Любовные хроники: Люк Маккензи - Ли Эйна - Страница 31

Шериф по-прежнему не отзывался, и тогда, набрав в грудь побольше воздуха, девушка смело нырнула.

Вдруг она ощутила на своей талии сильные руки Люка. Хани прильнула к нему всем телом, и они всплыли на поверхность.

У Хани голова пошла кругом от его близости и силы. Глаза их встретились…

— Это — безумие, Маккензи, — едва слышно прошептала девушка.

Ответом ей был страстный огонь его бездонных сапфировых глаз. Без единого слова он подхватил ее на руки и понес на берег.

Джош и Амиго ждали их. Мальчик даже умудрился помыть свою собаку.

— Да вы же совсем мокрые, — заметил ребенок.

— Это твой папочка виноват, — стуча зубами, пробормотала девушка.

— Тебе бы лучше вытереться, — сказал Люк. — Джош, пойдем-ка соберем хвороста для костра.

Отец и сын побрели в лес, и Амиго было увязался за ними, но шериф попросил:

— Сынок, скажи своему питомцу, чтобы он остался с Хани.

— Амиго, оставайся с Хани! — строго произнес мальчик.

Пес посмотрел на девушку, а потом снова перевел взгляд на своего маленького хозяина. Непонятно было, то ли он не понял команды, то ли не желает ее выполнять. Джош еще раз повторил приказ и похлопал по земле возле девушки. Шумно вздохнув, Амиго послушно улегся рядом с Хани, не сводя глаз с мальчугана, и тоскливо провожал взглядом Джоша и Люка, пока они не скрылись за деревьями. Затем он опустил голову на лапы и задремал.

Дрожа от холода, Хани подняла подол платья и сбросила нижнюю юбку. Выжав ее хорошенько, она принялась яростно вытирать юбкой волосы. Хоть это и не принесло желаемого результата, девушка немного согрелась. Хани не решилась снять мокрое платье и предпочла завернуться во влажную юбку. Как ни странно, своеобразная «шаль» помогла: во всяком случае, дрожать Хани перестала.

Прислонившись к дереву, девушка закрыла глаза, с блаженством вспоминая недавние прикосновения Маккензи.

Вдруг Амиго сердито зарычал и, подняв голову, стал внимательно приглядываться к чему-то невидимому.

— В чем дело? — встревожилась девушка и тут же испуганно вздрогнула: из-за деревьев показался всадник.

Это был высокий худощавый человек с продолговатым лицом, поросшим густой щетиной. При виде девушки его тонкие губы скривились в насмешливой улыбке, а мохнатые брови насупились, сойдясь на переносице в одну линию.

— Ого! Как поживаешь, крошка? — Он нагло пожирал глазами ее грудь. — Похоже, ты недавно выкупалась.

Девушка плотнее закуталась в мокрую юбку.

— Да, я купалась, — промолвила она.

Незнакомец сразу не понравился ей, напомнив Джейка Симмонса. Казалось, само зло витает вокруг него.

Амиго опустил голову, но не сводил глаз с незнакомца. Когда всадник спешился, пес угрожающе зарычал.

— Ты не могла бы приказать своей собаке заткнуться, милашка? Не люблю я, когда эти твари рычат.

— А он не любит подозрительных личностей, мистер, — сказала девушка. Мужчина засмеялся.

— Похоже, ты соскучилась тут одна, крошка.

— Вы ошибаетесь, мистер.

— Да ну! Что я вижу? Девчонку с хорошенькой мордашкой! Да еще одну, и в дремучем лесу! Думаю, нам стоит познакомиться поближе. — Он шагнул к Хани.

Амиго поднялся, заливаясь лаем.

— Скажи псу, чтоб, заткнулся, иначе мне придется прикончить его, — угрожающе произнес негодяй. Можно было не сомневаться, что это не простая угроза.

— Молчи, Амиго! — приказала девушка, опасаясь за собаку.

Пес перестал лаять, но не сводил взгляда с пришельца.

— Я бы сказала, что вы нравитесь ему еще меньше, чем он — вам, — беспечным тоном заметила девушка. — Будь я на вашем месте, я бы призадумалась.

Незнакомец усмехнулся и положил руку на кобуру, болтавшуюся у него на бедре.

— Я очень испугался, леди.

— Что ж, тогда я должна вам сказать кое-что еще об этой собаке, — продолжала Хани. — Тот пес — любимец сына шерифа. Так что если вы причините ему вред, я не думаю, что шериф останется доволен.

— Думаю, ты сочиняешь, милашка. Тут, к облегчению девушки, за деревьями раздался смех Джоша.

— Похоже, они возвращаются, — насмешливо улыбнувшись, заметила она. — Почему бы вам не дождаться шерифа и не перекинуться с ним парой слов?

Услышав приближающиеся голоса Джоша и Люка, незнакомец поспешно вскочил на коня.

— Может, нам еще доведется встретиться, леди, — процедил он сквозь зубы и поскакал прочь в то самое мгновение, когда отец и сын Маккензи вышли из леса.

— Кто это был? — спросил Люк.

— Просто какой-то незнакомец проезжал мимо, — пожала плечами девушка.

— Но ты бледна, как призрак. Что он сказал тебе?

— Ничего особенного. Знаешь, я так замерзла. Не стоит разводить костер, я, пожалуй, пойду домой. — И, подобрав мокрые чулки и туфли, девушка поспешила прочь.

Глава 15

Хани провела еще одну бессонную ночь, в подробностях вспоминая день, проведенный в обществе Люка Маккензи. Они даже ни разу не поссорились.

Утром она показала Джошу вторую половину алфавита. И снова мальчик без труда запомнил буквы.

За занятиями время летело быстро, и вот уже к ним пришла Синтия, чтобы позвать девушку и мальчика на очередную утреннюю прогулку.

Прохаживаясь по улицам Стоктона, женщины остановились взглянуть на витрину «Дамской лавки», в которой были выставлены последние модели с востока.

— Ой, какой замечательный веер! — восторженно воскликнула Синтия.

Хани глаз не могла оторвать от черного кружевного пеньюара, но, услышав замечание подруги, все же посмотрела на веер, расшитый настоящим жемчугом.

— Да, хорошенький, — рассеянно заметила она. — Но такой дорогой! — Девушка снова перевела взор на роскошный пеньюар.

Сшитый из прекрасного шелка, пеньюар, похоже, был сделан скорее для того, чтобы оставлять открытыми взгляду прелести его обладательницы. Хани представила себе, что она лежит в этом пеньюаре, к ней подходит Люк, не отводя восхищенных глаз, и она оказывается в его объятиях. Щеки ее запылали горячим румянцем, она, казалось, всей кожей ощущала сильные, горячие руки Маккензи, его ласки сквозь тончайшую ткань…

— Ты бы хотела иметь такой? — вздохнув, спросила Синтия.

— Что?.. Да, конечно, — ответила девушка, не сообразив, что жена доктора говорит о веере.

Погрузившись в свои мечты, Хани и не заметила, что за ними внимательно наблюдает Люк, стоящий всего в нескольких футах от них. Глядя на ее точеный профиль, шериф спрашивал себя, что за мысли витают в голове этой прекрасной женщины. Уж, наверное, совсем не такие, что сводили его с ума последнее время. Взгляд Маккензи упал на соблазнительный пеньюар, и демоны страсти принялись разрывать его тело, а услужливое воображение тут же нарисовало картину: Хани в одном этом полупрозрачном одеянии обнимает его, а на ее золотых волосах, рассыпавшихся по круглым плечам, отражается тусклый свет свечи. Ему до боли хочется впиться пальцами в эту недосягаемую, желанную плоть, прильнуть губами к острым соскам, просвечивающим сквозь паутинку пеньюара…

Тут шериф почувствовал, что до его ног дотронулось что-то теплое. Опустив глаза, он увидел Амиго.

— Чертов пес! — раздраженно пробормотал Люк. Отодвинув собаку ногой, шериф подошел к женщинам.

— Прогуливаетесь, милые дамы?

— Доброе утро, шериф, — приветливо проговорила Синтия. — Мы с Хани восторгаемся этим веером. Вот только, боюсь, ни у нее, ни у меня нет ничего подходящего к такой роскошной вещице.

Люк перевел взгляд на Хани. «У тебя-то есть», — мелькнуло у него в голове, когда шериф представил, как нагая девушка, прикрыв лицо, смотрит на него поверх веера своими голубыми глазами.

И вдруг их глаза встретились. «Но вы же вовсе не веером восхищаетесь, не так ли, мисс Бер?» — подумал Маккензи. Заметив, как зарделась Хани, Люк догадался, что она прочла его мысли.

Черт! В ней было столько истинно женского, что это не сулило ничего доброго ни ему, ни ей самой!

— Привет, Джош! — поздоровался наконец с сыном шериф. — Хочешь пойти со мной в конюшню? Мне надо оседлать Аламо.