Все о страсти - Лоуренс Стефани - Страница 87

— Поэтому я собираюсь обо всем позаботиться.

Френни взмахнула пистолетом, но тут же опять нацелилась на Франческу. Та обхватила руками живот, и Джайлз с ужасом понял, что она старается защитить нерожденного ребенка. У него сжалось сердце.

— И что дальше? — В обычно теплом голосе его жены сейчас слышались напряженные нотки. — Что ты собираешься делать? Застрелить меня тут? В церкви?

Френни медленно раздвинула губы в издевательской улыбке.

— Нет. Это пистолет папы, и мне нужно вернуть его на место. Предпочитаю, чтобы от него не пахло порохом. Я воспользуюсь им, если придется. Но у меня план получше. — Ее улыбка стала холоднее. В глазах стыла пустота. — Гораздо лучше. Ты должна исчезнуть. — Она метнула взгляд в глубину церкви, туда, где сгустилась тьма. — Эти люди увезут тебя.

Франческа обернулась. Вперед выступили трое. Она так сосредоточилась на Френни, что совсем их не заметила. В голове звенели слова кучера: двое громил и один тощий. Тогда он описывал грабителей, напавших на экипаж. Неужели это простое совпадение? И троица просто подходит под описание?

Все трое вытаращились на нее, один облизнул губы. Франческа боролась с искушением отступить. Мужчины, заметив ее страх, плотоядно заулыбались и двинулись по проходу. Очевидно, их так и подмывало поскорее схватить ее своими грубыми мясистыми лапищами.

Франческа съежилась. Горло и легкие жгло как огнем. Ей казалось, что Джайлз близко, но так ли это? У входа стоят лакеи… но тут она вдруг вспомнила, что находится в церкви. Здесь не один выход. Есть дверь, ведущая в ризницу, скорее всего в стене, противоположной той, у которой стояли лакеи. Церковь расположена на углу, и за кладбищем проходит еще одна дорога. В таком тумане никто не заметит, что ее похитили, и слуги мужа будут ждать напрасно.

— Нет. Ничего у вас не выйдет, — только и смогла выдавить она.

— Выйдет!

Френни непрерывно кивала, но пистолет ни разу не дрогнул.

— Эти люди будут держать тебя у себя, пока не родится ребенок, потом они принесут дитя ко мне, а от тебя избавятся, как найдут нужным. Это вполне справедливо. Джайлзу ты не нужна: у него буду я. К этому времени он о тебе забудет.

Франческа повернулась к Френни, инстинктивно защищая руками живот. Откуда Френни знает? И тут она поняла: Френни ничего не знала. Просто читала в книгах, что у женатых людей родятся дети.

— Я все устроила. Эстер сказала, что будет лучше, если я не стану иметь своих детей, так что я выращу твоего. Ты исчезнешь, а Джайлз женится на мне, и я буду леди Чиллингуорт.

— Нет, Френни, этому не бывать.

Френни ахнула и подняла глаза. Пистолет впервые дрогнул, но она немедленно выровняла его. И улыбнулась так светло и счастливо, что Франческа едва не заплакала.

— Ты пришел…

И голос звенел радостью. Перемены в ней были разительны, Она, как по волшебству, стала совершенно другой.

Удостоверившись, что она не испугалась его, Джайлз выступил вперед, и под его взглядом мужчины попятились.

— Да, Френни. Я здесь.

Он встретился глазами с Франческой и коротко велел:

— Садись.

Та почти рухнула на скамью. Джайлз прошел мимо, остановился прямо между ней и Френни и, повелительно протянув руку, приказал:

— Дай мне пистолет!

Френни, вне себя от восторга, ослабила хватку… и тут в ее глазах плеснулось подозрение. Стиснув пистолет, она отошла в сторону так, чтобы видеть Франческу.

— Не-е-ет, — прошипела она, пытаясь рассмотреть лицо Джайлза. Пистолет снова смотрел в грудь Франчески. — Ты слишком благороден. Как настоящий рыцарь. Эй вы, там! Идите сюда и свяжите его!

— Я бы не советовал им это делать.

— Не слушайте его! — вопила Френни. — Он просто не хочет руки пачкать! Недаром он граф — все аристократы таковы! Он вынужден твердить, что не хочет ее смерти, потому что она его жена. Совесть не даст ему покоя, если он скажет правду. А правда заключается в том, что, если она умрет, он сможет жениться на мне. Потому что любит меня. Меня! — Она снова повернулась к громилам: — А теперь идите и свяжите его!

Мужчины неловко переминались с ноги на ногу. Тощий громко кашлянул.

— Говорите, эта хорошенькая леди его жена, а сам он граф?

— Сколько она платит вам? — бросил Джайлз.

Разбойники настороженно воззрились на него.

— Обещала сотню, — снова выдавил тощий. — Но пока что дала только гинею.

Джайлз сунул руку в карман, вытащил футляр для карточек и что-то нацарапал.

— Вот. — Он спрятал футляр и карандаш и протянул им карточку. — Отнесите это по адресу, написанному здесь, и мистер Уэринг даст каждому по сотне фунтов.

— Нет! — снова закричала Френни.

Мужчины посмотрели сначала на нее, потом на Джайлза.

— Откуда мы знаем, что так и будет?

— Не знаете, но, если немедленно не возьмете карточку и не уберетесь, гарантирую, что вы ничего не получите. А если вы еще будете торчать здесь к тому времени, когда я освобожусь, вы предстанете перед стражей, которая не преминет поинтересоваться насчет экипажа, на который недавно напали в Хайгейтском лесу.

Один из здоровяков передернул плечами, взглянул на сообщников и стал протискиваться между скамьями. Взял карточку, хмуро посмотрел на неровные строчки и повернулся к дружкам:

— Пойдем-ка отсюда.

Все трое дружно повернулись и поспешили выйти из церкви через вторую арку.

— Нет, нет, нет, нет, не-е-е-т! — взвыла Френни, стиснув зубы, топая ногами и пятясь, пока не уперлась спиной в алтарь. Она задыхалась, мотала головой как заведенная. В уголках губ показалась пена. Пистолет мелко трясся в руке, но она на удивление быстро сумела овладеть собой и, наведя его на Франческу, прищурилась…

Джайлз резко толкнул вперед первый ряд скамей и загородил собой Франческу.

— Френни! Довольно! По-твоему все равно не будет.

— Будет! Будет!

Забыв обо всем, Франческа встала.

— Френни…

Джайлз чуть повернул голову:

— Сядь, я сказал!

Франческа немедленно повиновалась. Вернее, заставила себя это сделать. У Френни всего один пистолет. Один выстрел. Пусть Джайлз поступает, как считает нужным: ему так легче. Она знала, что он сейчас испытывает. И дело не только в ее чувствах — она больше не имеет права думать лишь о себе.

Она вынудила себя сидеть спокойно. Только руки судорожно сжимались и разжимались.

Джайлз продолжал говорить тихо, спокойно, словно Френни была вполне вменяема и не держала в руках пистолет.

— Послушай меня, Френни, — прервал он ее несвязные выкрики, — я знаю, что последние несколько месяцев ты пыталась добиться своего. Я хочу, чтобы ты рассказала мне обо всем, что наделала. Это ты привязала узду поперек тропинки, ведущей в холмы Ламборна?

Франческа нахмурилась.

— Да, только ничего не получилось. Она не упала с лошади и не убилась.

— Нет, — мрачно подтвердил Джайлз. — Но видишь ли, Френни, я езжу по этой тропинке чаще, чем Франческа. Только по чистой случайности я в тот раз не ехал верхом, иначе я мог бы упасть и убиться.

Рот Френни медленно приоткрылся. Губы слабо шевелились, но слова не шли с языка.

— Я этого не хотела… только не тебя… на твоем месте должна быть она… Я вбила камешек в копыто ее кобылки, чтобы Франческа села на большого коня и свалилась бы уже наверняка. — Она недоуменно моргнула. — Я все сделала как надо, но почему-то не получилось.

— Не получилось. Это ты разорвала шляпку Френни и спрятала в вазу?

— Да. — Френни кивнула так энергично, что все тело затряслось. — Дурацкая штука, но в ней она казалась такой милой. Интересной. Не хотела, чтобы ты видел ее в ней.

— И ты отравила приправу Франчески.

Френни нахмурилась:

— Не пойму, как это она не умерла? Это ее приправа: никто больше ее не употреблял.

— Почему же? А я? Это я распознал запах яда.

— Правда?

Френни обиженно поникла, но пистолет не опустила.

— Я всегда старалась сделать так, чтобы пострадала только она. Не хотела повредить кому-то другому. Я и ей не желала зла, но она должна была умереть: ты же понимаешь, что это необходимо.