Контрабандистка - Лоуренс Стефани - Страница 54

— У Эми? — удивилась Кит. Теперь ей все стало ясно. — Твой друг Джордж — это Джордж Смитон?

Джек кивнул.

— Да. Мы дружим с детства.

Кит захлопала глазами. Как же ей все это не пришло в голову?

— Джеффрис, старший конюх поместья Грешем, сказал Джорджу, кому принадлежит породистая вороная кобыла. А Джордж сообщил о своем открытии мне.

Теперь Кит поняла: когда Джордж говорил своей невесте про «неотложные дела», он на самом деле занимался контрабандой. Но сейчас ей было не до этого.

— У меня в голове такая путаница, — пробормотала девушка. — Мне кажется, что в библиотеке говорили о свадьбе… Разве Эми и Джордж уже назначили день? — спросила она, изображая удивление.

— Нет, в библиотеке речь шла не о свадьбе Эми и Джорджа, — сказал Джек и как-то по-особенному бережно взял ее за руку. — Речь шла о нашей свадьбе. Кит, при таких обстоятельствах нам следует обвенчаться.

Раскрыв рот, Кит смотрела на Джека. Она думала о том, что, может быть, болезнь играет с ней такую злую шутку. Или она просто ослышалась?

— Но… — Кит старалась, чтобы ее голос звучал уверенно, но это у нее плохо получалось. — Но что-то я не припомню, когда была наша помолвка.

— Насколько я понимаю, — проговорил Джек, — мы помолвлены с того самого момента, как ты, моя дорогая, попросила меня лишить тебя девственности.

— Ах!.. — вырвалось у Кит.

Она смотрела на Джека, и голос его по-прежнему звучал у нее в ушах. Значит, ей все это не почудилось! Сомнений быть не могло: он действительно собирался на ней жениться. У Кит пересохло в горле; она судорожно сглотнула и пристально посмотрела Джеку в глаза, словно пытаясь в них найти разгадку. В глазах горели веселые огоньки, но было в самой их глубине и что-то другое — что-то такое, чего она прежде никогда не видела, какой-то непонятный блеск.

«Почему он делает мне предложение в такой странной форме? — размышляла Кит. — Почему даже сейчас хозяин положения — он, а не я?» Ей много раз делали предложение, но сейчас она ужасно волновалась.

— Если… если ты хочешь на мне жениться, чтобы спасти мою репутацию, то забудь об этом. — Она села на постели и выдернула руку из его цепких пальцев. — Я решила вообще не выходить замуж и не собираюсь продолжать этот глупый разговор.

— Глупый разговор? — разозлился Джек. — Так вот как ты это называешь? Если уж ты настроена против замужества, то тебе следовало вспомнить об этом до того, как ты мне отдалась. Ты уже приняла решение, и теперь слишком поздно делать вид, что между нами ничего не было. И позволь тебе напомнить: порядочные девушки, к которым ты, конечно же, себя причисляешь, боятся остаться с мужчиной наедине, чтобы не быть скомпрометированными. А ты не только оставалась наедине…

— Тебе не стоит на мне жениться, если ты этого не хочешь! — прошипела Кит.

— Я предлагаю тебе руку и сердце, Кит, и я хочу на тебе жениться, — медленно проговорил Джек. Подумав, он решил, что ему нечего добавить к сказанному. Он хотел и должен был жениться на Кит. Ему даже казалось, что она уже стала его женой. Требовалось только, чтобы и она это признала.

Кит в задумчивости смотрела на сидевшего перед ней мужчину. Оказывается, лорд Хендон куда опаснее капитана Джека! Джек был высокомерным грубияном, он не считал нужным посвящать ее в свои планы и не интересовался тем, что она думает. Когда же главарь контрабандистов чудесным образом превратился в аристократа, в лорда Хендона, противиться его воле стало еще труднее. Ему достаточно было лишь взглянуть на нее — и она уже теряла способность сопротивляться, возражать, действовать по собственной воле. А ведь она так мечтала о свободе, независимости… Кит понимала: если она станет женой лорда Хендона, он полностью подчинит ее себе, заставит подчиниться.

Кит посмотрела в его стальные глаза и увидела в них что-то такое, от чего у нее перехватило дыхание. Она сидела, не в силах вымолвить ни слова, а его серые глаза гипнотизировали ее. Ей казалось, что ее опутывает липкая паутина, из которой она не сможет выпутаться. Сердце Кит затрепетало; она сбросила с себя простыню и попыталась подняться.

— Тебе нельзя вставать с кровати, Кит, — мягко сказал Джек. — Нужно сначала посоветоваться с доктором Трашборном. Он должен скоро приехать. Всю неделю он приезжал к тебе по утрам.

— Неделю? — удивилась девушка. — Какой же сегодня день?

— Вторник, — ответил Джек.

— Боже милосердный! Я провалялась в постели целую неделю. Я потеряла целых семь дней!

— О Господи, да ты чуть жизни не лишилась.

Джек улыбнулся. Он сидел рядом, внимательно глядя на нее своими серыми глазами, и, глядя в эти глаза, она чувствовала, что успокаивается. Джек снова уложил ее и поправил подушку. Затем внимательно посмотрел на нее.

— Ради Бога, Кит, оставайся в постели и делай все, что говорит доктор Трашборн. Тебе еще рано проявлять самостоятельность.

Джек рассказывал Кит о ее болезни, а она молча слушала. Ей почему-то казалось, что все это происходит не с ней. Все произошло так быстро, так неожиданно. И в ее уютной комнате вдруг что-то неуловимо изменилось.

— Скоро придет Элмина, и я поеду в замок. У меня есть кое-какие неотложные дела, но к вечеру я обязательно вернусь, — сказал Джек и поднялся. Он не знал, что ему следует сказать на прощание. В своей новой роли — роли жениха — он чувствовал себя немного неловко. Он так и не дождался ее согласия на брак; кроме того, они не назначили день венчания. Но Джек не сомневался: все будет именно так, как он хочет. Он не сомневался, что Кит Кранмер станет его законной женой.

Кит в растерянности смотрела, как Джек идет к двери. Вдруг он остановился, словно передумал уходить, и подошел к кровати. Его губы прижались к ее губам, и она почувствовала себя совершенно беспомощной. Казалось, ее обволакивает что-то теплое, лишая воли; и Кит понимала, что сдается. Глаза же Джека были так близко… Сейчас эти огромные серые глаза заполняли всю комнату.

— Пожалуйста, Кит, скажи «да», — прошептал он.

— Да, — произнесла Кит, сама того не желая.

Она дала согласие выйти за него замуж, хотя вовсе не собиралась давать такое обещание. Но как это случилось — Кит сама не понимала. Точно вмешалась какая-то могущественная сила и заставила ее произнести это короткое слово.

Джек отстранился от нее, повернулся и решительно направился к двери. Кит посмотрела на захлопнувшуюся за ним дверь — и почувствовала легкое разочарование. Какая неожиданная развязка!

И почти тотчас же в комнату вошла старая француженка. Неужели и она согласна с появлением в ее жизни такого мужчины? Кит засыпала служанку вопросами, и то, что она узнала, повергло ее в еще большее смятение. По ее словам, всю эту неделю Джек не отходил от ее постели и заботился о ней с ведома и благословения Спенсера.

Прежде чем Кит успела сделать из услышанного какие-то выводы, появился сам лорд Кранмер. Разговор с дедушкой наполнил ее сердце такой горечью, что словами не описать. Спенсер винил лишь себя в том, что с ней случилось, и Кит больно было смотреть, как он страдает. Она, только она одна была во всем виновата, она обманывала дедушку, преданных слуг и совершала совершенно непростительные поступки.

Кит безумно любила дедушку, и он казался ей почти святым, во всяком случае совершенно особенным человеком — воплощением правды, справедливости и глубочайшей мудрости. И кроме того, он был настоящим джентльменом. И сейчас, когда дедушка с беспокойством спрашивал ее, действительно ли она хочет выйти замуж за лорда Хендона, Кит кивала с самым безмятежным видом. Ах, если бы и в душе ее была та же безмятежность!

А потом порог ее комнаты переступил доктор Трашборн. Он был рад, что Кит пришла наконец в себя. Осмотрев рану, доктор нашел, что она быстро затягивается; он был очень доволен состоянием своей пациентки. Поздравив Кит с предстоящей свадьбой, Трашборн, развеселившись, намекнул, что почтет за честь помочь ей разрешиться от бремени — ведь это непременно должно случиться после замужества.