Нечистая сила - Королив-Старый Василий - Страница 22

— Послушай-ка, сынок! — серьезно сказала Хрипуша. — Может, не так уж и плохи твои дела? Останься здесь до утра, выспись. Утро вечера мудренее. Может быть, завтра я тебе чем-нибудь помогу.

— Нет, это невозможно! — безнадежно покачал головой мальчик.

Но Хрипуша заговорила с ним, как со взрослым:

— Разве мама не учила тебя слушать старших?.. Я уже старая, многое повидала на своем веку и знаю больше тебя. Почему ты не хочешь поверить, что твоему горю можно помочь?..

Воспоминание о матери подействовало на Андрейку. Он жадно съел брюкву и обе морковки. А Хрипуша тем временем принесла для него несколько охапок сухой соломы. Зарывшись в солому, мальчик свернулся клубочком, положил голову на сундучок и крепко заснул…

На рассвете он почувствовал, как кто-то осторожно тронул его за плечо. Мальчик протер глаза и увидел перед собой маленькую уродливую старушку. Еще не проснувшись окончательно, он испуганно вскочил на ноги.

— Очнись, дитя мое! Не пугайся. Я же предупреждала тебя вчера, что я старая и некрасивая. Тебе пора вставать, скоро начнется день.

Мальчик вспомнил все, что было ночью, и успокоился.

— Иди за мной! — сказала Хрипуша и пошла вперед.

Она вывела мальчика из развалин и подвела к глубокой яме, из которой раньше брали глину для кирпича, Там, на самом дне, был длинный ход, вроде погреба или пещеры. В этом ходу было темно, как ночью.

Хрипуша взяла кол и принялась разгребать им землю в стене. Когда она вывалила несколько кирпичей — в руках у нее что-то зазвенело.

— Возьми это, сынок, выйди на свет и погляди, что это?

Андрейка еще в темноте ощутил, что в руке у него две монеты. Когда же он вышел на свет, то увидел два блестящих золотых червонца.

— Да это же золотые монеты! Это большие деньги, бабушка! — закричал Андрейка.

— Да, я тоже когда-то слышала, что это — деньги. Так вот, дитя мое! Сейчас я дам тебе десять таких золотых монет. А потом ты будешь приходить сюда по пятницам, к вечеру. И каждую неделю будешь получать по два таких кружочка. Послушай меня и сделай так, как я говорю. Прежде всего заплати, сколько должен, своему хозяину, а потом иди в школу. А там скажешь, что у тебя есть бабушка, которая обещала тебя содержать. Только не говори никому, где живет бабушка.

Мальчик сиял от счастья. Наконец-то сбудется его мечта: выучиться и стать умным!..

— Ну, сынок, а теперь иди. Будь счастлив, да не забывай о пятнице…

— Как же мне отблагодарить вас, бабушка? — спросил мальчик.

Он по привычке глянул на старушкину обувь. На ней были стоптанные, побуревшие от времени башмаки. Невозможно было догадаться, какого цвета они были прежде.

— Так разрешите мне хотя бы почистить ваши башмаки! — попросил мальчик.

И тогда, может быть, впервые в жизни, Хрипуша улыбнулась. Она погладила Андрейку по голове, села, как он сказал, на кучу кирпичей и поставила ногу на его сундучок. Мальчик долго не мог решить, какая мазь подойдет к этим башмакам: черная или желтая? Наконец он взял лучшую рыжую ваксу и так начистил Хрипушины башмаки, что они заблестели, как зеркало. Потом посмотрел на ее подметки, выбрал две отличные желтые резинки и приладил их к башмакам.

Теперь Хрипуша ходила бесшумно, как в валенках.

— Хорошая вещь! — сказала она довольно. — Эти башмаки останутся как бы на память от тебя, милый мой Андрейка! Хожу я мало, так что мне их хватит на всю жизнь…

— Бабушка, я буду чистить вам башмаки каждую пятницу! — радостно ответил мальчик.

Еще раз поблагодарив старушку, счастливый, с карманами, полными червонцев, он побежал в город…

Почти два года каждую пятницу приходил мальчик к развалинам старого завода. А Хрипуша, такая безразличная раньше ко всему на свете, теперь с нетерпением дожидалась своего маленького гостя. Они встречались, как родные. И не подаркам и лакомствам радовалась Хрипуша. А тому, что есть на свете хоть одна душа, которая не только не боится ее, но искренне любит. Она с удовольствием слушала Андрейкино щебетанье. А мальчик охотно рассказывал обо всем, что случилось с ним за эту неделю, чему его учат в школе и какие книжки он прочитал.

Придя однажды ночью к старому заводу, Андрейка не узнал давно знакомого места. Здание было полностью разрушено… А вокруг высились только горы битого кирпича…

У мальчика сжалось сердце от невыразимой боли. Он с радостью отдал бы все деньги, которые получил от старушки, только бы еще раз увидеть ее. За эти два года он сильно привязался к Хрипуше. И она уже не казалась ему ни уродливой, ни даже просто некрасивой. Это было единственное существо, искренне любившее его. И он отвечал ей такой же любовью. А те, кого мы очень любим, всегда кажутся нам красивыми и самыми лучшими в мире…

Андрейка стоял среди кирпича, и из глаз его катились слезы. Вдруг его осенило: нужно заглянуть в пещеру! Он бегом бросился к яме. А там, у входа в пещеру, его ждала Хрипуша.

— Как я рада, что ты все-таки пришел! — взволнованно сказала она. — Я специально задержалась здесь сегодня, хотя мне нужно было уйти еще позавчера. Мы больше никогда не увидимся, мой мальчик! Я должна уйти на новое место, далеко-далеко отсюда.

Этой ночью Андрейка не вернулся в город. До самого утра он просидел со своей бабушкой. А рано утром она отдала ему остаток сокровища — полный мешочек золота…

Прощаясь на рассвете, оба горько плакали…

Много воды утекло с тех пор…

Андрейка хорошо учился, окончил высшую школу и стал инженером. Теперь он был человеком обеспеченным, имел свой дом в Киеве, собственный выезд, а на Днепре — отличную моторную лодку. В свободное время он любил плавать на ней по Днепру.

Однажды тихим вечером, в пятницу, он отправился на прогулку по реке. Его лодка летела стрелой по ровной, как стекло, водной глади. Вечер был такой чудесный, а плыть по реке было так приятно, что он и не заметил, как наступила ночь… Взошла луна, посеребрив все своим сиянием.

Вокруг царила полная тишина.

Инженер остановил лодку, засмотрелся на воду и на отраженную в ней луну… И вдруг он услышал, будто бы с берега кто-то шепотом окликнул его:

— Андрейка! Милый Андрейка!..

Он осмотрелся. Всюду было безлюдно. На освещенном луной песчаном берегу — тоже ни души. Правда, у берега стояла старая, полуразрушенная водяная мельница. Но ведь и там никого не было…

Его давно уже никто не звал Андрейкой. Вокруг не было ни души. А этот голос показался ему таким знакомым и таким близким, что даже дрожь пробежала по телу…

Он постоял еще немного посреди реки, а потом глубоко вздохнул и повернул лодку назад…

Но ведь любящее сердце чувствует близкое существо на расстоянии, ему не нужны слова… И сам не зная почему, вспомнил инженер свое детство. Вспомнил, как тяжко ему жилось, и как шел он в лес, чтобы умереть… Вспомнил и маленькую уродливую нищенку, которая звала его «милым Андрейкой» и к которой приходил он по пятницам почти два года… С благодарностью вспомнил он и то, как спасла она ему жизнь и помогла выйти в люди… Он выпрямился посреди лодки и прокричал во весь голос:

— Спасибо тебе, милая бабушка!..

Он не знал, что из старой мельницы грустно смотрела на него и слушала его безразличная ко всему на свете, кроме своего «милого Андрейки», Привидение Хрипуша.

Впервые в жизни, в тот печальный ноябрьский вечер, когда мальчик появился в развалинах, услыхала она это милое слово «бабушка». И тогда впервые почувствовала в душе что-то теплое, неизведанное доселе… Она сохранила это чувство до конца своих дней… А сегодня, увидев Андрейку в лодке, она хотела позвать его к себе. Но подумала, что он может не узнать ее, испугается «нечистой силы» и с проклятиями убежит от нее, как другие люди…

Поэтому она не вышла из укрытия, когда — он озирался и искал того, кто окликнул его посреди реки. А когда она услышала его ласковые слова — у нее перехватило дыхание и она не смогла ему ответить…

Так и не призналась она Андрейке, кто она такая. Так же, как никому другому — ни видимым существам, ни невидимой силе не призналась она в своих чувствах…