Футбол оптом и в розницу - Рафалов Марк Михаилович - Страница 51

Восхищенные своим «подвигом» триумфаторы, как водится, отправились в ресторан. Когда бал победителей в Караганде подходил к концу, в Нальчике еще только начала разворачиваться подлинная драма.

По планам заговорщиков, Нальчик должен был при всех раскладах отстоять интересы России и отобрать два очка у главного конкурента «Уралмаша» — харьковского «Металлиста». Для исполнения этого замысла в Кабардино-Балкарию была заброшена целая диверсионная группа. Судейскую бригаду возглавлял ни в чем не уступавший Шумунову в мастерстве «сплава» ленинградский арбитр Константин Смирнов. Для присмотра за судьями и общего руководства «операцией» в Нальчик прибыл ответственный сотрудник Управления футбола Спорткомитета РСФСР подполковник запаса Константин Демченко. Казалось бы, все было спланировано и предусмотрено. Не были, однако, учтены контрмеры, которые начали предпринимать не менее проницательные харьковчане. Они, как и следовало ожидать, без дела тоже не сидели. За два дня до игры в Нальчике десантировалась группа харьковских «контрразведчиков», возглавляемых известным в прошлом футболистом, ставшим председателем харьковского Спорткомитета, Виталием Зубом. Его переговоры с местными «полевыми командирами», проходившие в строго конфиденциальной обстановке, при полном взаимопонимании и обоюдном согласии, завершились вполне успешно. Словом, когда карагандинский бал окончился, из Нальчика пришла ошеломляющая весть: местные ребята без особых хлопот сплавили украинским хлопцам два очка («Металлист» победил — 1:0) и первыми поздравили их с успешным завершением сезона. Физиономии участников карагандинской попойки не уступали выражению лиц героев финальной сцены гоголевского «Ревизора».

Разгул договорного футбола далеко не всегда ограничивался территориальными или республиканскими интересами. Периодически какие-то обстоятельства могли способствовать возникновению «интимных» отношений между, казалось бы, далекими друг от друга командами.

Сезон 1974 года был последним в моей судейской карьере: согласно действовавшему тогда регламенту, я в силу достигнутого возраста терял право реферировать игры команд мастеров. Свой последний матч мне довелось проводить поздней осенью в Кутаиси. Местное «Торпедо» играло с симферопольской «Таврией». Перед началом матча в судейскую комнату зашли тренеры и капитаны команд, кутаисские арбитры Карло Хурцидзе, Зураб Тодадзе, Тамаз Абутидзе. Мне преподнесли мяч с автографами игроков, тренеров, судей. Приятная, хотя и немного грустная церемония расставания с любимым делом. Однако подошло время выходить на поле...

Для соперников это была последняя игра сезона, уже мало что решавшая. Когда мы уходили на перерыв, на табло светились нули.

Но едва матч возобновился, как совершенно неожиданно, без видимых причин в своей штрафной площади упал защитник «Таврии» и, как заправский вратарь, схватил мяч руками. Назначенный мною пенальти никто не оспаривал, и Джамал Херхадзе открыл счет. Прошло еще две минуты, и мяч снова навестил ворота крымчан. А когда до конца игры оставалось минут пятнадцать, Климов сильно пробил в сторону ворот, которые защищал Габелия. Мяч летел почти в руки вратарю. Однако голкипер повел себя крайне странно, бросившись и сторону... от него. Счет стал 2:1.

Когда мы покидали поле, я спросил одного из своих помощников, Игоря Захарова, не показались ли ему странными некоторые эпизоды матча. «Показались, — ответил Игорь, — но зачем это им понадобилось?»

Спустя несколько лет на весенних сборах в Сочи мы встретились с начальником симферопольской команды Анатолием Заяевым. Он-то и прояснил «странности» того премиального для меня матча. Все оказалось вульгарно и просто. Поскольку очки соперникам были уже не нужны, они договорились, что победу одержат хозяева поля, а в порядке компенсации «разрешат» гостям забить один ответный гол. Выяснилось, что, забив этот мет, «Таврия» становилась лучшей командой по количеству забитых голов (74), ибо в этом случае опережала столичных железнодорожников, поразивших цели соперников (всего!) 73 раза. Совершив этот «подвиг», крымчане получали приз, учрежденный газетой «Гудок» для самой результативной команды.

К началу 70-х годов наши остапы бендеры от футбола обнаглели до такой степени, что отважились апробировать свои навыки и на международном уровне.

В 1974 году столичный «Локомотив» участвовал в розыгрыше Кубка международного спортивного Союза железнодорожников (МССЖ). Победитель каждого соперничества определялся по итогам двух матчей — на своем поле и в гостях. В целях экономии расходов все игры обслуживали местные рефери.

Стартовые матчи москвичи провели успешно, и теперь в финальных встречах с одноклубниками из Софии им предстояло выявить обладателя Кубка.

Первая игра проходила 6 марта в столице Болгарии и завершилась победой хозяев со счетом 4:1. Руководители нашей делегации уверяли, что победу болгарам в значительной степени обеспечил местный арбитр, не сумевший перебороть своих симпатий к землякам. Ответная встреча была назначена на 21 марта в Сочи, где мы вместе с известным советским рефери Сергеем Алимовым проводили Всесоюзные судейские сборы.

Тем временем руководители нашего «Локомотива» вели интенсивные поиски отечественного «арбитра-патриота», способного «отмстить неразумным хазарам», отстоять поруганную честь наших железнодорожников и обеспечить им желанный результат: победу с разницей в три мяча. Московские судьи, которым делались столь лестные предложения с приложением годичного литера на бесплатное «катание» по всем железным дорогам страны, наотрез отвергли посулы незадачнивых махинаторов. Однако исполнитель все же был найден. «Пункции футбольного киллера принял на себя судья из Свердловска Игорь Калганов. Московский «Локомотив» победил — 3:0 и увез в столицу Кубок МССЖ. С методикой, которую использовал уральский арбитр для обеспечения заказанного результата матча, ознакомиться не удалось. Дело в том, что нам с Алимовым предложили выехать со всеми участниками сборов за пределы Сочи и на стадионе не появляться. Видимо, чтобы участники сборов не заразились дурными примерами.

Летом 2002 года популярный телеведущий Николай Сванидзе пригласил на свою передачу главного «футболиста» России Вячеслава Колоскова. В ходе оживленной беседы была затронута животрепещущая тема о договорных матчах. Президенту РФС, в частности, был задан прямой вопрос, знал ли он, что в 1992 году перед решающей для нашей сборной игрой чемпионата Европы с шотландцами, которые уже утратили все шансы на выход в полуфинал, предпринимались попытки договориться с соперниками о нужном для нашей команды исходе встречи. Не моргнув глазом глава футбольного ведомства ответил: «Да, я был в курсе подобных разговоров...»

Продемонстрировать свою нравственную вялость и дряблость воли на международной арене сумела и наша молодежная сборная осенью 1997 года.

Выступая в групповом отборочном турнире чемпионата Европы, она, руководимая Михаилом Гершковичем, в соперничестве со сборными Болгарии, Израиля и Люксембурга набрала 10 очков. В это время болгары опережали наших на одно очко. Чтобы побороться за престижный европейский приз и одновременно за право участия в предстоящих Олимпийских играх, нашим оставалось сделать всего один шаг: победить у себя дома болгар. Руководители РФС предупредили Гершковича, что в случае успеха его шансы занять пост главного тренера сборной России и готовить ее к чемпионату мира-2002 значительно возрастут. Подобный расклад заранее предполагал, что наши руководители и стоявшие за их спинами весьма влиятельные «спонсоры» пойдут на все. Одолеть болгар нашей команде все же удалось (3:2). Однако после этой победы среди людей, приближенных к футбольным верхам, прошел слух, что болгары уступили не просто так, а благодаря солидной долларовой инъекции. Впрочем, тщеславным, но, увы, не очень мастеровитым тренерам все эти манипуляции не помогли. Отправившись на финальный турнир чемпионата Европы в Бухарест, наши молодые футболисты проиграли сборным Испании (0:1), Швеции (0:2) и, едва одолев хозяев турнира и заняв в группе последнее место, выбыли из борьбы за право участия в Олимпийских играх. А в Японию Гершкович все же поехал. В качестве первого помощника Олега Романцева. Об исходе той эпопеи вы наверняка еще не забыли. Да и можно ли россиянам забыть позорные для нашего футбола летние дни 2002 года?