Все о страсти - Лоуренс Стефани - Страница 88

Искренне-умоляющий взгляд потряс Джайлза. Ему стало нехорошо. Его замутило, голова закружилась. Но нужно было держаться. Бедная Френни. Он вполне мог понять желание Франчески, Чарлза и Эстер защитить ее, уберечь от окружающего мира.

— Как ты нашла этих людей?

Глаза Френни снова самодовольно блеснули.

— Джинни стара. И много спит, особенно когда я подолью свою настойку опия в ее чай.

— Значит, ты одурманила горничную и ускользнула? А что потом?

— Попросила кучера отвезти меня туда, где я могу найти людей, которые убивают за деньги.

Джайлз насторожился:

— Эти люди ничего тебе не сделали?

Френни тупо уставилась на него:

— Нет.

Джайлз не знал, можно ли ей верить.

Кто-то дернул его за пальто.

— Она отвечает на прямые вопросы так же прямо и честно, — прошептала Франческа.

Благодарение Богу и за малые милости.

— Прекрасно. — Он строго глянул в глаза Френни. — Ты же не хочешь меня ранить, верно?

— Конечно, нет.

— И желаешь видеть меня счастливым?

— Очень, — улыбнулась Френни.

— Тогда отдай мне пистолет.

Немного подумав, она кивнула:

— Обязательно. После того как застрелю ее.

Она шагнула вбок, чтобы видеть Франческу. Но Джайлз подвинулся одновременно с ней, загораживая жену собой.

Френни недоуменно пожала плечами:

— Почему ты мне мешаешь? Нам необходимо избавиться от нее, разве не видишь? Я сама все сделаю, ты останешься в стороне.

Джайлз тяжело вздохнул:

— Френни, я готов поклясться на той Библии, которая у тебя за спиной, что буду счастлив только в том случае, если Франческа, моя жена, останется жива и здорова. Если так уж стремишься сделать меня счастливым, ни в коем случае не следует стрелять во Франческу.

С лица Френни исчезло всякое выражение. Джайлз почти читал ее мысли. В его ладонь скользнули тонкие пальчики. Он сжал руку жены. Франческа ответила пожатием, но руки не отняла. Джайлз невольно нахмурился. О чем она пытается его предупредить?

— Нет! — Вопль Френни эхом отдался в пустой церкви.

К своему ужасу, Джайлз увидел, что она преобразилась: голова высоко поднята, глаза сверкают, спина напряжена. Дуло пистолета вновь поднялось.

— Я не позволю! Не допущу! Я желаю, чтобы ты женился на мне, и ты женишься! Желаю, чтобы так было, и так будет! Говорю тебе, что застрелю ее…

Она метнулась в сторону, пытаясь увидеть Франческу. Изо всех сил стиснув пальцы жены, Джайлз удерживал ее на месте, заслоняя своим телом.

— Я хочу прикончить ее! Да, как хочу, так и будет! Тебе она больше не нужна. Ты получил ее землю, и больше нет причин оставаться с ней. Я требую, чтобы ты сделал меня своей женой. Ты должен!

Она снова затопала ногами.

Франческа пыталась высвободить руку. Но Джайлз немилосердно раздавливал пальцы и не стоял на месте, срывая все попытки Френни увидеть ее. Она не могла пошевелиться. Не имела возможности отвлечь Френни.

Ее кузина безумна. В глубине души она всегда подозревала это, но никогда не позволяла себе признать правду. Однако Френни вот-вот начнет угрожать Джайлзу. Неужели он не понимает, чем кончится дело? Если она сообразит, что не получит его, значит, изменит планы и скорее убьет Джайлза, чем позволит Франческе завладеть им.

До чего же она похожа на деда, только на этот раз все куда хуже! Правда, Френсис в отличие от внучки находился в здравом рассудке, но упрям был до того, что, рассердившись на собственную внешность, вполне был способен отрезать себе нос. Френни же пошла дальше. Она готова совершить убийство, чтобы достичь цели.

— Пусти меня! — прошипела Франческа.

— Нет, — выдохнул Джайлз.

Он даже не оглянулся. Франческа сходила с ума от тревоги. Френни выстрелит, и тогда…

— Френни, прекрати! — властно прогремел Джайлз. Франческа замерла, дрожа, выжидая… — Прекрати и послушай меня. Послушай очень внимательно, ибо я хочу, чтобы ты поняла все, что я скажу. И смотри в мои глаза, чтобы видеть: я говорю правду. — Джайлз немного помедлил. — Договорились?

Франческа ощутила, как пальцы Джайлза немного расслабились, и поняла, что Френни кивнула.

— Прекрасно. Ну так вот, я люблю Франческу. Любил всегда, с самого первого взгляда. Люблю безоглядно и навеки… Ты знаешь, что это означает, Френни?

Нагнув голову и коснувшись лбом их соединенных рук, Франческа напряглась, пока не услышала тихий голос Френни:

— Ты любишь ее?

— Да.

В этом единственном слове звенела такая убежденность, что не могло быть ни малейших сомнений — этот человек говорит правду. Истинную правду, Джайлз немного помолчал.

— Ты была на нашей свадьбе. Слышала слова службы: «Боготворю тебя телом своим. Поклоняюсь тебе душой своей». Я произнес эти фразы и не солгал. Не солгал ни в единой букве.

Последовало молчание. Ледяное. Мертвенное. Минуты тянулись нестерпимо медленно, и наконец Франческа, словно откуда-то издалека, услышала тихие всхлипы, как шум надвигавшегося дождя. Подняв голову, она вздохнула и поднялась. Пальцы Джайлза разжались; он позволил ей встать за его спиной.

Френни все еще держала пистолет, но, по мере того как плач усиливался, дуло медленно опускалось. Френни опустила руки, согнулась вдвое, словно от боли…

— Френни!

— А-а-а!!! — взвизгнула безумная, подскакивая и рывком поднимая пистолет.

Джайлз выругался, повернулся боком, обхватил руками Франческу как раз в тот момент, когда она вцепилась в него.

Выстрел расколол тишину и послал по зданию раскаты эха.

Они упали, в беспорядочной путанице рук и ног, свалились на камни между скамьями.

У Франчески дух захватило. С трудом отдышавшись, она попыталась ощупать Джайлза.

— Господи Боже! Ты ранен? Она попала в тебя?

Она шарила по спине Джайлза, умирая от страха, что сейчас обнаружит кровь…

— Нет, черт возьми! А ты? — взбешенно рявкнул муж.

Франческа облегченно вздохнула.

— Нет, — улыбнулась она.

— Святители Господни! Она еще улыбается! Немедленно сядь.

Он попытался встать, но плечи застряли между скамьями. Бедняга извивался и ворочался, но не мог освободиться.

— Я придавил тебя к каменному полу! Дьявол, да что же это такое! Ты уверена, что…

Франческа сдавила ладонями его щеки. Вокруг разразился настоящий ад, но она ничего не замечала, поглощенная созерцанием дорогого лица.

— То, что ты сказал… это действительно так?

Ворвавшиеся в церковь Чарлз и Эстер боролись с бившейся в истерике Френни. К ним присоединился Осберт, пытаясь усмирить сумасшедшую. Но они уже ничего не слышали. Все звуки вдруг отдалились, ушли в небытие. Джайлз тихо вздохнул:

— Каждое слово. — Он нашарил ее руку, поднял и поцеловал в ладонь. — Я не хотел влюбляться, и особенно в тебя. Но теперь мне не нужно ничего иного, кроме этой любви.

Она посмотрела в его плаза и увидела в них колебание… неуверенность…

— А ты? — шепнул он.

Франческа блаженно улыбнулась и коснулась губами его уст.

— Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя так… — Она поискала слова, которыми могла бы выразить свое чувство, и, не найдя, просто сказала: — Так же сильно, как ты — меня.

Теперь уже он припал к ее губам в долгом нежном поцелуе, и она целовала его в ответ, сознавая, что этот момент — поворотный в их жизни и отныне все будет по-другому.

Когда он отстранился, она улыбнулась сквозь слезы счастья:

— С первого же момента, как я тебя увидела, стало понятно, что ты никогда не будешь скучным или утомительным.

— Скучным или утомительным? — Джайлз все-таки умудрился отодвинуть передний ряд скамеек настолько, что смог встать. — Именно этими критериями ты оцениваешь все мои старания? — Он наконец встал и, протянув руку, поднял жену.

— Этими и еще многими. Но теперь, когда я так много узнала, мои требования стали еще более высокими.

— Буду иметь в виду, — кивнул Джайлз.

Визг и уговоры становились все громче. Обернувшись, они увидели, что Френни бешено отбивается, рыдая, вопя, зажмурившись и широко открыв рот. Ее едва удерживали Осберт и оба лакея, мужественно сносившие щипки, удары и царапины. Растрепанная Эстер что-то тихо говорила племяннице, очевидно, безуспешно пытаясь ее успокоить.