Королевский подарок - Линк Гейл - Страница 30

Когда Кэм внезапно уехал в Англию, семья получила только самые общие сведения. Было известно, что король, в награду за преданность Кэмерона Бьюкенена Стюартам предложил ему в жены богатую наследницу. Но неясно было, имел ли место прямой приказ короля, или Кэмерон согласился по доброй воле, и семья не знала, что представляет собой невеста. Неизвестно было и многое другое. Теперь графиня Терн могла пролить свет на многое. Свадьба была в Уайтхолле, в присутствии короля. Невеста – графиня Дерран, Мариза Фицджеральд – унаследовала после смерти братьев графский титул, который королю угодно было присвоить Кэмерону.

Оживление за столом возросло.

– Значит, наш брат Кэмерон теперь – английский граф? – спросил Кеннет.

– Да, – ответил своему перворожденному сыну Энгус.

– Тогда, – произнес Кеннет с широкой улыбкой, – провозглашаю тост за наилучшего из графов Англии, – графа – шотландца! – Он поднял свой серебряный бокал и осушил его. – Дай Бог доброго здоровья и долголетия графу Дерран и его супруге!

– Да будет так! – Энгус тоже поднял и осушил свой кубок, чокнувшись со вторым сыном, Дунканом, который спросил:

– А когда брат приедет и покажет нам свою супругу?

– Пройдет много месяцев, а, может быть, и лет, пока Кэмерон приедет в Шотландию, – сказала Аланна. – У Фицджеральдов несколько поместий в разных концах Англии. Новый владелец должен их все объехать, и восстановить многие постройки, разрушенные при Кромвеле. – Она сложила ладони, глядя на мужа, который час назад согласился на ее просьбу.

– Поэтому Терн и я – мы поедем в Англию.

– Что – что? – вырвалось одновременно у Кеннета и Дункана.

– Вы не ослышались, дети мои, – со смущенной улыбкой подтвердила Аланна.

– Ну, что ж, – сказал ее муж, – мы не так богаты, как эта женщина из Сассенаха, на которой женился Кэмерон, но со свадебными подарками лицом в грязь не ударим.

– Ну, конечно! – подтвердил Кеннет, – покажем этим англичанам, каковы шотландцы! Когда вы едете?

– А Эльсбет? – спросила Мег, жена Кеннета.

– Мы берем ее с собой, – ответила Аланна. – Ребенок принадлежит отцу, и мы доставим ее Кэмерону, чтобы она жила вместе с ним.

Энгус знал, как трудно было Аланне принять это решение. Ребенок, так напоминавший Кэма, оставался единственным звеном, которое связывало теперь Аланну с младшим сыном, – и вот она теряла Эльсбет.

– А если его английская жена не захочет принять ребенка? – спросил Дункан.

– Не знаю… – ответила Аланна. – Думаю, что Кэмерон решит все сам, и это решение будет наилучшим для его дочери.

ГЛАВА 14

Мариза, верхом на Реме, скакала по зеленым дорсетским холмам. День был прекрасный, теплый и солнечный, в синем небе плыли пушистые белые облачка. Сегодня Мариза еще могла покататься верхом вдоволь, а завтра начинался прием гостей в ее честь, который должен был продолжаться целую неделю.

Ее муж принял известие о приеме совершенно спокойно, что удивило Маризу: она думала, что он избегает показываться на людях и не захочет участвовать в празднестве.

За короткое время ее замужества шотландец уже не раз удивлял ее милыми знаками внимания: подарил котенка; заказал себе печатку с изображением лебедя, узнав, что это – девиз Маризы.

Мариза в знак благодарности тайком вышила ему два носовых платка, один из них она передала слуге Кендоллу с наказом положить в карман графа в первый вечер приема гостей. Мариза была рада увидеть старого слугу Кендолла – эта встреча оживила в ее памяти воспоминания об отце и о детских годах.

Мариза проводила время с бабушкой, беседами с которой никак не могла насытиться после разлуки, и за планами окончательного восстановления Фицхол – ла, и не нашла удобного случая расспросить Кэма, что он думает о разбойничьем нападении на них по дороге в Дорсет. Впрочем, здесь они были в безопасности.

Она увидела впереди, невдалеке от тропы, коттедж. Мариза остановила жеребца, не решив еще, зайдет ли она в дом – это было жилище миссис Бак.

Но не успела она принять решения, дверь домика скрипнула, и на пороге появилась женская фигура.

– Добрый день, графиня! – Миссис Бак подошла к воротам и раскрыла их. – Я ждала вас.

Мариза вздрогнула. Женщине могло быть и двадцать, и сорок лет, но это не была согбенная старушка, как думала Мариза, а плотная сильная женщина.

Мариза колебалась. Она могла еще сделать вид, что не слышала обращения, и пустить Рэма в галоп, но с улыбкой кивнув женщине, въехала в ворота.

Коттедж, довольно большой, был окружен невысокой каменной оградой. На лужайке за домом паслись крупная корова с набухшим молоком выменем, овцы с ягнятами и баран.

Мариза спешилась, привязав вожжи к железному столбику, – Так вы меня ждали?

– Да, – кивнула миссис Бак, и, вынув из кармана передника большую морковку, спросила, любуясь Рэмом: – Можно ему дать? – Конечно!

Белоснежный красавец, склонив шею, похрустывал морковкой. Миссис Бак снова обратилась к Маризе:

– Заходите, графиня, хотя, конечно, в моем доме скромная обстановка… Не хотите ли чего-нибудь выпить?

– Да, спасибо, – ответила Мариза, следуя за хозяйкой в комнату. Мебель была простого дерева, воздух в помещении благоухал ароматами каких-то трав и специй, В очаге висел над огнем котелок; миссис Бак помешала похлебку и сказала:

– Вот мой обед, миледи, живу я скромно, хотя некоторые считают, что Старый Ник осыпает меня золотом. Но я не служу дьяволу.

– Если б я так думала, я не – была бы здесь, – возразила Мариза.

– Я лекарка, знаю секреты целебных трав и использую их. Некоторые относятся ко мне с подозрением, другие принимают такой, какая я есть, и таким я по мере сил помогаю своим искусством. Ваша бабушка хорошо относится ко мне. Она мудрая женщина. Выдержала в жизни много жестоких бед, но выстояла. – Миссис Бак посмотрела на Маризу очень светлыми голубыми глазами: – Вы похожи на нее.

– Это комплимент для меня.

Миссис Бак взяла две деревянные чашки, зачерпнула густое, как сливки, молоко из горшка, стоящего в углу, и поставила их на чисто выскобленный дубовый стол.

– Это не вино, к которому вы привыкли, но хороший напиток.

Мариза села на жесткий стул и осушила чашку до дна. Молоко было свежее и холодное.

– А трапезу вы со мной разделите, миледи? – В голосе миссис Бак чувствовалась неуверенность, – очевидно, она редко приглашала гостей к столу. Должно быть, и заходили-то к ней немногие, считая ее сомнительной особой.

«Совсем по-другому у нас в Ирландии, – подумала Мариза, – там лекарки в чести, их уважают и жители деревни, и хозяева замков». Так было во владениях ее двоюродного брата Килрума.

Особенно уважали ясновидящих и предсказательниц. Когда Маризу ребенком привезли в Ирландию, однажды к ней подошла такая женщина. Она взяла ее руку и, закрыв глаза, подержала в своей. Потом она открыла глаза и сказала:

– Ты будешь нежно любимой дочерью, обожаемой женой и любящей матерью, – любовь родится из любви. Тебе предстоят испытания, но ты преодолеешь их и получишь достойную награду.

Впервые за много лет Мариза вспомнила это предсказание и вздрогнула. «Обожаемая жена… Любящая мать»… Какой насмешкой звучат эти слова сейчас!

– Вас что-то беспокоит? – спросила миссис Бак, ставя перед ней миску густой похлебки из кролика. Мариза начала снимать перчатки.

– Нет. Вдруг вспомнилось что-то из детства…

– Судя по выражению вашего лица, воспоминание неприятное?

– Да нет, скорее загадочное.

Миссис Бак не продолжала расспросов; склонив голову, она прочитала молитву.

Похлебка была густая и пряная. Мариза удивлялась, как хорошо и спокойно чувствует она себя в доме незнакомой женщины, почему вдруг испытывает желание довериться ей.

– Вы хотели разузнать обо мне, не правда ли, миледи? – спросила миссис Бак.

Маризе понравилась прямота вопроса, и она ответила откровенно:

– Да. Я владелица всех поместий Фицджеральдов и на мне лежит ответственность за них. Я должна знать, какие в них живут люди. Это мой долг перед королем.