Ночь восставших мертвецов - Усачева Елена Александровна - Страница 32

— Понравились очень. — Илька отложил свои склянки и тоже стал вслушиваться в тишину за дверью. Уж больно она была подозрительной. — Где они еще такого красавца, как ты, найдут?

— Я серьезно, — обиделся Сашка.

— Если серьезно. — Шагунов потер красные от бессонницы глаза. — Если бы они могли есть всех, тогда полземного шара было бы уничтожено. Видимо, они как-то зависят от того, кто их инициировал.

— Что? — Сашка удивленно вздернул брови. — Ини… куда?

— Куклу должен был кто-то оживить, — устало начал объяснять Илька. — Коллекционер сделать это не мог. Его самого сделали, чтобы он занялся куклой. Или потом из него куклу сделали… А скорее всего, он так долго проходил с пергаментом, что превратился в куклу. Короче, странный он какой-то. Так что куклой должен был заняться кто-то из живых. Этого «кого-то» она и должна впоследствии съесть. Старик говорил, что они искали, кому отдать пергамент. Мы были выбраны не случайно.

— Знать бы заранее, — зевнул Квасников и потянулся — всем давно и безнадежно хотелось спать, — я бы вообще в другую школу поступил. Учился бы спокойно…

Договорить он не успел, в дверь негромко постучали.

Со всех мгновенно слетела сонливость. Сашка подхватил заранее подготовленное импровизированное оружие — палку от швабры. Левка спустил ноги со стола. Илька проверил готовность своего «войска» и подошел к нагромождению столов и стульев.

— Кто там? — прошептал он.

— Эй, вы там что, заперлись?

Ребята удивленно переглянулись.

— Это не Уля, — неуверенно пробормотал Илька. — И не коллекционер, — зачем-то добавил он, хотя и так было ясно, что говорит не старик, а девчонка.

— Вы там или не там? — жизнерадостно поинтересовался девчачий голос, и в дверь снова забарабанили. — На помощь кто звал?

Ребята были до того удивлены появлению незнакомки, что звука произнести не могли, не то что отозваться на стук. Не дождавшись ответа, девчонка пошла по коридору дальше — по паркету простучали быстрые шаги. Теперь ломились в дверь кабинета физики.

— Открывайте, — настойчиво требовала неизвестная.

— Выманивает, — одними губами произнес Сашка, пятясь прочь от двери. — Обмануть хочет. Кроме этой чертовой куклы, здесь больше некому быть.

— Кукла не умеет менять голос. — Илька поискал какое-нибудь оружие, но ничего, кроме стула, на глаза не попадалось. — Скорее покойник, чем она…

— Я же слышу, кто-то есть. — Девчонка снова подбежала к кабинету химии. Дверь вздрогнула от ее стука. — Зачем тогда на помощь звали? Я с Зинкой из-за вас поругалась. Она идти не хотела. Что же, я зря, что ли, пришла? Отзывайтесь немедленно!

Ребята снова посмотрели друг на друга. Левка отрицательно покачал головой.

— Ну и сидите там. — Судя по голосу, неизвестная спасительница явно расстроилась. — И пусть вас утопленники сожрут.

Последний раз ударив по двери, девчонка собралась уйти. Но неожиданно баррикада покачнулась и начала рушиться. Вся сложная конструкция из парт, стульев, учебников и одной швабры рухнула на пол.

Дверь медленно приоткрылась.

— Ни фига себе!

На пороге стояла девчонка лет двенадцати в ярко-красном берете. Та самая, которую несколько минут назад через окно окликнул Сашка.

— Здрасти, — как всегда, первый нашелся Левка. Он спрыгнул с парты и коротко кивнул. — А как ты в школу вошла?

— Как все входят, — девчонка готовилась изобразить из себя обиженную и уже складывала губки бантиком. — Через дверь. Она у вас открыта.

— Свобода! — вдруг выкрикнул Сашка, бросаясь на выход.

— Стоять! — Левка сгреб слишком шустрого приятеля за шиворот и оттолкнул обратно. — И по дороге ты никого не встретила?

— Слушай. — Глаза девчонки зло сузились. — Что за допрос? Вы тут в разведчиков играете? Так и играли бы тихо, нечего было в окно орать, людей смущать.

— Это я на помощь позвал! — Гордо выпятил грудь Квасников, за что был награжден уничижительным взглядом карих глаз.

— Совсем-совсем никого не встретила? — не унимался Сидоров. — И там, в коридоре, никого? — Он показал подбородком в темноту за дверью.

Девчонка оглянулась, неуверенно пожала плечами: мол, чудики встречаются везде.

— А кто там должен быть? — Она с любопытством разглядывала незнакомые бледные лица.

— Покойник. — Илька произнес это так просто, словно с мертвецами встречается каждый день. — И кукла.

Девчонка изменилась в лице и с визгом запрыгнула в класс. Даже дверь попробовала закрыть…

Но не успела.

Между дверью и косяком просунулась черная нога.

Сашка шарахнулся назад, увлекая за собой Шагунова. Девчонка вцепилась в Левку и завизжала так громко, что у всех на секунду заложило уши.

— Стоило столько ждать, чтобы попасться на такой глупой ловушке!

Сидоров пытался отцепить от себя бьющуюся в истерике незнакомку, но она держалась за него, как за спасательный круг.

— Навались! — Квасников схватил стул и бросился к двери, в надежде вернуть баррикаду обратно. Он успел поставить свой стул на стол, когда на плечо ему легла ладонь.

— Тебе никогда не казалось, что мы куклы и что в нас тоже кто-то положил записку с приказом «жить»? — негромко произнес Илька, с каким-то обреченным видом наблюдая, как дверь неуклонно открывается.

— Чушь собачья! — зло выкрикнул Сашка, отпихивая от себя Шагунова. — Не ходи к нему! Вместе мы с ними справимся.

— Не справимся, — грустно покачал головой Илька. — Им нужна жертва.

Он вытянул руку. На ладони у него лежал оставшийся маленький кусочек пергамента.

Лохматое чудище уже почти вползло в класс, но остановилось, заметив мятый лоскуток.

Илька сделал несколько шагов в сторону Ивана Ивановича Иванова.

— Стоять! — Левка наконец оттолкнул от себя всхлипывающую девчонку, подбежал к Шагунову и выхватил у него пергамент. В другой руке у него появился маркер. Он быстро что-то написал на лоскутке и сунул его в руку Восставшему Мертвецу.

— Что ты делаешь? — ахнул Шагунов. — Он же теперь всех убьет.

— Не успеет. — Левкины губы тронула презрительная усмешка.

Иван Иванович Иванов сжал руку. Пергамент исчез в складках темноты.

Школа наполнилась шумами и звуками. По лестнице стали подниматься десятки ног, по коридору туда-сюда забегали быстрые шаги.

— Королева, — ухнул призрак, отходя от двери.

— А теперь, чучело огородное, стоять на месте! — коротко бросил Сидоров. — Я твой хозяин! И ты должен подчиняться мне! — Левка был спокоен.

Еще бы секунда, и призрак исчез. Но его спина замерла в дверном проеме. Он секунду помедлил, прислушиваясь к умирающим звукам в коридоре, и не спеша повернулся. Зеленые глаза его помутнели. Восставший Мертвец обвел ребят взглядом и уставился куда-то в пол.

— И как это я раньше не догадался! — Сашка нервно потер руки и зачем-то пригладил волосы. — Написал слово, отдал этому чурбану — и всего делов! Каждому в зубы по записке и пускай сдают кросс три километра, десять кругов вокруг школы.

Составить до конца план на ближайшие полчаса для Восставшего Мертвеца Квасников не успел. Тишину, вновь воцарившуюся несколько минут назад, нарушили робкие шаги. На пороге класса возникла еще одна девчонка. На руках она держала маленькую рыжую собачку.

— Анька, ты где? — испуганно спросила она, через плечо Ивана Ивановича Иванова заглядывая в класс.

— Зинка, беги!

«Спасительница», которую, как оказалось, зовут Анькой, рванула с места, пронеслась мимо Восставшего Мертвеца, чуть не сбив его с ног. Покойник качнулся, выронил записку, которую до этого крепко сжимал в кулаке. Собака вырвалась из рук перепуганной подруги и громко затявкала.

Сашка с Левкой заорали одновременно. Оглушенная собака метнулась вправо, влево, наткнулась на Ивана Ивановича Иванова, завертелась волчком и скрылась за дверью. Девчонки вылетели следом. И словно дождавшись своего выхода, покойник легко сгреб в охапку ближе всех стоящего Левку, тот даже вскрикнуть не успел, и медленно удалился в сторону лестницы.