Коллекция детективов - Макгерр Патрисия - Страница 255

За обедом Корделия едва сдерживалась, наблюдая за Дейвисоном, любезно беседующим с ее родителями, которых он совершенно очаровал, попросив, чтобы их старшая дочь показала фамильные портреты. В галерею прошествовали втроем — Корделия, Дейвисон и семенящий за ними Арчи. Он сразу же подбежал к портрету леди Маргарет и улегся в непринужденной позе под тяжелой рамой. Точно также на портрете возлежал Арчибальд I, и Хонли длительной дрессировкой добился точного повторения позы, чтобы во время экскурсий демонстрировать перед туристами поразительное сходство предка и потомка.

— Какая умная у вас собака, знает, что самое интересное в этом зале.

Дейвисон подошел к портрету и с нескрываемым удовольствием оглядел его.

— Это не самое ценное, — попыталась переключить его внимание Корделия и показала на громадную картину с изображением батальной сцены, вынести которую можно было, только разобрав стену.

— Ну, вы же знаете, — Дейвисон обворожительно улыбнулся и взял Корделию за руку, — я всегда желал обладать женщинами, только женщинами.

— Вы получите и эту, — промурлыкала Корделия, осторожно высвобождая руку и пятясь к стене.

— Когда? — резко спросил Дейвисон.

— Через неделю.

— Почему так долго?! — возмутился Дейвисон.

— Потому что сейчас в замке слишком много людей, и тяжело незаметно пронести картину.

— Это невозможно, — жестко проговорил Дейвисон, — я не могу ждать.

Корделия заметила, что он сильно побледнел. Видимо, действительно боится и не врет, что его могут убить. А было бы неплохо.

— Хорошо, — успокоила его Корделия, — я постараюсь сделать все возможное.

— Поторопитесь, пожалуйста, — он вновь обворожительно улыбнулся, — вы, я вижу, весьма умны и понимаете, что я настроен очень серьезно. Кроме того, всем известно, что ваша сестра чрезвычайно легкомысленна и крайне неосторожна. Кто знает, что с ней может случиться?

На этих словах, оставив застывшую от возмущения и испуга Корделию, Дейвисон удалился, а вечером мрачная Памела сообщила, что он получил неприятные новости из Лондона и был вынужден срочно уехать.

Ночью Корделии пришла в голову мысль обратиться в полицию. Рассказать все как есть, а там пусть разбираются с Дейвисоном сами. Он, конечно, будет отпираться, и выставит ее с Памелой в самом невыгодном свете, но зато удастся сохранить портрет несчастной леди Маргарет и сами они будут в безопасности.

Корделия повернулась на бок и закрыла глаза, но чувство, что она должна что-то предпринять именно сейчас, не давало заснуть. Тревога не проходила, и она поняла, что нужно сделать, чтобы успокоиться.

Тихо выскользнув из комнаты, она поднялась в башню, где в тайнике хранились копии семнадцати самых ценных картин. Верный Арчи, стуча коготками по полу, следовал за ней. Взвалив на плечо портрет, Корделия спустилась по лестнице и двинулась к галерее. Нести картину было очень тяжело, да и атмосфера ночного замка действовала угнетающе. Наконец, она доплелась до места и с облегчением поставила картину на пол.

Пока она снимала портрет и вешала на его место копию, Арчи, возбужденный неожиданной ночной прогулкой, принялся бешено носиться по залу. Корделия шикнула на него, и песик вроде бы успокоился, но вдруг вскочил и замер в охотничьей стойке. Корделия услышала слабый шум за окном. Она схватила картину и юркнула в темную нишу, спрятавшись за огромную напольную вазу. Арчи остался в зале. На подоконнике показалась чья-то темная фигура, и Корделия узнала Дейвисона. Он спрыгнул с подоконника, увидел Арчи и остолбенел.

Возможно, ему пришла в голову мысль о привидении доблестной собаки леди Маргарет. Но Арчи развеял его страх, резво подбежав к портрету и улегшись, позируя перед неожиданно появившимся зрителем.

Дейвисон осторожно, стараясь не задеть собаку, проскользнул к картине и легко снял ее. Потом он подошел к окну и бесшумно спрыгнул в парк. Арчи, наклонив голову набок, с живым интересом наблюдал за всеми действиями грабителя.

— Ну, Арчибальд! — возмущенно прошипела Корделия, вылезая из своего укрытия и вешая картину на место, — тоже мне, достойный потомок!

Собака слушала ее, жалобно глядя большими влажными глазами.

Корделии стало стыдно. В конце концов, это не сторожевая, а охотничья собака, и потом, все сложилось прекрасно. Дейвисон похитил копию, подлинник на месте и второй раз он не решится пойти на грабеж. Корделия виновато погладила Арчи по голове. И тут он радостно и звонко залаял.

«Опомнился, — подумала Корделия, снова прячась в нишу — теперь он перебудит весь дом». И действительно, захлопали двери, послышались встревоженные голоса, и в зал вбежал Холни с охотничьим ружьем в руках. Увидев лающего Арчи, он зашатался и рухнул на пол.

Корделия схватила щенка под мышку и пулей вылетела из зала. Закрывая дверь в свою комнату, она услышала, как Памела вопит: «Все сюда! Холни увидел привидение!».

Из этого можно было сделать вывод, что Холни пришел в себя и можно, наконец, немного расслабиться.

Прошло два дня. Корделия сидела в библиотеке, пытаясь привести в порядок картотеку, когда одновременно появились Хонли и Памела. Последняя, пребывая в сквернейшем расположении духа из-за отсутствия Дейвисона, попыталась сорвать свое настроение на дворецком.

— Ну что, Хонли, твое привидение напрасно подняло тревогу. Никакого необыкновенного события не произошло.

Уязвленный Хонли, которому перевязанная голова придавала некоторую неофициальность, молча протянул Корделии газету.

— Я не хотел вас тревожить, леди. Но раз вы настаиваете, смею заметить, нечто необыкновенное все же произошло.

Корделия развернула газету.

— Джеймс Дейвисон найден застреленным в своей машине на окраине Лондона, — прочитала она и в ужасе посмотрела на Памелу.

Но та вместо того, чтобы разразиться рыданиями, молча взяла из рук сестры газету, разорвала и выбросила обрывки в камин.

— Пожалуй, я с осени возобновлю учебу.

— Истинная леди, — вздохнул Холни и злорадно добавил: — Вот и еще одно необыкновенное событие.

Корделии требовалось уединение, чтобы осмыслить бурные события последних дней, и она, следуя традиции всех прежних обитательниц замка, поднялась для этого в башню, в тайник, где хранились копии. Итак, история с Дейвисоном, к счастью, завершилась. Вероятно, его опасные друзья решили, что он хотел их надуть и всучить копию вместо оригинала. Поэтому и убили. Памела, может быть, образумится. Портрет на месте. Все прекрасно. Она обвела взглядом небольшое помещение и машинально сосчитала картины. Их оказалось пятнадцать! Корделия точно знала, что копий должно быть семнадцать. Она также могла предположить, что никому в голову не приходилось их пересчитывать. Не хватало копии работы Николаса Хиллиарда, живописца, чрезвычайно популярного во времена леди Маргарет. Итак, все встало на свои места. Никто и не думал похищать эту женщину, «зараза» Бидвелл, как и Дейвисон, хотел поправить свои дела с помощью откровенного грабежа и возжелал не женщину, а дорогую картину, которую подменила эта мудрая леди.

Когда Корделия спускалась по лестнице, то услышала звучный голос Холни, исполнявшего балладу перед немецкими туристами. Он как всегда импровизировал:

— История эта правдива, друзья! Э-хой, э-хой! Но может опять повториться она!

О, нет. С нас хватит, подумала Корделия и позвала Арчи, позировавшего перед картиной.

Миньон Эберхарт

ЗАГАДКА КРАСНОГО КОЛЬЦА

«Не хочется уезжать, — подумала Сьюзен Даре, сидя в библиотеке, — но когда в семье хозяйки начинает ссора, оставаться нельзя».

За эту неделю она здорово отдохнула. Но вот вернулся Рэнди Фрейм, младший брат Кристабель, вслед за которым приехал Джо Бромфел с женой Мичелой, и покой был нарушен. Хуже всех Кристабель относилась, конечно, к Мичеле, которая несколько лет назад увела у нее Бромфела. Причем увела практически из-под венца. Сейчас же эта глупая девчонка строила глазки брату Кристабель.