Пауки-убийцы - Льюис Ричард - Страница 7

Алан кивнул. Его лицо было серьезным и спокойным. В его сознании возникла какая-то странная теория...

Глава четвертая

Как только ей исполнилось шестнадцать Сюзи Картер почувствовала себя полностью самостоятельной. В тот день, когда она покинула школу, школьная форма полетела в мусорный ящик, а Сюзи купила себе кое-какую новую одежду и осветлила волосы. Потом она направилась в местный универмаг — один из двух в их небольшом городке в Кенте — и получила работу кассирши.

Работа была только первым пунктом в плане, который наметила для себя Сюзи. Она собиралась поехать в Лондон, только там можно было заработать настоящие деньги. Как только она накопит достаточно, она упакует вещи и покинет город.

Сюзи часто видела молодых девушек на обложках журналов мод, в телевизионных передачах.

Она решила, что она красивее многих на этих рекламах. И в чем-то была права.

Ее кожа была бледной, мягкой и ровной. В косметике она явно не нуждалась, но всегда красилась очень яркой помадой, пользовалась тушью и тенями.

Глаза, ярко-синие и большие, придавали ей наивный вид, который привлекал и мужчин, и молодых парней. Она часто капризно надувала свои чувственные губки. Нос у нее был маленький и прямой. Ее лицо можно было назвать совершенным.

Да и фигура у нее была что надо. Особо гордилась Сюзи ногами. Они были длинными и стройными.

Таким образом, Сюзи была красивой шестнадцатилетней девушкой. Природа одарила ее всем, что можно только пожелать.

Несмотря на то, что ей было всего лишь шестнадцать с половиной, она уже полностью сформировалась. Ей нужен был любовник. Мужчина, который повидал мир, который путешествовал по Франции и Италии. Мужчина, который разбудит ее страсть, который понравится ей и удовлетворит ее. И он нашелся.

Связь Сюзи стала ее тайной. Связь, которая объединяет мужчину и женщину. Она должна была оставаться тайной: ее любовником стал местный школьный учитель, один из тех, что учили ее. Давиду Принглу было около тридцати. Его жена была на несколько лет моложе.

Прингл каждую субботу ходил за покупками в универмаг. На этой почве два месяца спустя и расцвела их любовь.

Сюзи расценивала эту связь как рискованное приключение, и кроме того, она поверила, что влюбилась настоящей женской любовью. Почему бы Принглу не предпочесть ее своей жене?

Перемены, которые произошли в Сюзи, выразились прежде всего в ее высокомерии по отношению к родителям и друзьям. Она игнорировала замечания отца по поводу поздних возвращений и просьбы матери одеться поприличнее. Что они могли знать о ее жизни?

Она заглядывала вперед только на один вечер. Сегодня она опять встретится со своим любимым в лесу недалеко от города. Будет лежать в этом шелковом платье и смеяться над собственной испорченностью, скидывая трусики. Давид Прингл был не из тех мужчин, что любят попусту тратить время.

Она спустилась вниз и просунула голову в гостиную, чуть приоткрыв дверь.

— Я ухожу, — сказала она родителям, которые смотрели телевизор.

— Возвращайся не слишком поздно, — произнес отец, не отрывая глаз от экрана.

— Ты прилично оделась? — обернувшись, спросила мать.

— Прекрасно, — сказала Сюзи и захлопнула за собой дверь.

Ночь стояла ясная. Было полнолуние. Она шла по маленькой освещенной луной улочке и думала, насколько правдивы истории, которые рассказывают люди о полной луне. Ускорив шаги, она поспешила вдоль пустынного переулка и вскоре была на окраине города.

Свет луны отбрасывал длинные тени от веток деревьев и кустарника. Сюзи вздрогнула, у нее даже перехватило дыхание, когда неподалеку раздался треск ветки. Сюзи не любила темноты и сейчас находила странным, что согласилась с Принглом встречаться здесь по ночам. Правда, когда они летом занимались здесь любовью, все казалось другим, не таким угрожающим.

Она взглянула на луну, белую как череп. Теперь это казалось Сюзи зловещим, а не романтичным, как летом. Шум и какой-то звук справа от нее заставил Сюзи вскрикнуть. Но затем она поняла, что это всего лишь птица и приказала себе не быть такой глупой.

Наконец она дошла до места свидания — полянки, где в центре рос большой старый дуб. Она с некоторым облегчением выбежала на открытое пространство, встала под деревом, горько сожалея, что Прингл не пришел первым. Она стояла очень тихо, сжимая в руках свою сумочку и прислушиваясь, не раздадутся ли шаги ее любимого. Но все, что она слышала, были лишь звуки ночного леса — шелест деревьев, чириканье птиц, потревоженных в гнезде, голоса каких-то животных.

— Пожалуйста, приходи скорее, Давид. О боже сделай так, чтобы он пришел скорее. Мне страшно. Я боюсь темноты, — молила она.

Сюзи закрыла глаза, желая услышать его шаги, его голос, но не уловила ничего, кроме обычных ночных звуков. Хотя что-то еще она слышала — какой-то шелест, царапанье, почти шепот.

Она взглянула на луну, увидела ее мрачный жутковатый свет и опять вспомнила все страшные истории, которые слышала раньше. Ее сердце сжалось.

— О боже, Давид, где же ты?

Когда Сюзи услышала треск веток позади себя, она была не в силах оглянуться.

— Извини, дорогая, я на несколько минут опоздал, — прозвучал вдруг голос Прингла.

Она бросилась в его объятия, все еще вздрагивая от пережитого страха.

— Эй, эй, — нежно сказал Прингл. — Да ты вся трясешься. Что случилось?

— Темно... Я боюсь темноты, — пробормотала Сюзи. — Мне страшно.

Он привлек ее к себе и жадно прижался к ее губам. Близость его тела развеяли все ее страхи, она безрассудно захотела Прингла и медленно повлекла его к земле. Он остановился на мгновение, снял свою кожаную куртку и постелил ее на траву.

Прижавшись к Принглу, Сюзи чувствовала, как его сильные руки нежно ласкают ее тело. Прингл застонал, она приоткрыла глаза, чтобы взглянуть на его лицо — бледное с маленькими глазами и тонкими губами. Почувствовав приближение оргазма, она оторвала руки от спины Прингла и прижала ладони к холодной влажной земле. И вот она забылась, захваченная волной страсти.

Потом она услышала, как Прингл вскрикнул и, думая, что он переживает то же, что и она, прижалась к нему. Крики Прингла становились все громче. Она открыла глаза и вдруг похолодела от ужаса. В нескольких футах от ее лица, блестя в холодном свете луны, стоял паук. Он был на много больше тех, что она видела раньше. Все его восемь глаз неподвижно уставились на них.

Давид! Давид! — закричала она, инстинктивно закрываясь руками.

Прингл дико смотрел куда-то наверх, она взглянула туда же. Сначала она не могла понять, что случилось. Луна была почти не видна из-за сотен маленьких темных существ, слетавших с веток дуба, возвышающегося над ними, В следующую секунду Сюзи разглядела, что это пауки, висящие на тонких почти невидимых нитях. Один за другим они быстро спускались на спину Прингла. Она почувствовала, как что-то зашевелилось в ее волосах. Рукой нащупала колючее тело паука, с содроганием вытащила и отбросила его, затем попыталась освободиться от извивающегося и корчившегося тела Прингла. Но он был Слишком тяжел. Затравленно озираясь, она увидела черную массу, которая, переливаясь как лава, спускалась с ближайших кустов на землю прямо перед ними.

Прингл, дергаясь в конвульсиях боли, скатился с нее. Она подобрала ноги и села, прижавшись спиной к стволу дерева, не в силах шевельнуться, как в кошмарном сне. Горло у нее сжалось, сердце стучало, глаза не могли оторваться от Прингла, облепленного массой этих бешеных пауков. Он катался по земле, все еще крича, а пауки карабкались и карабкались на его открытое тело.

Сюзи почувствовала какое-то движение на своей ноге. По ее прекрасной голени полз паук! Сбросив его рукой, она как слепая, наугад, ринулась в лес и понеслась не останавливаясь, натыкаясь на деревья, оставляя обрывки платья на ветках и сучьях. На берегу маленького ручейка она упала без сил.

Доносившиеся до нее крики Прингла внезапно оборвались. Воцарилась зловещая тишина. В темноте ничего не двигалось. Сюзи огляделась, что-то зашевелилось в кустах около нее. Не спускаются ли первые жуткие насекомые?!