Красавица и шпион - Лонг Джулия Энн - Страница 58

Это была правда. Но Кит теперь почти точно знал, что именно она делала тогда в Горриндже. Она сказала: «Он вынудил меня помогать». Кит сомневался, что тут имело место насилие или принуждение. Каролина всегда любила авантюры и проказы и, несомненно, нашла предстоящее дело захватывающим. Как странно, что она была шпионкой еще задолго до того, как он сам занялся этой работой.

Он смотрел на нее с непроницаемым лицом, как и положено секретному агенту. Он видел, как Каролина отчаянно молча пытается проникнуть в его мысли, понять, о чем он думает и что чувствует.

А думал он и чувствовал вот что: Каролина способствовала тому, что была разбита жизнь счастливой пары и Сюзанна лишилась семьи, помогала предателю. Неподдельная жалость, самая сильная из эмоций, которые он испытал, увидев сегодня Каролину, уступила место уверенности в том, что она замешана и в убийстве, совершенном двадцать лет назад.

В юности ее жизнь была тяжелой, но принятые ею решения привели к тому, что она такой и осталась. И Кит понял, что, по всей вероятности, с самого начала был бессилен помочь ей, как бы сильно этого ни хотел.

Каролина кашлянула.

– Пожалуй, мне лучше сейчас уйти, Кит, – сказала она. – Прости, что помешала тебе.

– Нет, – мягко возразил он. И ласково, но твердо удержал ее за руку. – Я хочу, чтобы ты осталась. Я сделаю все, чтобы тебе помочь, Каролина.

Это было ложью. Но он не собирался ее просто так отпускать.

Когда Кит вошел в гостиную час спустя, Сюзанна не обернулась, но он не сомневался, что она слышала, как он вошел, потому что увидел, как напряглась ее спина. Он молча сел рядом с ней на диван и посмотрел на картину, к которой был обращен ее взгляд.

– Тебе нравится наш семейный портрет? – спросил он как ни в чем не бывало.

– Ты на нем не выглядишь особенно счастливым, – подумав, ответила Сюзанна.

– Эта картина – идея отца. Хорошо помню, как приходилось подолгу позировать... – Кит поморщился. – Отец всегда заставлял меня делать то, чего я не хотел. Не хотел, а потом был рад этому. Как, например, эта треклятая книга о живой природе Барнстабла.

Кит понял вдруг с удивлением и легкой досадой, что отец, видимо, обладает большим, чем он, даром предвидения. Но если кто-то и должен обладать большим даром предвидения, то пусть это будет отец.

– У тебя две сестры, – тихо произнесла Сюзанна. – Они живы?

– Ну да. – Он не вполне был готов объяснять Сюзанне, что иметь двух сестер – порой весьма сомнительное удовольствие. Вот когда они отыщут ее сестер, пусть она сама и познает эту истину.

– Может быть, можно найти моих сестер, разослав письма? Дейзи Джонс сказала, что Сильвию увезли во Францию, а Сабрина, возможно, живет в Англии. А может быть, и мама... – Сюзанна осеклась.

– Мы непременно напишем, – пообещал Кит, и она слабо улыбнулась. Он взял ее руку, которая оказалась холодной, но уже мягкой и податливой. Он прижал ее к губам и долго держал так, потом повернул ладонью вверх, поцеловал и сжал ей пальцы. – Мне надо кое-куда съездить, Сюзанна, я как раз собирался тебе об этом сказать.

– С ней?

– Нет.

На ее лице отразилось огромное облегчение. Неужто она подумала, что он ее бросит?

– А где она будет, когда ты уедешь? – спросила Сюзанна.

– Вы обе поедете вместе со мной. – Кит решил, что это самый лучший вариант.

– Замечательно. Такое чудесное трио. Очень удобно.

Кит криво улыбнулся. О том, чтобы оставить Сюзанну одну, не могло быть и речи. В то же время нельзя допустить, чтобы Каролина покинула «Розы». Он не мог дать Бултону ружье и приказать стеречь Каролину, как не считал справедливым дать ему задание охранять Сюзанну. Самое лучшее повезти обеих женщин в Горриндж. Причем немедленно.

И где только бродит этот чертов Джон Карр именно сейчас, когда он так нужен!

– Послушай, Сюзанна, хочешь, чтобы это кончилось? Хочешь, чтобы тебе больше ничто не угрожало?

– Нет, я предпочитаю всю оставшуюся жизнь дрожать от страха и гадать, когда в следующий раз из-за меня тебя пырнут ножом или раздавят лошадью!

Он улыбнулся – Киту нравилось, когда Сюзанна язвила.

– Ты еще можешь улыбаться! – возмущенно воскликнула Сюзанна.

– Ты забыла, дорогая, что опасности для меня – это образ жизни.

Она подумала.

– А может, тебе и правда стать натуралистом? – безнадежно предложила она.

Он не ответил, только остановил на ней долгий взгляд. Потом наклонился и поцеловал ее. Ее губы сначала противились, но вскоре смягчились, и она обхватила его лицо ладонями – до чего ему нравилось, когда она так делала! Сюзанна раскрыла губы ему навстречу, и краткий головокружительный миг они упивались друг другом. Сладость была несравненной...

Когда он закончил ее целовать, она облизала губы, пробуя их на вкус, потом вздохнула. Он знал, что у нее сейчас кружится голова, у него тоже кружилась.

– Куда надо ехать? – спросила она, немного успокоившись.

– Помнишь, я говорил, что существуют бумаги, которые обличают Морли? Кажется, я наконец-то понял, где их искать!

– Где же?

– Помнишь витражи в горринджской церкви? Викарий еще сказал, что они не старинные – что их подарил церкви «щедрый филантроп» заодно с мавзолеем.

– Верность, надежда, милосердие... – пробормотала Сюзанна, и тут ее брови взлетели вверх. – Ой! Я поняла! Витражи с христианскими добродетелями! Это как-то связано с витражами!

– Да! И я полагаю, что щедрым филантропом был твой отец, Ричард Локвуд.

– О Господи! – Услышанное произвело на Сюзанну сильное впечатление. – Да, он был очень умным.

– Слишком умным! Слишком эксцентричным. Лучше бы он был попроще – мы сумели бы это оценить, – сухо произнес Кит. – Думаю, добытые им документы – если он их и правда добыл – могут быть спрятаны в том самом мавзолее.

– Но если бы он спрятал их в другом месте, – бросилась Сюзанна на защиту отца, которого никогда не знала, – мистер Морли наверняка нашел бы их сам и уничтожил.

– Ну, ты умница, – похвалил ее Кит.

– Вся в отца!

– Пусть так, – согласился он. – Но, конечно же, ты права насчет Морли. То, что он, по всей видимости, пытается убить тебя, доказывает, что документы он до сих пор не нашел. Наверное, Джеймс намекнул ему об их существовании и пригрозил, а уж потом взялся их искать. Как справедливо заметил мистер Эйвери-Финч, начал не с того конца.

– Мистер Морли обыскал мой дом, потому что рассчитывал найти их там!

Кит кивнул:

– И решил, что проще уничтожить тебя, на тот случай, если ты спрятала документы и намерена ими воспользоваться, – он, должно быть, знал, что ты осталась без средств к существованию. Но явно не рассчитывал на мое появление.

– Повергать в шок – твое неотъемлемое качество.

Кит пожал плечами:

– Не исключено, что никаких документов нет, но об этом лучше не думать. Документы – наша единственная надежда на то, что Морли получит по заслугам.

– А если ты все-таки ошибаешься? Насчет мавзолея. И всего остального?

– Маловероятно, – улыбнулся он. – А поиски документов следует начать сегодня же. И если мы их найдем, немедленно арестуем Морли. Он больше не сможет на тебя покушаться.

– А моей маме вернем доброе имя?

– Непременно. Я на это очень надеюсь.

– Необходимо также спасти Каролину, – заявила Сюзанна. – Ты должен сделать все, что в твоих силах.

Кит замялся. Он не знал, как рассказать Сюзанне о своих подозрениях. Пока, пожалуй, не следует ей о них говорить. Неизвестно, как она отреагирует.

– Может быть, – сказал он.

– Она действительно очень красива, – помолчав, заметила Сюзанна.

– Согласен, – просто сказал Кит.

Сюзанна отвернулась от него и снова посмотрела на портрет. Что-то ей, как видно, не давало покоя. Это было написано у нее на лице.

– А меня как бы ты описал, Кит? – спросила девушка.

– Не понял.

– Как бы ты меня описал? О Каролине ты сказал: «Ее невозможно забыть». Темные волосы, темные глаза. – Сюзанна с нетерпением ждала ответа.