Королевский подарок - Линк Гейл - Страница 25

– Да, в некотором роде. Лорд Перси Хэмптон был некогда одним из любовников моей бабушки. Но отношения между ними окончились двадцать лет назад.

– Перси Хэмптон? – Кэм вспомнил встречу с красавцем – юношей во Франции. Сейчас ему может быть не более сорока пяти лет. – Наверное, это я с его сыном познакомился во Франции, когда король был там в изгнании.

– Нет, – отрицательно качнула головой Мариза, – это он и есть. Отца он потерял еще ребенком.

– Но как же, – пробормотал ошеломленный Кэм, – тогда, значит, ваша бабушка была вдвое старше его, когда они…

Мариза засмеялась:.

– Вот когда вы познакомитесь с моей бабушкой, то поймете, что возраст не имел значения, ею мог увлечься и юноша… – Наверное, она удивительная женщина, наделенная красотой и очарованием сверх обычной меры, – заметил Кэм, и мысленно добавил: «Как и ее внучка».

– Именно так, и даже более того, – подтвердила Мариза.

Барбара Элизабет Тримейн Фицджеральд, вдовствующая графиня Дерран сидела в своей комнате, читая письмо из Ирландии от своей невестки. Письмо изобиловало остроумными замечаниями и тонкими наблюдениями, и старая графиня то и дело улыбалась. Иногда, опустив письмо на колени, она глядела на портрет, висящий на противоположной стене. Под изображением очень красивого человека в расцвете лет, с рыжевато – белокурыми волосами, голубыми глазами и жизнерадостной улыбкой, на раме была вырезана надпись: «Роберт Хью Фицджеральд». Это был муж старой графини, ее дорогой Робин, умерший вскоре после того, как был написан портрет. Графиня надолго пережила мужа. Глаза графини Дерран затуманились, при воспоминании о самых счастливых годах ее жизни. Робин был искусен в любви и сумел разбудить страстную натуру жены. Благодаря мужу она познала глубины наслаждения.

На письменном столе графини – портрет ее внучки, миниатюра в золотой рамке. Взяв его в руки и пристально рассматривая, графиня узнала в лице Маризы свои собственные зеленые глаза и улыбку Хью. Но унаследовала ли внучка страстную натуру бабушки? Барбара думала, что – да, она ведь наблюдала за Маризой в юности. Поэтому ее так волновала судьба внучки в браке. Вышла ли она замуж за человека, который поймет ее и подарит ей наслаждение и счастье, или это окажется не тот, не такой человек? Тогда ее внучка осуждена всю жизнь метаться и искать то, что ей нужно…

Старая женщина ощутила печаль – далеко не всегда женщина находит искомое. Страстная натура требует полноценной любви и наслаждения и не всегда она встретит мужчину, который ее поймет. Она сама обрела со своим дорогим Робином подлинную, страстную любовь, познала в его объятиях счастье. Ее тело и душа раскрылись навстречу ему, как раскрывается цветок навстречу лучам солнца. Она имела связи, но они не затрагивали ее сердца. После смерти Робина она много раз могла бы снова выйти замуж, но предпочла остаться только его женой. И теперь она ждет свою внучку и ее мужа, который унаследовал благодаря браку с Маризой титул ее любимого Робина.

Барбара молила Бога, чтобы этот незнакомец оказался достойным и титула, и Маризы. Если же он окажется иным… Барбара всегда была решительной и отважной, а теперь, достигнув преклонного возраста, не боялась ни людей, ни самого Бога. Она сумеет защитить свою внучку, накажет того, кто посягнет на ее счастье и душевный мир. Она сама свершит справедливый суд, – не обращаясь к людскому правосудию.

Барбара встала из кресла, опираясь на тяжелую резную палку красного дерева. Как мило, что Перси послал ей этот подарок, знак памяти о тех временах, когда еще неопытным юнцом он оказался в ее постели. Ему уже за сорок, он давно женат, но этот знак внимания ей приятен. Значит, он не забыл ее…

Громкий стук в дверь прервал ее мысли.

– Входите, – отозвалась Барбара. Пожилая женщина с улыбкой на длинном худом лице доложила:

– Ваша внучка и ее спутники сейчас прибудут, графиня, они уже видны на дороге к замку.

– Тогда распорядитесь накрыть ужин в большом зале, и я хочу, чтобы зал был ярко освещен. Женщина поклонилась:

– Да, графиня.

– Моя внучка пробудет здесь недолго – поедет посмотреть, как отстраивают ее поместье Фицхолл. Пока она будет у нас, ничто не должно ее расстраивать или беспокоить. Запомните это!

– Да, графиня.

– Пойдемте, Мод, я обопрусь на вашу руку на лестнице. Я хочу встретить их перед домом!

Перед тем, как выйти из комнаты, Барбара еще раз посмотрела на портрет на стене: «Скоро наша разлука кончится, любовь моя, – улыбнулась она мужу, – и я снова буду в твоих объятиях, теперь уж навсегда. Дай только мне увидеть счастливой нашу Маризу».

Мариза скакала впереди маленького конного отряда, и первая въехала в открытые резные чугунные ворота, в узор которых была вплетена буква «Д». Большой дом, полный ее детских воспоминаний, готов был приветливо принять ее.

Мариза любила этот замок и поместье, «отчину» графов Дерран, источник, в котором они черпали свою силу. Но хотя она любила Дерран, сердцем ее владел Фицхолл – имение, которое при рождении подарил ей отец и которое она только что принесла в дар своему мужу.

Мариза пришпорила лошадь и поскакала к дому.

Вдовствующая графиня Дерран стояла в дверном проеме и любовалась внучкой, скачущей впереди кавалькады на белом жеребце. Старая графиня любовалась тем, как Мариза легко спрыгнула с лошади, без помощи грума, и стремительно взбежала по лестнице. Женщины заключили друг друга в объятья. Мариза была не так уж высока ростом, но хрупкая старушка, дюймов на пять ниже внучки, потонула в ее объятьях.

– Благодарю Бога, что вы прибыли благополучно, моя дорогая, – сказала старая графиня. – Я не смогла бы жить, если б потеряла тебя.

– Тогда ты должна благодарить моего мужа, бабушка, – сказала Мариза, – спасением моей жизни я обязана ему. И Брайенна тоже, и моя служанка.

Целуя внучку в нагретую солнцем щеку, Барбара заметила, что эта щека слегка распухла и покраснела. – Что это? – спросила она тревожно.

– Не огорчайся, бабушка, – ответила Мариза, глядя на старую женщину своими ясными зелеными глазами, – человек, который это сделал, мертв.

Барбара вздрогнула и еще крепче обвила рукой талию внучки.

– Теперь, – сказала Мариза, – глядя на Кэма, который спешился и передавал поводья груму, – позволь представить тебе твоего нового внука, моего мужа.

Барбара увидела сначала его красивый профиль, но он повернулся к ней лицом, чтобы подняться к ней и Маризе по лестнице, и ее зеленые глаза потемнели от ужаса. Он снял шляпу и поклонился. Старая женщина не могла оторвать взгляда от лица, в котором соединялись гармония и разрушение, красота и ужас.

«Как мог, – подумала Барбара, подавляя горестный вздох, – как мог Карл Стюарт дать этого человека в мужья моей внучке?..».

ГЛАВА 12

– Ты хотела видеть меня, бабушка? – спросила Мариза, входя в комнату Барбары, где та сидела в кресле у окна.

– Да, – подтвердила Барбара, откладывая книгу со стихами, которую она перелистывала. – Садись рядом со мной.

– Но я хотела отдохнуть до обеда, бабушка, принять ванну.

– Успеешь, – обычным своим властным тоном сказала Барбара, – отдохнешь после еды, и в ванне с душистыми солями посидишь вдоволь. А сейчас поговорим о неотложном.

Она устремила взгляд своих зеленых глаз на внучку:

– Что за человек твой муж?

– Вы знаете его имя, – ответила Мариза, словно не понимая, о чем ее спрашивают. Не притворяйся. Ты знаешь, о чем я хочу узнать. Мариза отвела взгляд.

– Он так молчалив… да и общались мы с ним только за обеденным столом, разговаривали очень мало…

– За обеденным столом? – переспросила бабушка, подняв брови.

– Да, – сказала Мариза. – Мы ведь женаты совсем недавно.

Голос Барбары смягчился:

– Скажи, он добр к тебе?

– Да, он очень добрый, – не раздумывая, ответила Мариза.

– Лицо его ужасно, – сказала Барбара, обнимая за плечи внучку. – Как это случилось? Кто разрушил эту ангельскую красоту? Когда я увидела неповрежденную сторону его лица, у меня дыхание перехватило от восторга…