Первозданный рай - Линдсей Джоанна - Страница 60

Сидя на серфинге, Коринна помахала Леонаке и осторожно направила доску к берегу. Страха больше не было. Постепенно она начала подниматься, стараясь не терять равновесия. Сначала она присела на корточки, потом осторожно стала во весь рост и выпрямилась. Она победила! Она неслась на доске вдоль волн, как это когда-то делали древние островитяне, как теперь это делают Малиа, Леонака и Джейрд. Она овладела серфингом!

Но триумф Коринны был недолгим. На долю секунды она потеряла равновесие и соскользнула в воду. Волна тут же подхватила ее, закружила, потащила к берегу, а от него обратным потоком на глубину, в океан. Напрасно она пыталась выбраться на поверхность. Запутавшись в собственных волосах, она не видела, куда плыть. В тот момент, когда силы покидали ее и она готова была прекратить сопротивление, чьи-то сильные руки подхватили ее и вынесли на воздух. Глаза Коринны щипало от соленой воды, кожа обгорела на солнце и саднила.

— Ты совсем с ума сошла! Что ты вытворяешь? Джейрд! Выбравшись на берег, он понес Коринну прямо домой.

— Джейрд, отпусти меня, — запротестовала она, — я и сама могу идти. Ноги у меня в порядке!

Но он не обратил на ее слова ни малейшего внимания. Навстречу им уже спешили перепуганные Акела и Флоренс. Джейрд на ходу объяснил им, что случилось, и прошел в свою спальню. Он уложил Коринну на свою кровать и внимательно осмотрел. Она сильно обгорела, особенно с левой стороны. Левая щека, рука и нога стали ярко-красными.

Когда Акела принесла протирания, Джейрд сказал, что сам будет лечить жену.

— Эта штука быстро залечит ожог, — сказал он Коринне, начиная осторожно накладывать мазь на кожу.

— Я и сама могу это сделать, — проворчала Коринна.

— Лежи спокойно и позволь мне позаботиться о тебе. Это надо делать очень осторожно, иначе ты долго не сможешь появляться на солнце.

Джейрд легко массировал ноги и руки, протирание впитывалось в кожу, и боль понемногу проходила. Коринну охватило приятное забытье, от которого она, правда, мгновенно очнулась, когда почувствовала, что муж стягивает с нее мокрый саронг.

— Что это ты делаешь?

— Тебе надо снять эти мокрые тряпки, иначе простудишься. Да и выглядишь ты в них не лучшим образом. — Джейрд широко улыбнулся.

— Знаешь, я и сама могу переодеться.

— Я только пытался тебе помочь.

— Думаешь, я не понимаю, что ты пытался сделать? Не прикидывайся простачком.

— А ты в самом деле не хочешь?..

— Послушай, зачем притворяться, будто вчера ничего не произошло? Теперь я знаю, что не нужна тебе.

— Если бы я тебя не хотел, то давно бы отослал в Бостон! Как же ты этого до сих пор не поняла?

— Хотеть и любить — это разные вещи. И я не игрушка. У меня есть чувства, и я не позволю больше меня унижать.

Вскочив с кровати, она бросилась в ванную и заперлась там. Боже, когда же это кончится?

Глава 37

Утро выдалось на редкость замечательным. Спокойная гладь моря сверкала и отливала всеми оттенками голубизны. Благоухали цветы, солнце, теплое и ласковое, еще не начало припекать. Несмотря на это, на Коринне была соломенная шляпа и платье с длинными рукавами. После того, как она обгорела, кожа долго шелушилась, и теперь Коринна соблюдала осторожность.

Она сорвала белый цветок гардении с бархатистыми лепестками и воткнула его в волосы. Последние дни каждое утро в ее спальне появлялся свежий букет гардений. Их приносил Джейрд. Он был нежен и предупредителен, пытаясь вымолить прощение.

— Колина! — позвал ее стоявший между двух пальм Леонака.

Коринна помахала ему, а он начал трясти одну из кокосовых пальм. Когда кокос свалился на дорогу, он поднял его и принес Коринне.

— Это для кийки.

— Боюсь, Михаэлю трудновато будет. У него ведь два зуба.

— А вы попросите тетушку приготовить кокосовый пудинг. Это просто объедение. Ему наверняка понравится.

— Спасибо. — Коринна приняла тяжелый плод из рук Леонаки. — А вы ищете Джейрда?

— Нет, с ним мы поговорили вчера вечером. Я пришел попрощаться. Возвращаюсь в город.

— Ваш отпуск очень быстро закончился. Нам будет вас не хватать.

— Я поручил Джейрду вместо меня закончить ваше обучение серфингом. Вы способная ученица. Обидно, если забудете то, чему я вас научил.

— Но я не знаю, захочет ли он…

— Захочет, захочет. По-моему, он был недоволен, что вы начали кататься со мной, а не с ним.

— Он вам сказал об этом?

— Разумеется, нет. Вы же знаете Джейрда. Но я с детства научился определять его истинные чувства, как бы он ни пытался их скрыть. Он упрямец и не любит признавать свои ошибки. Но могу поклясться — он любит вас.

— Я благодарна вам за эти добрые слова, но… — Коринна печально покачала головой: теперь-то она точно знала, как низко ценил ее Джейрд.

— Поверьте, наступит день, он сам скажет вам об этом, — прервал ее Леонака и бережно поцеловал в щеку, — тогда у вас не останется сомнений. Наберитесь терпения, Коринна. Прощайте и будьте счастливы.

Леонака направился к конюшням, а Коринна медленно пошла к дому. На пороге ее встретил Джейрд.

— Ах, вот ты где!

— Ты меня искал?

— Да. Давай мне кокос, он тяжелый, — и, ваяв орех в руки, внимательно посмотрел на Коринну. — Думаю, ты не прочь немного погулять. Давай устроим пикник. Неподалеку есть прекрасная долина. Там ты еще не была. Увидишь, это самое красивое место на острове.

— И далеко это?

— Да, довольно далеко. Придется ехать на лошадях.

— Это замечательно. Мы с Флоренс с удовольствием поедем.

— Какая Флоренс? Я хотел ехать с тобой вдвоем. Коринна покачала головой. Нет, к поездкам вдвоем она еще не была готова. Слишком мало времени прошло.

Обиды еще не забылись.

— Так одна ты не поедешь?

— Нет, Джейрд.

— Отлично. Тогда приглашай хоть всех домочадцев. Мне все равно, — вздохнул он. — Как только все будут готовы, отправляемся.

Коринна и Джейрд ехали верхом, а остальное семейство — в открытом экипаже. Малиа от прогулки отказалась, нагрубила Коринне и перессорилась со всеми домашними, но не смогла испортить этот маленький семейный праздник. Решено было оставить ее дома.

Долина и в самом деле поражала разнообразием цветущих растений. Здесь росли сандал, и орех кукуй, и огромное обезьяновое дерево, не говоря уже о манго, гуайаве, папайе и хлебном дереве. А какие цветы! Казалось, нет ни одного оттенка, который не был бы представлен в этом буйстве красок, Вскоре они остановились и разбили небольшой лагерь. Джейрд развел костер. Акела выгрузила огромную корзину с едой и стала жарить цыплят. Потом под огромным бананом расстелили скатерть, и все сели завтракать. Тетушка, как всегда, оказалась на высоте. Из корзины были извлечены бисквиты, банановый пирог и бутыль с лимонадом. Коринна не сводила глаз с Михаэля. Ползал он еще плохо, но это не мешало ему находить и тянуть в рот все подряд, от чего и она, и Флоренс приходили в ужас. Когда малыш ухватил дохлого сверчка и потащил в рот, Коринна едва удержалась, чтобы не завизжать. С огромным трудом, преодолевая собственный страх и отвращение, она отобрала насекомое у Михаэля и усадила сына к себе на колени.

Наблюдая эту забавную сцену, Джейрд готов был расхохотаться. Но когда малыш затих на коленях у Коринны, он долго не мог отвести от них взгляда. Казалось, эта женщина и ребенок — единое целое. Михаэль был безразличен Джейрду, и он никогда не пытался рассмотреть малыша повнимательней. Сейчас представился очень удобный случай. Мальчик так много значил для Коринны, что это не могло не казаться странным. Она заботилась о нем даже больше, чем сама Флоренс, а сейчас, когда служанка перешла жить в комнату Нанеки, малыш продолжал оставаться с Коринной. Правда, комната Нанеки была совсем маленькой, и все-таки…

Акела попросила Коринну подойти к костру и помочь ей. Та сразу же поднялась и, не желая больше подвергать ребенка разным опасностям, которые угрожали ему в траве, взяла его с собой.