Пророчество - Хольбайн Вольфганг - Страница 81

Птах, совершенно пораженный увиденным, шагнул к пульту, разглядывая его и покачивая головой.

- Впечатляюще,- промолвил он, и не успел Атон что-либо ответить, отец его с гордостью поспешил заявить:

- Это и есть наша магия. Вот увидите - в некотором роде она столь же могущественна, как и ваша.

- Надеюсь на это,- пробормотал Птах.

- Сколько времени у нас осталось до восхода солнца? - осведомился Атон.

Отец задумался на секунду.

- Час, если не меньше,- промолвил он.- Но это ничего не меняет. Либо за этот час у нас все получится, либо нет.- Он нетерпеливо оглянулся.- Где же, черт возьми, застряли эти механики?

И тут, будто по волшебству дверь распахнулась, и целая толпа заспанных техников ввалилась в зал. Отец не дал им ни секунды на расспросы, а тотчас же принялся хладнокровно отдавать приказы, которым они поспешили беспрекословно подчиниться. Крайне проворно они заняли свои места возле всевозможных пультов и агрегатов.

В несколько минут помещение наполнилось пульсирующей и мерцающей жизнью - то, что отец Атона назвал своего рода магией, теперь пробуждалось от своего долгого сна. Атон ощутил, как глубоко-глубоко, где-то под его ногами заработали мощные механизмы. Он даже не слышал как следует шума их двигателей, но всем телом ощущал их пробуждение. Он вдруг понял своего отца. Слова его были куда большим, нежели обыкновенной тщеславной гордостью. Это на самом деле было магией, которой он поклонялся.

Через несколько секунд отец жестом подозвал Атона к себе, показывая на приборную панель.

- Вот видишь три красных переключателя?

Атон кивнул. Не заметить три ярко-красные кнопки, каждая из которых была величиной с блюдце, было просто невозможно.

- Когда я дам команду, нажмешь на них,- сказал он.

- И это все? - удивился Атон.

Отец кивнул:

- Все остальное обеспечим мы сами. Тебе нужно будет только нажать на кнопки.

- Обождите-ка! - вмешался один из механиков.- Но это же аварийный сток воды. Почему...

- Я без вас знаю, что это такое,- резко перебил его отец.- Делайте, что я вам сказал!

- И не подумаю! - заупрямился рабочий.- Это может стоить мне моего места здесь. Я прежде всего должен узнать, в чем дело.- И тут же из толпы остальных сотрудников послышался согласный гул; Атон ощущал недоуменное негодование людей.

Лицо отца помрачнело. Он глубоко вздохнул, собираясь выдать достаточно резкий ответ, однако дело до этого не дошло. Птах, поспешно шагнув вперед, положил руку на плечо рабочему, не желавшему выполнять распоряжение, и внимательно посмотрел ему в глаза. Секунду, не более, тот выдерживал его взгляд, и вслед за этим лицо его приобрело смущенное выражение. Не произнося более ни слова, он развернулся и вновь принялся за работу.

- Все в порядке,- произнес Птах.- Выполняйте, что вам приказали.

Один за другим люди принялись за работу, и легкая улыбка заиграла на лице Птаха.

- Вот видите? - промолвил он,- Это - моя разновидность магии.

Отец Атона, не отвечая, вновь подошел к пульту и принялся щелкать переключателями и нажимать на кнопки. Пульс машины глубоко под ними начал изменять свою частоту - сначала постепенно, а затем - все ощутимее, и на стенах замигало все больше лампочек.

Атон утратил чувство времени. Он прекрасно знал, что полчаса могут продлиться целую вечность, когда только и ждешь того, чтобы они прошли. И действительно, прошла, кажется, тысяча веков, прежде чем отец его, бросив последний взгляд на пульт, со вздохом отступил назад.

- Давление поднялось,- объявил он, делая приглашающий жест.- Теперь все в твоих руках.

Атон протянул руку к пульту, но замер, не доведя движения до конца. Внезапный испуг парализовал его, испуг, какого он не испытывал до сих пор ни разу в жизни. А что, если ничего не получится? Что, если он ошибся, и теперь уже ничто не сможет остановить древние божества? Сомнения его были настолько сильны, что он едва не отшатнулся от пульта, уже почти готовый скорее допустить ужасную катастрофу, чем потерпеть новое поражение. Но затем он все же овладел собой и решительно нажал на три красные кнопки.

В первый момент не произошло абсолютно ничего. Но затем механическое сердцебиение плотины изменило свой ритм, перерастая постепенно в бушующий рев. Через мгновение пол под ногами задрожал - мощные турбины, заработав, погнали миллионы литров воды через пустыню, под которой погребенные воины Эхнатона ожидали своего воскрешения.

Наступил новый день. Их вертолет приземлился неподалеку от того места, где совершил посадку в первый раз, чтобы забрать Атона. В маленькой кабинке с большим трудом поместились все пассажиры, так как кроме Атона и его отца сюда втиснулись еще Птах и мама Атона - на этом настоял отец, чтобы по крайней мере ее доставить в безопасное место в случае, если их план не удастся.

Но Атон твердо знал, что беспокойство его было чрезмерным. Все прошло именно так, как они и планировали. В свое время и Птах и Саша говорили ему, что простой смертный человек не может сопротивляться судьбе, и, возможно, в этом они были правы. Но существовала еще некая истина, куда более важная, скрывавшаяся как раз в их утверждении: быть может, нельзя изменить судьбу, но каким-то образом повлиять на нее возможно. Ведь всегда во власти человека было реальным выбрать лучший путь того или иного события.

Вертолет приземлился, и отец выключил двигатели. На сей раз лопасти машины не подняли облака пыли, и хотя Атон заранее знал, какая картина предстанет его взгляду, он все же содрогнулся, выглянув из-за плексигласового покрытия кабины.

То, что еще этой ночью было огромным морем сухого песка, превратилось теперь в коричневую жижу, поверхность которой простиралась до самого горизонта. Вода, накачанная сюда усилиями турбин, пролившаяся из шлюзов на поверхность пустыни, размыла ее окончательно, превратив в сплошные воронки и разломы. Запах сырости и болота распространялся далеко вокруг.

Атон медленно выбрался из кабины. Вертолет глубоко увяз колесами в жидком месиве, да и Атон тут же по щиколотку погрузился в густую глину. Краем глаза он заметил, что отец тоже было собирался последовать за ним, но Птах тотчас же остановил его.

Светало очень быстро, и стоило лишь солнцу выплыть над горизонтом подобно огненному шару, на поверхности русла показались темные силуэты.

И хотя Атон прекрасно знал, что это было такое, но верил с трудом. Многие из появившихся на дне фигур были значительно повреждены потоком воды, иные - вообще разодраны на мелкие кусочки, и ни в одном из них не угадывалось хотя бы некое подобие человеческого облика. Но все же это были именно они - воины Эхнатона, поднявшиеся из могил. Все, без исключения, они присутствовали здесь. Не нужно было пересчитывать их число, чтобы убедиться в том, что было их здесь ровно сто тридцать. Гвардия Эхнатона, в полном составе погибшая на этом самом месте три тысячи триста лет тому назад от рук убийц и ожидавшая с тех самых пор дня возрождения из мертвых.

И день этот настал. Ночь сдала свои позиции, и хотя звезды уже не были видны на небе, теперь они занимали нужное положение. Зловещая сила, пробужденная к действию Осирисом и Гором с помощью Удъят-глаза, начала свою работу. Все происходило точно так, как и предсказывал Птах: ничто теперь не могло их остановить. Они пробуждались к жизни. Именно сейчас.

Поначалу это было едва заметно. Атон даже не был уверен - на самом ли деле он заметил это движение, или же оно ему померещилось лишь потому, что он его ожидал: мимолетное шевеление здесь, с трудом поднимающаяся рука чуть поодаль, еще дальше - принужденный поворот головы человека, лицо которого впервые после трех тысячелетий, проведенных под землею, вновь увидело солнечный свет. Атон буквально ощущал на себе мрачную силу, владевшую войском мертвецов,- будто незримая пелена тьмы окутала его, тенью ложась на скопище воинов.

Но поток воды навредил им достаточно сильно. Иные не могли даже подняться на ноги, у других отсутствовали конечности или головы - но все же вокруг Атона постепенно поднималось из земли целое войско мумифицированных воинов, лица которых пустыми глазницами обращены были на восток - в направлении, откуда чувствовалась близость людей, могущих оказаться первыми их жертвами.