Огненная кровь - Горожанин Михаил Алексеевич - Страница 70

Потом был путь обратно.

Факелы чадили и светили уже не так ярко. Все молчали, изредка перешептываясь. Шло уже игровое время, и громкий разговор мог запросто привлечь любителей ночной боевки, или просто тех, кому нравилось выходить на разбой на играх. У них с собой было достаточно ценных – с точки зрения игровой механики – предметов, чтобы привлечь любителей легкой добычи. А погибнуть в первую же ночь и провести ее в мертвятнике Миладе вовсе не улыбалось.

Судя по всему, впечатлительной была не одна Милада. Парни, играющие телохранителей, дергались на каждый шорох, держа мечи наготове. Их экипировка, насколько видела Милада, оставляла желать лучшего. Например, настоящие кольчуги были только у двоих. Встреча с кем-то более серьезным из игроков не сулила им ничего хорошего. На игровую магию своих подопечных они явно не надеялись.

В лесу по обеим сторонам дороги возникло невидимое, но хорошо слышимое движение. Кто-то массивный ломился сквозь заросли. Игроки переглянулись и прибавили шаг. Когда движение стало многочисленным и значительно приблизилось к тропе, девчонки припустили со всех ног, и Милада вместе с ними. Атмосфера и так была жутковатая, Миладе в голову полезли мысли о лесных обитателях, в довершение всего у нее разболелось плечо. То, на котором была метка. Девушка насторожилась. На бегу ей чудились тяжелые шаги, какой-то скрип, опять померещились красные глаза.

Группа добежала до стоянки, к мирному пламени костра.

– Уфф! – парнишка, бывший главой телохранителей, вытер вспотевший лоб и натянуто рассмеялся. – Что-то я уже занервничал. А все не так и страшно.

Все рассмеялись недавнему страху, и устало присели на бревна, лежавшие вокруг костра.

И тут же они услышали хруст веток под тяжелыми шагами. Судя по всему, приближались серьезные, увешанные железом игроки. Парни встали в боевые стойки, девчонки, и Милада в том числе, достали необходимые для «колдовства» предметы и петарды с зажигалками. Подожженная и взорвавшаяся петарда означала удавшееся заклинание. Треск приблизился, потом замер за пределами освещенного круга. А потом на поляну ворвалось нечто невообразимое.

Милада застыла, увидев существо, прыгнувшее к костру. Нечто среднее между заплесневевшим поленом и человеком. Настоящий мини-энт, только с огромными древесными когтями и блеснувшими красным в свете костра глазами. И покрытое зеленоватой, как мох, свалявшейся шерстью.

Дикая кикимора!

Милада, впервые увидев это невероятное существо настолько близко, растерялась.

Секунду всем казалось, что это игровой костюм. Но затем кикимора издала скрипучий рык, и сидевшие у огня девчонки с криками бросились к палаткам. Парни шагнули вперед, машинально замахиваясь своими пластиковыми мечами. Тварь раскидала их несколькими ударами и прыгнула к девочке, остолбеневшей от страха. Раздался душераздирающий вопль, тут же оборвавшийся жутким звуком, и девочка рухнула, как подкошенная. В свете пламени кровь, выплеснувшаяся из разорванной шеи, казалась черной. Оторопевшая Милада, оказавшаяся по другую сторону костра, смотрела во все глаза, лихорадочно пытаясь вспомнить подходящий наговор, и с ужасом понимая, что от страха забыла их все. Она с надеждой посмотрела на ладони, может быть, ей удастся вызвать огонь? Но кожа не темнела, ничего не произошло. Она попыталась вызвать в себе злость, но была для этого слишком напугана и растеряна.

Раздался еще один крик. Упавшие ребята не шевелились. Милада, презирая себя за слабость и всхлипывая, развернулась и бросилась бежать по тропинке. Она ничем не могла помочь, при этом жутко испугалась. Позади снова завопила женщина. Милада представила себе сходящих с ума девчонок в палатках, в которые врывается эта тварь.

Она остановилась в ужасе. В том, что в лесу шумела кикимора, она уже не сомневалась. Но ведь их было несколько в темноте! На полигоне полторы тысячи человек! Что же делать? Думай, дура, думай! Ей было очень страшно при воспоминании того, как валились мальчишки под ударами этой древообразной образины. Слезы уже текли по ее щекам. Наговора против кикимор она еще не знала, до этого они в обучении еще не дошли. Милада сжала кулаки и в отчаянии топнула ногой.

Я должна попытаться остановить это, решила она. Надо попробовать заломать эту деревяшку!

Всхлипывая и растирая слезы по лицу, она повернула обратно. И сразу увидела красные глаза еще одного существа, как раз выходящего на тропинку. Вся ее отвага тут же прошла, потому что тварь, была всего в нескольких шагах, один на один с ней, в ночном лесу.

Все мысли о возвращении и самопожертвовании сразу улетучились, уступив место всепоглощающему инстинкту самосохранения. Милада снова развернулась и бросилась бежать. Сзади послышался скрипучий вопль и затопали тяжелые шаги.

Милада неслась в ставшем внезапно очень неудобным платье по едва видимой в темноте тропинке и лихорадочно пыталась сориентироваться, помня, что эта дорога приведет ее к реке.

Еловая лапа хлестнула ее по лицу, и Милада заорала от неожиданности. И тут между деревьями замерцал свет. Факел!

Тропа делала поворот.

– Бегите! – закричала Милада, слыша ритмичный скрип за спиной. Кикимора не обладала большей сноровкой, иначе давно нагнала бы ее. И это было спасением. – Бегите! Это смерть! Реальная!

– Я спасу вас, госпожа! – послышался гордый возглас, и она увидела говорившего. Его факел был свежим, светил ярко, и Милада, несмотря на бег, в одно мгновение оценила аляповатую одежду, отсутствие доспехов, огромный, нелепый пластиковый меч и гордое худое лицо его обладателя. Проклятье!

До него было метров десять.

– Беги, дурак! – заорала она, подбегая и, словно в замедленной съемке, видя его лицо с никогда не бритыми еще усиками и бородкой, уже меняющее выражение, когда он заметил то, что неуклюже гналось за ней.

Поравнявшись, Милада схватила его за рукав и рванула за собой, но парнишка неожиданно оттолкнул ее за себя и выхватил из ножен на поясе нож. И в этот момент кикимора напала. И с визгом отскочила! Милада, от неожиданности споткнувшись, обернулась. Существо стояло, тихо шипя и не сводя огненно красных глазок с ножа, который ее неожиданный защитник держал в руке. Милада тоже бросила взгляд на нож. В колеблющемся свете факела блеснул металл. Металл! На игре запрещено металлическое оружие!

– Из чего твой нож?! – закричала Милада.

– Беги! – крикнул парнишка. Первая бравада прошла, и голос его сорвался, дал петуха. Похоже, у него сразу пересохло во рту. Милада чувствовала, как ему страшно. Кикимора осторожно стала приближаться. Милада снова потянула его за ремень, но парень отбросил ее руку.

– Беги!

Милада секунду помедлила, потом повернулась и побежала, крикнув на ходу:

– Нож кованный?

– Нет, – донеслось в ответ. – Сырое железо…

И тут же раздался визг твари и дикий человеческий вопль.

Сырое железо! Сырое железо!! Черт, как она могла забыть? У нее же нож в рюкзаке!

Сзади вдруг посветлело, и кикимора страшно завизжала. Милада обернулась. Существо, видимо, наступило на факел, или парнишка успел ткнуть им в кикимору. Мгновенно охваченная огнем, тварь махала лапами, сделала несколько шагов в сторону, вломилась в заросли. Милада ни к селу ни к городу подумала об опасности лесного пожара, но рухнув, кикимора почти сразу погасла.

В стороне справа послышался треск. И вдруг слева тоже! Милада бросила взгляд во тьму и заметила два красных огонька. Еще одна тварь! Ее охватила паника. Куда бежать? Что делать? Свой нож она взяла, вместе с деревянным и кованным, но оставила в рюкзаке, на самом дне. И тут ее осенило. «Варяжские волки» приехали на железный бугурт! У них железные мечи! И не кованные! Надо их предупредить! Она схватила мобильник и тут же вспомнила, что на счете нет денег. Что же делать? От отчаяния Милада сделала глупость: напряглась и принялась усиленно думать о Егоре. А вдруг сработает? И вдруг, словно в ответ на ее мысли мобильник в ее руке ожил. Входящие бесплатно! Ура! Она на бегу прижала мобильник к уху. Дыхание сразу сбилось. Милада вознесла мысленную хвалу тем ребятам, которые не поленились проделать чудовищную работу – выкопать тропинки-канавы по всему лесу. Захочешь – не собьешься. И возблагодарила свои занятия рукопашкой. Хоть она и не находила в себе сил вступить в кулачный бой с кикиморами, но пока не чувствовала себя особо усталой.