякого уважения к их труду развевается за плечами этого молодчика и её решимость — 'не убивать! значительно уменьшилась.

Кроме того, судя по всему, перед ней был представитель местной власти, возвысившейся явно за счет грубой силы, и того примитивного оружия, что виднелось на его поясе, а значит, крестьянки будут только рады освободиться от угнетателя.

В такт этим мыслям, плечевой плазмомет выдвинулся, занимая боевое положение. Игрексоид неожиданно замер на месте, с выражением невероятного изумления на лице рассматривая Брунгильду. Лучшего момента для атаки нельзя было и представить! С довольной улыбкой на лице, террор-полковник открыла огонь.

Сгусток перегретой плазмы устремился прямо к замершему противнику, и Брунгильда даже успела подумать, — Отлично, на этот раз никакого промаха, когда вокруг её противника полыхнула тонкая пленка силовой защиты, легко отразившей её выстрел.

— Имперский киборг? Но как, откуда? И почему у него нет внешних устройств? Выглядит как обычный человек, — промелькнуло в голове ошарашенной таким развитием событий Брунгильды. Однако думать было некогда. Её противник, ответил на удар, применив какую-то странную разновидность плазмомета, стреляющую шаровыми сгустками плазмы. Полковник едва успела включить собственную силовую защиту, так что грянувший мощный взрыв ей почти не навредил, лишь немного сбив прицел, и тонкий рубиновый луч импульсного лазера прошел чуть в стороне от врага, проделав небольшую аккуратную дырочку в стене ближайшей к месту битвы крестьянской хижины.