Тетрадь опасных советов - Аверин Владимир Владимирович - Страница 28

Курьер никак не мог прийти в себя. Он оторопело смотрел вдаль, на поворот, за которым пару минут назад скрылся Ситников.

Портфель отняли... Вот невезуха... Утром на работу опоздал, а теперь вот портфель с плеча сорвали, — сокрушался Гена, не глядя на Пузыря. — Только успел выйти из почты и — бац! — сразу отняли.

Знакомое дело. Как говорится, на ловца и лох бежит. Ты ментам будешь звонить?

Что я им скажу? Все так быстро произошло, что я не разглядел ни марку, ни номер мопеда. Мотоциклист был в синем шлеме, но это не особая примета, ведь такие шлемы не редкость.

В портфеле были какие-нибудь ценности или деньги? — спросил Пузырь.

Нет. Только паспорт, телеграммы и заказные письма.

Считай, что тебе повезло. Телеграммы можно заново распечатать, паспорт тоже можно восстановить, а вот с заказными письмами — беда. Письма не восстановишь.

Блин, теперь меня стопудово уволят. Начальница так мне и сказала: еще одно нарушение, и я тебя, говорит, уволю без выплаты зарплаты, — убивался курьер. — Что теперь делать? Что делать?

Увольнение, братишка, — это полбеды. Тут судом пахнет, — якобы со знанием дела сказал Пузырь.

Каким судом? — удивился курьер.

Обыкновенным.«Тебе известно, что в заказных письмах часто пересылают документы, ну, там свидетельство о рождении, разные справки, повестки, дипломы. Если по твоей вине пропадет ценный документ, то тебя, родной, будут судить.

Но я ведь не виноват! Сумку у меня украли!

Попробуй доказать, что ты не верблюд. Знаешь, бывают случаи, когда инкассатор, который перевозит крупную сумму денег, сговаривается с налетчиком, типа объясняет, когда лучше напасть и отобрать деньги. Налетчик нападает на знакомого инкассатора, для видимости бьет тому в бубен, а потом делит с ним украденные деньги. Таких примеров — море. И твой случай, возможно, один из них.

Ты что, с крыши упал? Я же говорю, что в моей сумке не было денег, а только телеграммы и заказные письма!

Ты, я гляжу, совсем не догоняешь, в какую историю влип. Ты по уши в баклажанной икре, красавец, — сказал Пузыренко. — Прикинь, что в заказном письме находится какой-нибудь важный финансовый документ. За пропажу такого документа тебя не то что под суд, тебе башку оторвут с корнем.

Курьер больше ничего не сказал. Понурив голову, он направился к почтовому отделению.

Ты куда? — спросил Пузырь.

Сдаваться. Признаюсь во всем, скажу, что я по жизни лох конкретный. А там пусть делают со мной что хотят, пускай порвут меня, как Тузик — грелку.

Постой. Не спеши. Я могу тебе помочь.

Как?

Кажется, я знаю пацана, который вырвал твой портфель. Во всяком случае, мне показался знакомым его скутер и шлем. По-моему, он живет в нашем дворе.

Если в сумке нет денег или ценностей, то он ее выбросит — это сто пудов.

Ты знаешь его телефон? — с надеждой во взгляде спросил курьер.

Знаю. — Пузырь достал мобильник и позвонил Вадику. Услышав в трубке голос приятеля, толстяк сказал: — Здорово, ковбой!

Клиент созрел? — произнес Ситников в трубку сотового телефона Майи.

Почти.

Если он стоит рядом с тобой, то спрашивай меня насчет портфеля. Короче, действуй, как мы договаривались. Понял? — сказал Вадик.

Ага. Я как раз хотел спросить: ты случайно не видел черного тонкого портфеля на длинном ремне? Ты ведь на своем скутере раскатываешь по всему городу, может быть, заметил что-нибудь похожее? В нем нет ни денег, ни ценностей, только паспорт, заказные письма и телеграммы.

Я сейчас торчу недалеко от тебя, на заднем дворе почтового отделения, — сказал Вадик. — Возле мусорного бака. Когда договоришься с курьером, подходи ко мне, я отдам тебе его портфель.

Вот за это тебе спасибо. Родина тебя не забудет, — сказал Пузырь. Он, заранее договорившись с Вадиком, разыграл курьера, представившись крутым местным парнем, который может решить почти любой вопрос.

Ну как? Узнал? — не теряя надежды, спросил курьер Гена.

Считай, что я твою тему закрыл. Твой портфель валяется в нескольких шагах отсюда. Из него ничего не исчезло, все письма и телеграммы целы. Короче, осталось только пойти и взять его.

Ну так пошли! — поторопил Пузыря курьер.

У меня одно условие. Услуга за услугу. Слушай меня, родной.

— Ну.

Давай махнемся?

Давай.

Я отдам портфель, а ты заменишь бандероль на почте.

Какую бандероль?

Вот эту, — Пузырь достал из целлофанового пакета упакованную бандероль и ткнул в нее толстым пальцем. — Эту положишь на полку, а вместо нее возьмешь точно такую же, с таким же адресом и фамилией.

Подменить, что ли?

Ну да.

Как это подменить? Нет, подменить я не могу.

Почему?

Не могу и все.

То есть я могу ради тебя звонить, просить, унижаться перед пацаном, а ты не можешь?

Это несерьезно.

Вон как ты заговорил! Так ты со мной, да? Так ты поступаешь с человеком, который тебе добро сделал, да?

При чем здесь добро? Ты сам должен понимать, что почта — это серьезно.

Значит, я поганку замутил, а у тебя — серьезно?

При чем здесь поганка? Я ведь работаю на этой почте. Меня вычислят в два счета. Узнают, что бандероль подменили, и сразу на меня подумают.

Никто об этом не узнает. Там лежит моя бандероль. Мой прадедушка послал ее мне из Урюпинска. Только он номер квартиры перепутал, поэтому я ее получить не могу. Въезжаешь? Придется ждать месяц, пока почтовики отправят бандероль обратно в Урюпинск, а он ее снова пошлет в Москву по правильному адресу. У меня с моим прадедом сплошные напряги. У него сейчас критический возраст, он как раз переходит от старости к детству.

Нет, я не могу подменить, — упрямо повторял Гена. — Заметут меня, сто процентов, заметут и уволят.

А ты переклей почтовый бланк с той бандероли на эту, тогда точно никто не заметит. Вот тебе клей, — Пузырь всучил курьеру тюбик с клеем и бандероль, которую он упаковал вместе с Майей. — От той бандероли аккуратно отлепи, а на эту наклей. Будь уверен, никто этой подмены не заметит, потому что бандероли практически одинаковые, как яйца от одной курицы.

Нет, — отрицательно помотал головой Гена. — Лучше я пойду и признаюсь, что портфель у меня украли.

Он снова направился к дверям почты, но Пузырь вновь остановил его, сказав:

Послушай, братан, ты сейчас сломаешь себе всю жизнь. Раз и навсегда перечеркнешь свое будущее. Сейчас ты пойдешь и признаешься в том, что ты лох. Тебя уволят, а втвоем личном деле появится коротенькая запись о том, что ты недисциплинированный, безответственный, слабоумный кекс, чучело гороховое, которому нельзя доверить даже телеграммы разнести. Считай, что ты сейчас ставишь крест на своем будущем. После этого тебя даже в менты на работу не возьмут.

У меня нет такой цели в жизни.

Даже у маленькой пули есть своя цель, — сказал Пузырь. — Знаешь, в чем твоя ошибка?

В чем?

Ты стараешься действовать по инструкции, делаешь только то, что тебе велят. Тебя выдрессировали с рождения и водят на веревочке. Так ты всю жизнь и будешь плясать под дудку своего хозяина: сначала под дудку мамы и папы, потом под дудку учителя, а потом под дудку начальника. А жизнь, брат, это не танцы. Тут сплошной экстрим и караул! Дам тебе бесплатный совет: освободись от всех инструкций и думай своей репой. В инструкциях не сказано, как надо поступать, когда один вырывает сумку у тебя из рук, а другой тебя выручает и эту сумку возвращает. Делай так, как велит тебе совесть. Выбирай, кем ты будешь в этой жизни: правильным чуваком или волдырем оттопыренным.

Но, черт возьми, я не могу подменить бандероль! — выслушав Пузыря, взорвался курьер. — Это невозможно!

Невозможно — это когда нельзя и как-то не очень хочется. Короче, я сейчас схожу за твоим портфелем и отдам его тебе только в обмен на бандероль. У тебя есть несколько минут, подумай, о чем я тебе сказал.

Пузырь оставил курьера под наблюдением Майи, которая по-прежнему сидела на скамейке недалеко от почтового отделения, следя за важным разговором. Сам Витя отправился на задний двор, взял у Вадика портфель и вернулся к дверям почты. Там его уже поджидал курьер с бандеролью за пазухой. Гена отдал ее Пузыренко, а вместо этого взял свой тонкий портфель на длинном ремне. Они больше не обменялись ни словом, Гена поспешил разносить телеграммы, а Пузырь подошел к Майе и передал ей бандероль, которую она тут же открыла и убедилась, что тетрадь Теслы на месте. Еще через пару минут к ним подкатил Вадик в своем шлеме с приоткрытым забралом и спросил у Майи: