Дорога к Храму. Дилогия - Нергина Светлана - Страница 210

Да и человек ли?..

Вельде, гостеприимно распахнувшей перед нами калитку, навскидку можно было дать лет сорок. Ну может, чуть больше. Приветливая улыбка не сходила с подвижного лица, озаренного какой-то по-девичьи шаловливой радостью.

– Где ж тебя носило полгода, горе луковое? – беззлобно корила она «виновато» потупившегося виттара, чуть не силой затаскивая нас обоих во двор. – Я уж думала, ты в кощунцы подался!

Виттар возмущенно засопел:

– Как?! Я?!!

– Ты-ты, – со смехом подтвердила вельда и повернулась ко мне. – Да ты заходи, девочка, не стесняйся!

«Девочка» поспешно захлопнула разинутый от удивления рот, мысленно пообещала себе вернуть шпильку и заперла за собой калитку на крюк.

– По Веткам шлялся, где ж мне еще быть-то, – уже серьезно объяснил виттар, привычно распахивая дверь в дом и разуваясь у порога. – А вы здесь как живете?

– Да как нам жить, – пожала плечами вельда. – Как жили, так и живем. Только Льету я что-то давненько не видела, ну да это и раньше бывало.

Виттар нахмурился, но промолчал.

– Ты меня со спутницей своей не познакомишь? – напомнила вельда, когда мы обе уже отчаялись дождаться от Арлиррига инициативы в этом пикантном вопросе. Мне-то что: я и сама назваться могу. Вот только на каждой Ветке свои обычаи: вдруг здесь представляться самой неприлично? Хорошенькое же впечатление я тогда произведу с самого порога!

– Это Иньярра, ринда, – покорно объявил виттар. Лицо вельды изумленно вытянулось, как колбаска теста в умелых руках стряпухи, и медленно залилось багровой краской. – А это Грида, ара.

Интересно, это такое имя: Грида-ара или я опять чего-то не поняла? Это уже становится печальной традицией…

– П-простите, ринда, – торопливо склонилась в поклоне Грида, испуганно перекосившись от своего панибратского и даже несколько покровительственного тона. – Я не знала…

Я суетливо замахала руками, открещиваясь от этих дурацких почестей:

– Да бросьте вы! Еще чего не хватало – поклоны отвешивать! – Я бросила на виттара гневный взгляд – тоже мне, нашел как представить! – но он и не смотрел в мою сторону, искренне наслаждаясь сценой всеобщего смущения и замешательства.

Грида удивленно выпрямилась и просверлила меня непонимающим взглядом.

– Давайте на «ты», – осторожно увещевала я.

– Ну… – видимо, спорить с риндой здесь и подавно не полагалось. – Хорошо…

– Вот и чудненько!

– Замечательно! – поддержал меня вельд, вложив в это словечко весь свой скепсис и ехидство.

Вельда, быстро оправившись от шока и сообразив, что я совсем не горю желанием быть великой святой, пришедшей, дабы спасти их мир, мгновенно повернулась к Арлирригу и иронично скомандовала:

– А сейчас самый вредный из нас немедленно возьмет ведро и отправится за водой! Ибо иначе он останется без обеда!

– А почему сразу я, – по-детски заканючил Арлирриг, хитро поблескивая зелеными глазами. – Чуть что – так сразу и самый вредный, и за водой… Что я вам, ишак навозный?..

Мы дружно расхохотались, но не сжалились и за водой его все же погнали. Ибо приготовить обед без воды мог бы разве что закоренелый любитель черствых сухарей или… ведьма.

Но кто сказал, что я собиралась объявлять это общественности?

Женщины, безусловно, умеют хранить любые смертельные тайны. Но сообща.

И поэтому, в две руки варганя обед на троих, мы с Гридой сплетничали безо всякого зазрения совести. Картошка быстро белела, освобождаясь от кожицы, мясо послушно обваливалось в муке, а разговор, разумеется, крутился вокруг ушедшего к колодцу виттара. Хвала Хранящим (или уже Змию?), колодец был далеко.

– Давно ты его знаешь? – невинно обронила я, кладя очередную очищенную картошку в миску к остальным. Прищурилась, прикидывая, хватит ли нам этого или спуститься в подпол и принести еще. А леший с ней, если что – урежем порцию Арлиррига. Под предлогом его повышенной вредности.

– Давно, – усмехнулась вельда. – Уж всяко дольше, чем ты.

– И как?

Вельда неопределенно пожала плечами:

– Да так… Скептик, насмешник, шутник. И просто хороший вельд. Сейчас таких немного. А тебе как?

Я тяжело вздохнула. «Как» он мне, очень хотелось бы знать самой. Но то, что лезло в голову, признавать правдой категорически не хотелось, а ничего больше не придумывалось. И голос разума, как назло, куда-то запропастился…

– Не знаю пока, – уклончиво ответила я и перевела тему. – Грида, если не секрет, а сколько тебе лет?

– Много. И сама не упомню, – отшутилась та.

– Но уж не больше, чем мне!

– А тебе сколько? – удивилась вельда.

– Восемьдесят два… нет, уже три!

Грида удивленно захлопала красивыми, ярко-васильковыми глазами с длинными пушистыми ресницами.

– То есть?

– Я же ведьма, – беспечно пояснила я. – А маги – и те живут никак не меньше трехсот лет. Хотя редко какая бесь им позволит столько прожить, конечно, но в теории…

– А, – понятливо протянула вельда. – Ты не удивляйся, что я так спрашиваю: я же не витта, чтобы про другие Ветки много знать. Так что, где услышу… А мне двадцать три года.

– Ско-о-олько?! – удивленное словцо сорвалось с губ прежде, чем я подумала, что произносить его, пожалуй, все же не стоило. Даже несмотря на то, что выглядела вельда в два с лишним раза старше. Но каким образом, леший побери?!

– Двадцать три, – не обижаясь, повторила вельда, и с таким видом, как будто мне это должно все объяснить, обронила: – Я ведь ара.

– Ну и что? – тупо спросила я, машинально нарезая картошку соломкой и отправляя в большой казан с шипящим на дне маслом, сыто булькавшим с каждой новой порцией. Раскаленная печь пыхала жаром, но не было ни видно привычных сполохов пламени за неплотно притворенной заслонкой, ни слышно уютного потрескивания поленьев. Да и не пахло огнем, если уж честно.

– Как что?

Я отодвинула подальше разделочную доску, чтобы не порезаться в запале, и повернулась к вельде лицом. Хватит, дальше терпеть этот идиотизм я не намерена.

– Грида, я понятия не имею ни о том, кто такие ары, ни о том, кто такие витты, вельды, кощунцы, жрецы и все остальные! Я в принципе оказалась на Авалоре сегодня ночью, а этот наглый тип, – раздраженный кивок в стороны открытой входной двери не дал посомневаться, о ком это я, – и не подумал что-нибудь мне объяснить!

Вельда пораженно всплеснула руками:

– Да как же жрецы тебя выпустили, ничего не объяснив?!

– Встреча с ними была далека от теплой и дружественной, – угрюмо буркнула я.

Вельда тяжело вздохнула, вывалила мясо на сковороду, размешала и накрыла крышкой, чтобы не так сильно брызгалось масло.

– Ладно, сядь. О Змий, и как же мне объяснить все так, чтоб ты поняла?

– Начни с главного, – посоветовала я.

Вельда по-кухарочьи вытерла руки о передник и села за стол напротив меня. Задумчиво переплела тонкие пальцы рук в замок.

– Прежде всего: на Авалоре живут вельды. Только вельды. От людей они отличаются рядом… немного необычных на первый взгляд особенностей.

– Так, – я торопливо укладывала информацию по полочкам памяти. – А какими конкретно особенностями наделены вельды?

– Хм… Разными. В зависимости от того, какой путь они избрали. Понимаешь. – Вельда запнулась, подбирая слова. Мясо глухо шкворчало под крышкой. – С самого начала жизни каждого вельда заставляют выбрать то, как он будет жить. На Авалоре очень мало энергии. Не знаю, какой: магической, жизненной или еще какой-нибудь – я не философ и не жрец, пусть они там пустословят. Но витты говорят, что на других Ветках просто… дышится легче, что ли…

Я поднялась помешать наш обед, чтоб не пригорел, стараясь не пропустить ни слова Гриды и быстро соображая.

Итак, о какой энергии идет речь, я очень даже понимала. Неважно, как ее назвать: элементарной, ментальной, магической или еще какой-нибудь. Любая энергия может преобразоваться в другой ее вид. Правда, с помощью этакого «проводника», которым обычно выступают маги, жрецы или представители магических рас, но это уже не суть как важно. На Авалоре же энергии в принципе было катастрофически мало: над ней не летал ни один Храм, орошая землю своей силой. Храмы словно в принципе вычеркнули эту Ветку из Древа, забыв про нее раз и навсегда. Только с чего бы? И как тогда вообще живет эта Авалора, если запасы ее энергии не пополняются, а жить-то надо, и соответственно тратить ее приходится?!