Как стать чародеем. (Дилогия) - Шумская Елизавета - Страница 148

Чародейка подошла к столу и коснулась пальцами нежных лепестков роз, что исправно таскал ей Ло. Чудесные цветы, не такие строгие и торжественные, какие обычно преподносят, наоборот – невысокие, странного почти терракотового оттенка, с неизменным нежным и чарующим ароматом.

Да, хорошие цветы, ничего не скажешь. А вот собственное настроение Иве не нравилось. Занятия по магии не прошли даром, и она подозревала, что такое состояние может возникнуть совсем не от погоды или времени года. Тому, возможно, есть несколько причин. Во-первых, ее могли проклясть или наложить порчу. Знахарке, правда, было смешно второе предположение. Но вот проклятие… Не хотелось бы, но надо эту версию проверить. Завтра же она купит необходимые для этого ритуала принадлежности… или можно пойти к одному из преподавателей. Но не хочется…

Во-вторых, и в самых вероятных, это могло быть предчувствие. Как известно, интуиция не в состоянии выйти и сказать: мол, так и так, хозяйка, тебя ждут бо-о-ольшие проблемы. Тогда надо посидеть и хорошенько подумать, из-за чего ей достался такой подарок.

В-третьих, она вполне могла во что-то вляпаться, сама того не зная. Магические ловушки порой были очень хитрые, их даже квалифицированный волшебник не сразу распознает. Как, например, та, в какую попал тролль давеча. Он, как всегда, с кем-то подрался. Кажется, из-за мухлежа в карты – а Грым это дело любил и ценил: и карты, и мухлеж. Но когда ловил других на последнем, спуску не давал. Тоже как-никак традиция: или играй честно, или мухлюй профессионально. А этот кто-то возьми да окажись колдуном недоделанным. Такого попробуй обнаружь! Пользы от него никакой, зато вреда! Только он и получается. Вот и пустил этот гад троллю в спину прековарное заклинание – и не магия как таковая, и не порча, а что-то среднее. Хитро так устроено – во всем Грыму неудача стала сопутствовать. До смешного доходило: на ровном месте спотыкался, выпивкой давился, о собственный меч порезался. Слава богам, Калли углядел это колдовство. Полезная штука – направление Жизнь. Любое вредоносное волшебство чует. Долго потом ломали голову, как его снять, но совместными усилиями это удалось. И счастье, что Ива все-таки и знахарка, и с ведьмовским арсеналом знакома.

Так что же все-таки с ней? Как же плохо без Владигора. Не посоветуешься! А через шар неудобно, да и поздно уже – мало ли, может, он с женщиной.

Ива покосилась на карты. Они призывно лежали на столе, и травницу так и подмывало их раскинуть. Так пальцы и чесались. Девушка провела ими по боку колоды, та так и просилась в руки. Нет, не стоит. Есть время для гаданий, есть время и для передышки.

Ночь привычно крутилась около домика, не решаясь вступить в его пределы. Знахарка повернула голову и посмотрела в зеркало. В памяти мгновенно всплыли предупреждения тетушки по поводу серебряных стекол в темное время. Грань… грань, такая близкая и такая обманчиво доступная… Так хочется заглянуть за нее – а что там? За пределами этого мира?

Травница стояла между темным, почти ничего не отражающим зеркалом и притаившейся на столе колодой. За окном бродила ночь, а луна блудливо заигрывала с ветром, то появляясь, то скрывая свой изменчивый лик за облаками.

Ах, какой же соблазн – зажечь свечи, поставить их перед зеркалом, налить в серебряную чашу колодезной воды, взять карты в руки… Так и манит, искушает… Ива подошла поближе к темному стеклу. В неярком свете ее глаза горели чародейским огнем, будто она выпила мандрагоровую настойку. Да и ощущения соответствующие – ненормальное возбуждение, будто поколдовал кто.

Снизу раздался жуткий грохот и сдавленное шипение гаргульи – это они с Щапой соревновались, кто ловчее бегает по потолку и балкам. Каждый раз это заканчивалось перевернутой или сваленной мебелью. Слава богам, все бьющееся Ива додумалась зачаровать на предмет прочности. Травница вздохнула и пошла разбираться, а если не повезет, то и вытаскивать кого-то недостаточно шустрого из-под чего-нибудь.

Тьма в зеркале недовольно отхлынула, а свечи вспыхнули ярче, однако знахарка этого, разумеется, не увидела.

Фей ворвался в аудиторию так, что все вздрогнули. Вообще, за преподавателем водились разные странности. Более всего студенты не любили его нежную привязанность к неожиданным проверкам и зачетам. Однако в этот раз, похоже, ничего такого в голове у Фея не бродило, и все расслабились. Как водится – зря.

– Кто мне скажет, вот сейчас, не сходя с этого места, сколько окон на фасаде главного здания Университета? – Учитель уставился на студентов так, что всем тут же стало неуютно. Кроме того, все тут же обнаружили, что никто из них не помнит. Ива представила себе требуемую картинку, но ничего дельнее образа – а они, как известно, точными не бывают – из себя выжать не удалось. Даже Калли выглядел озадаченным.

Грым поднял руку и в ответ на кивок преподавателя произнес:

– Шесть на уровне второго этажа, десять – третьего, потом опять десять. На башнях по три, если смотреть со стороны главных ворот.

Курс удивленно выдохнул. Фей тоже казался ошарашенным.

– Ты всегда такой внимательный, Грым? – осторожно поинтересовался он.

Тролль помотал головой:

– Стараюсь, но не всегда удается.

– Интересно-интересно, а скажи-ка мне, Грым, до поступления сюда уж не наемником ли универсалом ты был?

– Так точно, – отрапортовал тот.

– Ага, тогда понятно. Наверняка приходилось проникать в здания не с главного входа, не так ли?

Грым пожал плечами.

– Как без этого.

– Ну вот. Именно это я и хотел вам подчеркнуть. – Фей улыбнулся. Совсем не впечатляющая его внешность – если не считать невообразимо живых глаз – преображалась от этой улыбки, хитрой и довольной. – Уверен, что никто, кроме Грыма, у которого это профессиональное, не помнил до сего момента, сколько же этих пресловутых окон. Но смею вам заметить, вы это здание видите каждый день и по нескольку раз. А тем не менее однажды ваша внимательность может спасти вам жизнь. Не надо далеко ходить за примером. Дэй, прости, что напоминаю об этом для тебя неприятном инциденте, но только наблюдательность Ивы предотвратила катастрофу…

Взгляды обратились на знахарку, она хотела довольно улыбнуться, но вовремя вспомнила про гаргулью… «Ты опять ничего не поняла…»

Улыбка завяла на корню.

– Итак, пример с окнами указывает на отсутствие у вас внимательности, которая, увы, вырабатывается только в процессе постоянной тренировки, коя возможна только при профессиональной деятельности, связанной с указанной, простите за тавтологию, внимательностью. Как бы мне ни хотелось, у меня нет возможности привить ее вам. Но она у вас выработается, хотите вы этого или нет. Вы все будущие маги, и колдовство – это то, чем вы станете заниматься именно профессионально. Поэтому хочу особо подчеркнуть, что вам следует тренировать ваше внимание, замечать все магическое. Поверьте, в мире полно неучтенного, незаметного или завуалированного колдовства. Очень много различных магических систем, порой очень простых, порой и необыкновенно сложных. Вашей задачей будет попытаться их заметить. Не обещаю, что сразу получится. Просто по причине отсутствия должных знаний. Помнится, мы с вами уже говорили, как важно видеть знаки, что посылает вам судьба и мир. Сегодня я говорю, что надо не только видеть, но и связывать это и со знанием, что у вас уже есть. Создавать, так сказать, системы. И, собственно, на сегодняшнем уроке мы поговорим о… числах. Да-да, не удивляйтесь. Именно о числах…

Ну что ж, приступим. Все мы – я говорю не только о магах – вольно или невольно приписываем цифрам и числам магическое значение. Вот, например, гоблинская дюжина не дай боги выпадет на пятницу…

Ива усмехнулась. Впрочем, это сделали все. Фей улыбнулся и продолжил:

– А монстров все маги отчего-то вызывают предпочтительно с помощью пентаграммы, хотя всем известно, что рисунок может быть самый разный, однако для этого ритуала – чего бы то ни было – популярностью пользуется именно она.