Пылкая страсть - Ли Эйна - Страница 53

Разумеется, Том не был бы здесь, знай он, где сейчас Стивен. Должно быть, он пришел в надежде что-нибудь от нее узнать. По крайней мере хоть кто-то ей доверяет!

Ее увлекли в главную гостиную.

— Просим, Патриция! Мы не слышали твоего пения много недель! — крикнул один из посетителей.

Остальные подхватили его просьбу, и Патриция села за клавесин.

Она окинула взглядом комнату и обнаружила Тома у стойки бара. К сожалению, Рирдон стоял в нескольких шагах от него. После подслушанного ею разговора Чарлза с Милтоном не было сомнений, что Стивен был прав: ее деловой партнер явно работал на британские власти. Он умышленно ее использовал, чтобы организовать какое-то убийство. Патриция сама не знала, как ей удалось закончить песню. Мужчины аплодировали и требовали, чтобы она спела еще. Чтобы оттянуть время, она пошла им навстречу и спела другую песню. Потом Патриция решительно подошла к бару.

— Послушайте, джентльмены. Поскольку я долго отсутствовала, мне хочется угостить всех вас выпивкой. Заказывайте, что пожелаете. А я готова поспорить, что помню вкусы любого из присутствующих.

Предложение было встречено шумным одобрением, и мужчины столпились у стойки. Сначала Патриция остановила свой выбор на молодом офицере.

— Дайте вспомнить, капитан Бриджес. Ваш любимый напиток — шотландское виски. Я права?

Он кивнул, и она быстро налила ему стакан.

Патриция подошла к следующему посетителю и пристально посмотрела на него.

— Лейтенант Карлсон, вы любите портвейн.

Она до краев наполнила стакан вином и передала ему с очаровательной улыбкой.

Чарлз Рирдон внимательно за ней наблюдал, не понимая ее намерений. Патриция никогда прежде его не игнорировала. Она знала, что он ждет ее для серьезного разговора, и тем не менее попусту тратила время.

Патриция продолжала свою игру у бара. Мужчины уже делали ставки — сможет ли она определить любимый напиток каждого. Подойдя к Томасу Сазерленду, она задумалась.

— Дайте вспомнить. — Внимательно глядя на него, она постукивала себя пальцем по щеке. — Кажется, вам нравится особый сорт бренди. — Она вдруг широко раскрыла глаза и воодушевленно добавила: — Ну да, конечно. Коньяк! Французский коньяк! — торжествующе заявила она.

Томас задумался. Патриция прекрасно знала, что он терпеть не мог коньяка, и они часто шутили по этому поводу. Коньяк был любимым напитком Стивена. «Боже! Она пытается сообщить мне что-то о Стивене!»

— Вы не представляете, как трудно доставать коньяк в наши дни, Уильям. Французы больше не поставляют его нам.

При чем здесь Уильям? Где Стивен и что ему делать с кораблем? Может быть, она хочет сообщить ему что-то о «Либерти»?

— Продолжай, Патриция. Ты должна сказать мне больше.

Вот если бы Бэб была здесь. Женщины понимают друг друга без слов!

Внезапно его лицо расплылось в широкой улыбке. Он начал догадываться: Патриция пытается предупредить его относительно судна «Уильям», которое находилось сейчас в порту!

Томас улыбнулся Патриции в знак подтверждения, что все понял. Он понюхал напиток и поднял стакан, приветствуя ее.

— Я выпью это до капли, Патриция. — Он сделал несколько глотков драгоценного бренди.

— Боюсь, если вы будете пить так медленно, сэр, нам придется ждать до полуночи, — насмешливо сказала она.

Прошло еще полчаса, прежде чем она закончила угощать посетителей. К этому времени Рирдон уже явно потерял терпение и, схватив Патрицию за руку, повел в свой кабинет.

Сазерленд сразу же ушел. Сообщение Патриции было довольно туманным, но он понял главное: Стивен захвачен, он на корабле «Уильям» и что-то должно произойти в полночь. Он поднес свои карманные часы к свету и увидел, что уже половина одиннадцатого. Что же делать? В его распоряжении всего полтора часа.

Глава 33

В кабинете Рирдона Патриция выдернула у него свою руку, разозлившись не на шутку.

— В чем дело, Чарлз? — сердито сказала она. — Ты знаешь, что я не выношу грубого обращения, а мне два месяца приходилось его терпеть!

Чарлз был раздражен до крайности.

— Патриция, уже довольно поздно, а мне надо обсудить с тобой кое-что очень важное.

— Мне тоже надо выяснить у тебя кое-что, — резко ответила она. — Кажется, твой друг полковник ждет меня не дождется.

— Милтон не дурак, ангел. Не пытайся ему лгать, не то у тебя будут крупные неприятности.

— Все, что я ему рассказала, — правда, Чарлз. Я не представляю, где можно найти Стивена Керкленда и его чертов корабль! Он напрасно теряет время, если думает, что мне это известно.

Чарлз пристально на нее посмотрел.

— Ты передала Эмилю Текери мой пакет?

— Почему ты спрашиваешь? Разве твоего брата не повесили, несмотря ни на что? — спросила она саркастически.

Ее глаза осуждающе сверкнули. — Как ты мог так со мной поступить, Чарлз?

— Я был вне себя от отчаяния и теперь глубоко сожалею. Я не имел права втягивать тебя в эту историю, — признался Рирдон.

— Это верно, не имел, — резко сказала она. — Мои симпатии не принадлежат ни одной из сторон в борьбе между англичанами и американскими колонистами.

— Это был неудачный ход с моей стороны, ангел, и я все тебе объясню, когда мы вернемся из штаба. Думаю, нам лучше отправиться туда прямо сейчас. Милтон весьма нетерпелив.

В экипаже никто не проронил ни слова. Патриция молила Бога, чтобы Томас правильно ее понял. Но даже если так, хватит ли у него времени, чтобы что-то предпринять?

Полковник Милтон приветствовал ее со сдержанной учтивостью, указав на стул. Чарлз отказался присесть и продолжал стоять за спиной Патриции. Оба взволнованно ждали, пока Милтон усядется за свой большой письменный стол и начнет допрос.

— Итак, мадам Фэрчайлд, может быть, мы снова поговорим о капитане Керкленде? — начал Милтон.

— Полковник, я уже рассказала вам все, что о нем знаю, — раздраженно сказала Патриция.

— Вы провели с ним два месяца, мадам. Вы, должно быть, хорошо познакомились с его товарищами?

— Да, я неплохо знаю некоторых из его команды, — согласилась она.

Глаза Милтона сузились.

— Я имею в виду его связи на суше, мадам. Может быть, вы вспомните некоторые даты и места?

— За исключением короткого пребывания в доме его семьи в Виргинии, я все свое время провела в тесной каюте. Я была его пленницей, полковник.

Вместо доверительной улыбки на лице Милтона появилась кривая, пошлая усмешка.

— Уверен, что вы были не одиноки в своем заключении, мадам. Вы прелестная женщина, и я не могу поверить, чтобы капитан Керкленд не увлекся вами.

— Увлекся мною капитан или нет, это к делу не относится, полковник. Разумеется, я не поощряла его попытки войти ко мне в доверие. — Поведение Милтона становилось оскорбительным, и Патриция едва сдерживалась.

— Тем не менее за это время у вас была возможность с ним сойтись.

Патриция вызывающе посмотрела на Милтона, забыв о приличиях.

— Я понимаю, на что вы намекаете, полковник. Вероятно, вы полагаете, что капитан Керкленд разговаривал во сне? — Она бросила через плечо насмешливый взгляд на Рирдона. — Чарлз, ты не сказал, что от меня здесь ждут таких сведений!

Полковник наклонился над столом и решил быть поделикатнее.

— Мужчина более склонен откровенничать с женщиной, с которой он близок.

— Вы судите по личному опыту, полковник?

Он откинулся на спинку стула с непроницаемым лицом:

— Вы удивительно легко относитесь к нашему разговору, мадам Фэрчайлд. Слишком легко. По-видимому, вы не понимаете, что ваше положение весьма ненадежно.

Рирдон выступил вперед и стукнул тяжелым кулаком по столу.

— Я не потерплю угроз в ее адрес, Милтон!

— Я знаю, что благодаря вашим связям в правительстве вы пользуетесь большим влиянием, Рирдон, но вы должны понять, что я нахожусь при исполнении своих обязанностей.

— Полковник Милтон, я не отвечаю за действия капитана Керкленда, — сказала Патриция. — Повторяю, я была его пленницей и при первом удобном случае бежала. Не понимаю, почему вы считаете меня его сообщницей и высказываете какие-то подозрения? Ваши намеки унизительны.