NZ /набор землянина/ (СИ) - Демченко Оксана Б. - Страница 70

— Есть допуск на группу, — весело сообщил Тиль. — Вводная: ждут до пяти обережников и двух людей, готовность десять щелчков.

Ладонь рефлекторно сжалась, проверяя оружие. Хоть бы на миг ощутить спокойный металл, этого цепного пса войны, пока не спущенного со строгой сворки: приказ открыть огонь не отдан.

Материал костюма чуть слышно скрипнул. Увы — ладонь пуста, она сжалась в кулак. В универсуме нет оружия, похожего на земное. А габнор Уэйн здесь снова сопливый новобранец, он всего-то ознакомлен с теорией. Он носит сбрую полного вооружения первый раз. От дополнительного потока информации по контролю периметра и условий среды слегка мутит. Мозг перегружен. Надо сокращать отчёты, подстраивать к способностям человека Земли. А группа уже движется. Хум и Юфф с двух сторон вцепились в предплечья и перенесли через перила. Вся тройка рухнула в безмерность вселенной, рядом молча падает Игль, и его тоже опекают. Тиль один, чуть ниже группы. Группа свободно падает в круг, только что возникший, будто острым лучом вырезанный. На лицо наползла плёнка полной защиты. Значит, крейсер где-то здесь заканчивается и начинается гит — система экстренной стыковки разнотипных кораблей.

Точно, гит: знакомый по эвакуационным тренировкам туннель набран из синеватых колец, вот только он много длиннее, да и скорость выше в разы. Группа так быстро скользит, что сознание пьяно дёргается, не ловит картину целиком. Только что рядом была стена бессчётных ярусов крейсера — и вот она далеко, и уже нет её. Но виден во всей красе крейсер, гигантская виноградная улитка… маленькая улиточка… пылинка среди звёзд. Канал космическим кольчатым червём изгибается, тянется, целит слабо светящееся острие в серую громаду. Уже полмира заслонено каменными скруглёнными боками. Весь мир. Гит-трасса острием вошла в кратер, ответно вскинулось, забилось рыжее пламя энергии, подобное лаве. Принимающая сторона подкормила длинный гит… То есть все штатно?

Тогда почему спине так чертовски холодно? Чутье, отоспавшееся за годы мира и покоя, дыбит каждый волосок на коже. Тут смерть гуляет, — намекает чутье. И хочется оскалить зубы в приветствии. Жизнь под прицелом — она плотней и ярче.

— Прибытие, — спокойно оповестил Тиль. — Сгруппироваться. Три… Два… Касание.

Лапы Юффа и Хума клацнули по поверхности за миг до того, как тройной вес навалился медведем гризли — и придавил людей. Костюмы перестроились быстро, вернули привычные параметры ощущения среды. Уильям кивнул, уверенный, что Юфф и Хум поймут, примут благодарность. Сейчас группа слитна ровно так, чтобы чувство локтя не было просто набором слов.

Вокруг — рыжее пламя, безопасное для людей в защитных костюмах и обережников без таковых. Энергия отдана гиту и пока держит канал предельно натянутым, активным. Рыжее подобие пламени свивает в торнадо ворох теней. Костюм едва справляется с отсечением помех. Глаза слепы. Лишь через спецобзор можно видеть зал. Рядом два десятка — так сообщает целеуказатель — солдат инсектов, замерших внутренним кругом конвоя. Четыре десятка во внешнем круге. Инсекты крупные, без костюмов, при боевой сбруе.

— Здесь зона связи, — проскрежетал невнятный голос от дальней стены, словно намеренно спешил ошарашить прибывших. — Пусть габнор подойдёт. Один.

Уильям запросил костюм и получил увеличенную картинку дрюккеля, стоящего в рост, одетого в тёмную хламиду. Тело перепоясано по талии, пояс без отличительных знаков — значит, носитель, но даже не из высоких.

— Чертовски невежливо, — едва слышно пробормотал Уильям.

— Будучи официальным сопроводителем габнора и гарантом его безопасности, а равно и статуса, — негромко, без выражения выговорил Игль, — я, мобиль империи в ранге сун, оценив оперативную обстановку, строго рекомендую Уильяму оставаться на месте. У вас нет полномочий. Вы не идентифицировали себя. Вы не имеете права отдавать приказы служащему габ-системы.

— Здесь зона связи, — повторил носитель.

— То, чем по своей личной доброй воле намерен поделиться габнор, имеет высочайшую ценность, — монотонно выговорил Игль. — Он не намерен доверять это посреднику. Тем более посреднику без статуса. Мы отбываем.

— Отсчёт начат, десять щелчков до свёртки гита, — сообщил Тиль.

Носитель у стены дёрнулся и присел, после второго щелчка жвал снова дёрнулся. Третий звук удара жвал бросил его на все восемь лап и придал бегу феноменальное ускорение. К седьмому щелчку носитель вернулся.

— Габнор с охраной может проследовать в первый контур структуры. — Сообщил немного дрожащим голосом этот гонец высочайшего Огги.

— Благодарим за содействие и понимание, — сразу ответил Игль.

Оба круга солдат охраны слаженно, общим движением, разомкнули кольца и создали проход. Уильям ощутил, как лапы Юффа и Хума бережно охватывают предплечья. Людей снова несли. И дело даже не в скорости движения обережников. Отданные Иглем знания прямо указывали: ки-дрюки рюкла законников воспринимают самостоятельно движущегося человека, как нарушителя режима безопасности. Глубоко в складках мозга осторожно шевельнулся намёк на чужую мысль. Игль советовал быть начеку. Группа втянулась в кромешно чёрный туннель. Уильям ощутил себя глухим, слепым, ничтожным — и к тому же безнадёжно вязнущим во мраке. Движение не создавало шума, не порождало эхо. Сознание требовало: закрой глаза! Так можно себя отгородить от агрессии мрака. Такой внятной — хоть кричи и пали из всего оружия, какое есть в костюме… Как палил паникёр пулемётчик в давней первой жизни капрала Уэйна.

Уильям заставил себя дышать ровно и упрямо не закрыл глаза. Расслабил пальцы рук. Ладони. Мысленно уставился в центр свода черепа, как однажды учил Игль, ехидно обещая сделать из друга телепата. Тьма сперва молчала и теснила сознание, подобная резиновой массе, неуёмная. Затем стало чуть легче. Наконец, наметились отчётливые изменения, даже спина малость согрелась, чтобы немедленно быть ободранной об айсберг новой жути. Вне черепа, вне костюма, вне всего, что причастно к габнору — там был не мёртвый корабль. Там дышало и трепетало нечто безмерно большое и наделённое разумом, плотью. Оно было нечеловеческим, оно отторгало инородное просто потому, что прежде не встречало в себе подобного. Оно полагало любых гостей — опасной занозой. А этих, нынешних — гнойной, ядовитой иглой, вонзённой в тело и причиняющей острую боль. Тьма не желала пугать — она сама была концентрированным страхом перед неведомым…

— У нас одно пространство, — шёпотом утешил Уильям и тьму, и себя самого. — Оно огромно. Нам хватит места. Мы скоро уйдём.

Тьма дрогнула и отодвинулась. Общаться здешнее сознание не находило возможным и допустимым.

Бесконечный туннель резко оборвался, будто разрубленный ножом сине-стального света. Веки сомкнулись и не успели: глаза вспыхнули болью. Смаргивая слезы и одними губами шепча ругательства в адрес хозяев-нелюдей, Уильям снова переключился на обзор через костюм.

Новый зал оказался больше прежнего. Он вместил три круга стражи высочайшего Огги. У дальней стены опять ждал носитель, на сей раз — при витом верёвочном пояске.

— Здесь прямой компакт-портатор, подарок будет передан адресату, — сообщил высокий носитель. — Габнор, прежде передачи я обязан спросить: каковы ваши мотивы? Если мы верно понимаем, дар редкий. Действительно редкий.

— Уникальный, — прежним голосом робота сказал Игль, жестом запретив другу отвечать самостоятельно. — Корпус наладил контакт с мультипространственным древним известного вам условного имени. Это была работа многих телепатов и эмпатов. Означенный древний всегда решает сам, с кем общаться и когда по итогам беседы взимать плату, а когда — вносить её. Я говорю эти слова, хотя они уже тайна корпуса. Я говорю их, потому что в нынешнем поколении я один из тех телепатов, с кем беседовал древний и кто выжил после беседы. Таких нас сейчас всего пять. Габнор Уильям общался с древним, первый раз я был его… проводником. Вы, безусловно, знаете, что три цикла назад один из высоких носителей рядом уступок и компромиссов добился передачи послания через человека. В недавнем разговоре один на один древний высказал габнору ответ на прошение вашей расы. Он сообщил, что готов к беседе с инсектом. Были указаны вводные. В моем понимании три высочайших и семь высоких соответствуют запросу. Все они ки-дрюки. В моем понимании такое устройство их сознания делает контакт крайне опасным для ментального здоровья. Со всем уважением я вынужден, как проводник габнора Уильяма, отказать ему в его намерении передать подарок без полного моего пояснения. Не мне судить древних и не мне решать, когда и в чем они правы. Но без настройки от проводника подарок я полагаю смертоносным.