Роза огня - Лэки Мерседес - Страница 68

— Кем дозволено? — спросила Роза. — Мне сразу захотелось об этом узнать.

Камерон пожал плечами.

— Когда имеешь дело с существами, подобными единорогам, приходится признать, что ими правят высшие силы. Что эти силы представляют собой, я никогда не пытался узнать. Поскольку единороги имеют дар — или несут бремя — большего знания, чем люди, они и управляются этими силами строже, чем простые смертные.

Камерон задумчиво смотрел в чашку, и Роза, вспомнив о том, что еще говорил единорог, не прерывала его размышлений. Наконец Ясон покачал головой и поднял глаза.

— Важно то, что мы теперь знаем: решение моей проблемы существует. Более того, единорог не упомянул об одной очень важной вещи. — Камерон взболтал жидкость в своей чашке и залпом выпил ее, как всегда, поморщившись. — Да, он сказал, что указания на то, как вернуть мне прежний вид, содержатся в каком-то манускрипте. Но он не сказал, что не в наших силах будет найти этот способ в результате собственных исследований, если мы как следует поработаем.

Роза закусила губу и взглянула Камерону в глаза.

— Вы правы, — согласилась она. — Более того: единорог предрек, что, если решение будет найдено, оно будет найдено благодаря вашим собственным усилиям. Однако разве вы не собираетесь заняться поисками манускрипта?

— Не вижу причины, почему бы не предпринять усилия в обоих направлениях, — ответил Ясон. — Я могу разослать запросы, а тем временем мы с вами продолжим поиски. Можно воспользоваться тем, что даст результат раньше.

Роза кивнула; такое решение очень ее ободрило.

— Не могу отделаться от мысли, что, если бы мы сосредоточились только на поисках манускрипта, мы пошли бы по ложному следу, — призналась она. — Ведь он может находиться у кого-то, совершенно не представляющего ценности манускрипта; этот человек только рассмеялся бы, если бы ему сказали о реальности магии…

— Вполне возможно, — согласился Камерон. — Главное, в наших руках теперь самая важная часть загадки.

— Что же именно? — спросила Роза, с трудом удерживаясь от того, чтобы не зевнуть.

— Мы знаем, что ответ существует. Раньше это не было нам известно наверняка. — Камерон неожиданно пришел в очень хорошее настроение, и его ликование передалось Розе.

— Верно. — Девушка задумалась: подходящий ли сейчас момент, чтобы вручить рождественский подарок, и решила, что вреда в этом не будет. Лучше подарить феникса Камерону сейчас, пока он полон надежд. Сейчас, если подарок ему и не понравится, Камерон по крайней мере будет вынужден притвориться довольным. Если же попасть ему под горячую руку, то он способен и швырнуть подарок через всю комнату. Такое случалось в присутствии Розы: гнев Камерона мог быть не менее свиреп, чем торнадо, и, как подозревала девушка, столь же разрушителен.

Когда Камерон на секунду отвернулся, чтобы подкинуть поленья в камин, Роза поманила одну из саламандр и шепотом отдала распоряжение. Существо исчезло, но тут же появилось снова с завернутой в бумагу фигуркой. Выпрямившись, Камерон обнаружил перед собой саламандру с подарком.

— Что это? — озадаченно спросил он.

— Я позволила себе купить вам рождественский подарок, Ясон, — сказала Роза и, к собственному удивлению, покраснела. — Надеюсь, вы не сочтете меня навязчивой. Не знаю, понравится ли вам эта вещь, но, увидев ее, я подумала о вас…

Камерон по-прежнему стоял у камина, осторожно держа сверток обеими лапами, и удивленно смотрел на девушку.

— Но я для вас ничего не приготовил, Роза, — заикаясь, выдавил он наконец, растерянный, как будто никогда раньше не получал подарков. — Как же я могу принять подарок от вас?

— Подарки не делают с намерением что-то получить взамен, Ясон, — ответила Роза, неприятно пораженная мыслью о том, что он счел ее ожидающей ответного подарка. — Их делают потому, что дарящий хочет доставить удовольствие кому-то. Если эта вещица вам понравится, я буду вполне вознаграждена. Вы ничего не обязаны мне дарить: и так уже все, чем я сейчас обладаю, дали мне вы. Я просто подумала, что вам будет приятно… Пожалуйста, разверните бумагу!

Камерон медленно подошел к креслу, осторожно уселся и начал нерешительно снимать упаковку. Роза специально постаралась так завернуть коробочку в яркую бумагу, чтобы лапам Ясона было легко ее снять. Это было не таким уж простым делом, и Роза считала, что может гордиться результатом.

Наконец коробочка оказалась на столе, освобожденная от бумаги и лент, и Камерон взглянул на Розу так, словно никогда ее раньше не видел.

Медленно открыв футляр, он дрожащими лапами вынул резного феникса.

Сердолик, из которого была сделана статуэтка, в свете пламени засверкал; казалось, фигурка светится изнутри. Можно было подумать, что она отлита из жидкого огня. Роза осталась очень довольна эффектом и еще раз восхитилась статуэткой. Она опасалась, что в кабинете Камерона, в окружении дорогих произведений искусства, феникс будет выглядеть дешевкой. На самом же деле статуэтка нашла здесь по праву принадлежащее ей место.

Камерон долго смотрел на тонкую резьбу, потом нежно коснулся камня.

— Какая… какая красота! — запинаясь, выговорил он. — Просто чудо! Роза, вы не могли найти ничего, что доставило бы мне большее удовольствие. Понятия не имею, как вам удалось так точно угадать мои вкусы. Я… я не знаю, что сказать.

— Можно попробовать, например, сказать «спасибо, Роза», — непочтительно заметила одна из саламандр.

Камерон бросил на создание гневный взгляд, но, когда он снова повернулся к Розе, выражение его лица смягчилось.

— Спасибо, Роза, — сказал он тихо. — Большое, большое спасибо!

— Пожалуйста, Ясон, — скромно ответила девушка, даже не пытаясь скрыть довольной улыбки. — Я очень рада. Вы и представить себе не можете, как приятно мне видеть, что вы довольны. Счастливого Рождества!

— Счастливого Рождества, — повторил Камерон, — Оно действительно счастливое! Я впервые могу искренне сказать так за очень, очень долгое время.

— Несмотря ни на что? — спросила Роза, пригубливая сидр.

— Именно благодаря всему, что случилось. — Он отвернулся и стал смотреть в огонь, а когда снова заговорил, Розе показалось, что он открывает ей тайну, которую никогда и никому не доверял. — С тех пор как я стал взрослым, праздники я проводил в обществе людей, мне безразличных, или совсем один. Сегодня в первый раз это не так. Впервые я получил подарок, за которым ничего не скрывается. И теперь у меня есть надежда, надежда, которой я был лишен с момента своего несчастья. Я ничего не хотел бы изменить в настоящем — а такого я не мог сказать еще никогда.

— «Остановись, мгновенье, ты прекрасно»? — с лукавой улыбкой процитировала Роза. — Радуйтесь, что я не Мефистофель, иначе вам пришлось бы отдать мне душу.

Камерон открыл рот, словно намереваясь ответить, и снова его закрыл. Розе стало интересно, что он хотел сказать: на лице его появилось очень странное выражение, совершенно ей не понятное.

— Давайте я расскажу вам о том, чего вы не видели, лишившись очков, — отрывисто сказал наконец Камерон и начал описывать события, сопровождавшие появление единорога, так живо, что Роза сразу забыла о промелькнувшем на его лице выражении тоски и несбыточной надежды.

Она не вспомнила о нем и позже, когда со смехом сказала Камерону, что не в силах больше бороться с сонливостью. Он, подобно галантному рыцарю, проводил девушку до самой двери ее комнаты. Только повернувшись, чтобы пожелать Ясону спокойной ночи, она снова заметила то же выражение.

Не будь Роза такой усталой, она наверняка провела бы много часов, гадая, что же это могло значить; однако этой ночью она была не вольна в своих мыслях: как только ее голова коснулась подушки, она провалилась в сон. Утром же, проснувшись, никак не могла вспомнить, что накануне так ее озадачило.

Глава 13

Даже в Сан-Франциско, где зима была мягкой, февраль не вызывал у Поля Дюмона восторга. Однако этот февраль оказался замечательным месяцем, месяцем, ознаменовавшимся в высшей степени приятными достижениями.