ВИА «Орден Единорога» - Лукьянова Наталья Гераниновна - Страница 100

— Но мы же не были до конца уверены, да и сейчас не знаем, что в точности они тут поделывают, — парировал стремящийся к объективности тренер айкидистов, полненький, бритый паренек с бородкой и сильной близорукостью (яркий пример того, сколь обманчивой может оказаться внешность).

— Спокойно. Мои балдежные вонючки и прочие прибамбасы — это вам не ваш парализующий газ в «Норд Осте»— среди своих жертв не будет, — махнул рукой Аделаид. — Организация гарантирует стопроцентную безопасность.

— Ну, с Богом. По местам. Начинаем по сигналу. Вон Рэн запоет. Глотка луженая, — в некоторые моменты Санди было обидно, что роль «прекрасного и мужественного возлюбленного»в этой захватывающей истории принадлежит не ему. Не очень-то по честному со стороны Рэна было не предупредить его, что Бэт — не парень, и тем самым лишить возможности побороться за ее расположение. Впрочем, всерьез он так не думал, конечно.

Разобрав по сумке, укомплектованной парой десятков балдежных вонючек, десятком огнеметок, кое-каким количеством туманок, парой грибков-спасалок (что-то вроде универсального Индивидуального Средства Защиты) и облачившись в выпрошенные в родной школе Родиона противогазы ребята разошлись, окружая лагерь.

Конечно, Борис был прав. Более верным с точки зрения военной науки было захватить стан врага ночью, спящим, а затем устроить остальным засаду на дороге. Но наших героев по большому счету подвели книжно-кинематографические стереотипы. А Санди свойственная всем «нормальным героям»привычка появляться в последний момент на взмыленной лошади и побеждать. Психологи могут так же поупражняться и найти еще штук сорок объяснений тому, что команда освободителей дотянула-таки до кульминационного момента.

Однако, если посмотреть с другой стороны: все получилось как нельзя лучше с педагогической точки зрения. Что может быть нужнее и полезнее для затуманенного и потерявшего всякие жизненные ориентиры детского сознания, чем появление доброго героя, красиво побеждающего на их глазах зло, и трусливо улепетывающего самого этого зла на их же глазах. Если его, конечно, удастся победить.

ГЛАВА 33

Битька просто и в принципе не могла услышать его голос. Как и не могла знать о хитроумной выдумке с трансляцией. И, тем не менее, она услышала. И не поверила, конечно. Но все равно, глаза ее наполнились слезами благодарности. Она, по крайней мере, последний-препоследний в жизни раз…

За дверью послышались шаги., и Битька поспешно вытерла нос и глаза, замахала на лицо руками.

Можно было еще разок попробовать спастись: рвануться и головой ударить того, кто войдет, головой прямо под ложечку, или броситься под ноги, или вцепиться в лицо обгрызенными ногтями.

Если бы, конечно, одна ее рука не была вывихнута, а другая прикована наручником к кольцу в стене. Что-то в этом роде было и с ногами. Так что ей ничего не оставалось, кроме как постараться не слышать ничего и не видеть, и изо всех сил вспоминать.

Сеня Рыло и Жека Лось немного по-разному смотрели на возложенную на них миссию: Сеня был совсем уже отморозком, поэтому он просто чесал себя под мышкой, а Жеку слегка смущало предстоящее, и хотя работа есть работа, он немного злился. Еще было странно, что девка лыбилась: тихо так, сама с собою. То ли правда сдвинулась, то ли еще что — не понять. Ну, если сдвинулась, тем лучше для нее , тогда Это — все равно, что собаку пристрелить больную.

Битька старательно вспоминала, зарывалась лицом и всем своим существом в воспоминания, пряталась в них. Как было бы здорово полностью в них залезть, с головой, с ногами и руками. В Битькиной душе звучал голос оруженосца, ультрамариново сияли глаза, веером взвивалась его челка, стучал его пульс, «У-У-У-У, Это не любовь…», «Бэт, признайся, а ты правда не девчонка?», рука Рэна тянулась к уносимому Аль-Таридо цветку, ее рука отводила с его лица волосы, «Храни Вас Бог, прекрасная госпожа»…

— Ты что распелась-то, кукла драная? — довольно добродушно поинтересовался ждущий на выходе Лопата.

— Что? — растерянно переспросила Битька, и, пользуясь случаем, попросилась в туалет.

— Не велено, голуба. Когда ты там обделаешься от страха, для других это будет очень полезная наглядность, как это шеф называет.

Собственно, шефу так же принадлежало распоряжение не болтать с приговоренной, но ведь интересно!

… — Беата!

Родион схватил подскочившего на месте О' Ди Мэя за руку и потянул обратно в кусты.

— Я так и чувствовал, я знал…

— Ну как ты мог знать, это один шанс из двухсот остальных детей, что именно ее выбрали жертвой, — неудачно постарался заговорить парня кузнец.

— Она особенная.

— Ну, может, если у нее характерец, как у моей Аси. «Не проходите мимо, если можно попасть в неприятности», — подумав, согласился Родион и вытащил из заднего кармана мобильник, ожидая сигнала. — Только ты, Ромео, лучше бы не высовывался. А то останется твоя Джульетта одна-одинешенька возле хладного трупа возлюбленного…

— Во-первых, не факт еще, что я ей хоть сколько-нибудь нравлюсь…

— А говорил: невеста…

— Выдавал желаемое за действительное. А Вам тоже не стоит лезть на рожон, у Вас и Ратибор, и Ася.

— Да и просто хотелось пожить… — пропел под нос Родион, пристально вглядываясь в происходящее на лагерной площади. «Аська. Аська. Асенька,»— смешно, но в голове его вертелось только имя жены, как молитва. Думать, как она перенесет, если что-то с ним случится, не хотелось.

Тут пискнуло. Сразу вслед за этим что-то бахнуло. Тренированный голос спецназовца прорычал, перекрывая вскрики удивления: «Дети — на пол!!!»Всякие эти вонючки, липучки и бахалки известного очумельца Аделаида заскакали и заплюхались. Еще громче, невозможно громко загрохотал с неба всякие свои убойные ментовские приколы дракон, кое-что ему, похоже, подсказывал Пашка. Местами хлопали выстрелы, но большая часть противника была нейтрализована, валяясь с блаженной и тупой улыбкой под действием балделок, зажимая обеими руками нос, спасаясь от вонючек, и потерявшись в созданных туманками плотных локализующихся вокруг одного человека облачках.

…Как и в прошлый раз, такой отдаленный во времени и, казалось, уже забытый, там, в «Мифе», Битька растерянно замерла на эшафоте, когда все дети послушно упали на асфальт, прикрыв руками головы. Вокруг нее кипел бой, а ей казалось, что все плывет, бесшумно и плавно. Летят по воздуху камни и пули, вздымаются и опадают низко над землей гигантские крылья золотого дракона, падают и катятся по земле люди.

Вдруг кто-то обхватил ее сильными мускулистыми руками, поднял и вместе с ней прыгнул вниз. Нос ее ткнулся в смутно знакомую черную футболку, из-под козырька черной бейсболки лукаво и сердито глянули знакомые глаза, сморщился знакомый крупный нос, изогнутые губы…

— Ну и доставили же Вы, леди, мне хлопот, — произнес ворчливо мягкий голос, слегка окая.

И тут же его обладатель неловко свалился в бок, сбитый с ног кем-то прыгнувшим с эшафота вслед за ними.

— Одно движение, сэр, и вы — труп!

— Да это ж Костян! Нихренаська! — вслед за Рэном за эшафот прыгнул Родион.

— Маленькая моя! Девочка моя! Ты живая, да?! С тобой все в порядке?!

— Рэн, Рэн, ты раздавишь ее, — Родион мягко потянул за рукав судорожно прижимающего к себе девочку парня, но особенно не упорствовал, судя по хриплому дыханию, у оруженосца вполне все лицо могло оказаться в слезах, а мужчины в общем-то не особенно любят афишировать проявление столь бурных эмоций.

Битька же затихла ошеломленным мышонком, лицом спрятавшись в кожаной куртке на груди оруженосца. Ей казалось, что рядом, кроме любимого и еще двоих таких сильных и добрых мужчин стоит кто-то еще. И этот кто-то смотрит на нее большими добрыми глазами и говорит: «Вот видишь, Битька, а ты не верила». И улыбается. И от него идет такое теплое и ослепительно светлое сияние. Битька тихонько вздохнула, не сводя глаз от пятачка потертой поверхности кожаной куртки Рэна. Как будто и этот кусочек куртки сиял тем же добром и любовью. Она даже не заметила, как наверху все стихло. Рэн, казалось тоже. Он обнимал затаившуюся Беатриче, слегка баюкая ее. Губы его шевелились. Правда, на этот раз это не было песней.