Принц Лжи - Лоудер Джеймс - Страница 62

– Как пожелаете, Ваше Великолепие.

– Вот именно, – сказал Принц Лжи, и в голосе его послышалось раздражение. – Чтение пойдет под конец службы, и ты должен все закончить до восхода. – Кайрик помолчал, уставившись на макушку склоненной головы. – Да, раньше было как-то интереснее, мне не хватает твоего беспомощного гнева. Ладно, ничего не поделать.

Бросив последний взгляд на труп Ринды, Повелитель Мертвых приготовился исчезнуть.

– Сожги это место дотла, – сказал он, начиная растворяться в воздухе. – В качестве растопки используй книжку Переплетчика.

Как только Кайрик отбыл в другое царство, Физул сразу швырнул «Кайринишад» на стол и бросился к Ринде.

– Что это ты себе позволяешь? – заверещала книга.

В ту же секунду том сковала серебряная цепь, заткнув черепу рот как кляпом.

– Не нужно было ранить ее так сильно, – сердито бросил Огм, возникая в центре комнаты. Он бросил взгляд на «Кайринишад», чтобы удостовериться в действии своего заклинания, а затем повернулся к Ринде. – Ты можешь ее спасти?

Физул лишь крякнул.

– Я знаю, как всадить кинжал в живот так, чтобы смерть не наступила еще несколько часов, – похвастался он, хотя голос, которым он говорил, принадлежал Повелителю Теней. – Но сначала мне нужно освободиться от этого дурацкого образа.

Тень священника потемнела, уплотнилась, словно жизненная сила Физула, покидая его тело, переливалась в черноту. Затем тень поднялась и нависла над священником и поверженной девушкой. К Маску слетелись тени из всех углов комнаты. Слившись в одну, они образовали его темный плащ, который колыхался каждую секунду.

– Ты не снял щит с этого дома? – спросил Повелитель Теней.

– Если Кайрик удосужится взглянуть сюда, то увидит лишь, как Физул готовится поджечь дом, – ответил Переплетчик. – А как насчет тени Ринды? Кайрик ведь сказал, что ее уже ждут его подданные.

– Об этом можешь не беспокоиться, – самодовольно ответил Маск и, оттолкнув Физула, опустился на пол рядом с девушкой. Он коснулся ее рукой, и кровотечение остановилось, а на белом как мел лице появился легкий румянец. – Вместо нее я послал в Гадес старинного приятеля Физула. Ты ведь помнишь лорда Чесса? Думаю, ему понравится какое-то время побыть женщиной… То есть понравилось бы, если бы Кайрик не устроил такой жуткий прием для Ринды. – Он прищурился, и в его голосе прозвучала правдивая нотка тревоги. – Ей остается надеяться, что, она никогда не попадет к нему в руки.

– Не попадет, – с уверенностью сказал Огм и, осторожно подняв Ринду с пола, отнес ее к столу, который превратился в мягкий диван, когда он опустил на него девушку. – А ты, Физул, как себя чувствуешь?

Священник лежал на спине, крепко зажав виски ладонями.

– Не знаю, – пробормотал он. – Порой мне кажется, что этот стук в голове никогда не прекратится.

– Прекратится, – пообещал Маск. – Мне пришлось позволить тебе испытать настоящую боль, иначе Кайрик что-нибудь заподозрил бы. Очень трудно подделать убедительные человеческие вопли.

– Верни мне нож, и мы сможем попрактиковаться на тебе, – сказал Физул. Он со стоном сел и принялся ощупывать сломанный нос.

– Тебе просто повезло, что я поставил тот щит и тем самым спас твое сознание, – заметил Маск. – Эта книга сделала бы из тебя еще одного Кайрикова безмозглого болвана.

Огм снова бросил взгляд на фолиант. Череп пытался выплюнуть изо рта цепь, чтобы позвать на помощь хозяина.

– Нам придется каким-то образом уничтожить эту книгу, – сказал бог Знаний.

– Только не сейчас, – возразил Маск. Казалось, он не подошел, а подлетел к Повелителю Бардов, паря в воздухе благодаря удачно осуществленной интриге. – Кайрик поставил какую-то очень мощную охрану на эту вещь, слишком сильную, чтобы ее можно было разрушить каким-нибудь простым способом. Нет, будет лучше, если мы вынесем книгу из города и рассудим, как с ней быть, позже… после битвы.

– Какой битвы? – спросил Физул. – Ты сам говорил, что Кайрик не намерен позволить великанам напасть на город.

– Зато мы намерены, – ответил Повелитель Теней. – Эти зверюги снесут здесь все под корень… А ты, Физул, откроешь им ворота, образно говоря.

Священник выпрямил нос, защелкнув его на место, и затряс головой, чтобы осушить слезы, полившиеся по щекам.

– Полагаю, у меня нет выбора?

– Выбор всегда есть, – сказал Огм.

Маск склонился над плечом священника.

– Конечно, он у тебя есть, – прошептал бог Интриги. – В данном случае ты либо идешь с нами, либо мы даем Кайрику знать, что книга на тебя не подействовала. Уверен, во второй раз он промашки не допустит.

Физул с вздохом поднялся с пола:

– Что я должен делать?

– Завтра ты обратишься к последователям Кайрика, что он тебе и велел, – начал Маск, кружа вокруг Физула, как филин, поджидающий, не мелькнет ли где в темноте полевая мышь. – Разница только в том, что ты прочтешь последнюю главу книги Огма. В ней рассказывается о том, как Принц Лжи собирается обмануть горожан. Когда все услышат, что именно Кайрик навлек угрозу на город… Думаю, не много найдется людей, кто не будет разочарован в своем мнимом спасителе.

– Такая речь не привлечет великанов к городу, – пробурчал Физул, – зато я сразу погибну. Неужели ты думаешь, что Кайрик не станет слушать, как идет служба?

– Мы знаем, что не станет – точнее, не сможет. У него не будет возможности прислушиваться к твоим словам, Физул. – Огм начал собирать разбросанные страницы «Истинного жизнеописания», а собрав, вручил стопку священнику. – Кайрику нужна отчаянная преданность горожан, чтобы наделить волшебной мощью свое заклинание. В этом весь смысл предрассветной службы – обрести эту мощь. Но чтобы воспользоваться ею, он должен медитировать, направив все грани своего сознания на объект охоты.

– Ты имеешь в виду душу Лайонсбейна, – пробормотал Физул.

– Точно, – сказал Маск. – Другими словами, когда ты будешь читать свою проповедь народу, Кайрик не откроет глаз.

Физул аккуратно сложил страницы рукописи и положил всю стопку на стул.

– И тогда ты начнешь восстание в Городе Раздоров, – Он нервно забарабанил пальцами по страницам «Истинного жизнеописания». – Все же мне как-то не хочется открыто воевать.

– Я буду там, чтобы защитить тебя, – предложил Маск с преувеличенной заботой. – Возьми мой священный символ, Физул, и я буду служить тебе хорошо. В конце концов, Бэйн погиб десять лет назад, а ты до сих пор его оплакиваешь. Не пора ли тебе начать жить?

– Возможно, – буркнул священник и прошел мимо Маска, чтобы подобрать последние разбросанные пергаменты. – Давайте посмотрим, как все повернется на рассвете, Повелитель Теней.

– Мы так и не решили вопрос о «Кайринишаде», – сурово заметил Огм.

– Я возьму книгу, – тихо предложила Ринда. – Я написала этот проклятый том, мне с ним и разбираться. – Она с трудом села, прижимая руку к животу, чтобы унять дергающую боль.

Физул нахмурился:

– Ерунда. Разве ты сможешь ее охранять?

– Полагаешь, что книгу следует отдать тебе? – резко спросила девушка. – Огм, ты не можешь допустить, чтобы такое мощное средство, как эта книга, попало в руки Зентарима. Черная Сеть попытается использовать ее в своих целях, а мы оба с тобой знаем, что эта книга способна только стирать истинные знания.

– Думаю, вопрос решен, – произнес бог Знаний, а Маск не стал возражать.

Переплетчик протянул девушке сверкающий священный символ. Небольшой свиток был выточен из цельного бриллианта чистейшей воды и удобно поместился на ладони.

– Отныне ты хранительница «Кайринишада», – торжественно объявил Огм. – Этот амулет возвестит всем моим подданным, что ты носишь это звание. Мои церкви и монастыри предоставят тебе убежище, а хранители знаний снабдят едой и деньгами, если понадобится.

– Твоим священникам не удастся спрятать ее от Кайрика, – хитро заметил Физул. – Если только ты не хочешь уничтожить его во время этого маленького бунта, то рано или поздно он начнет искать свою книгу.