Неподходящий муж - Ли Ребекка Хэган - Страница 51

– Может, и так, – согласился крестный. – Но результатом их соединения стал ты, и если они больше ничего хорошего в своей жизни не сделали, они все же произвели на свет необыкновенное человеческое существо, которое любило их, даже несмотря на то что они ничем этого не заслуживали.

– Ну и что в этом было хорошего? – горько спросил Джарред. – Они-то сами никого и ничего не любили.

– Онория любила, – сказал Роберт. – Она любила кое-кого, и очень сильно.

– Так почему она не вышла замуж за эту исключительную персону?

– Потому что на ней был женат я.

– Вы говорите о ее родной сестре? – Джарред содрогнулся. Он знал, что его мать имела едва не столько же любовниц, сколько любовников, и то же самое можно было сказать и о его отце. Они не принимали в расчет пол, главное, чтобы мужчина или женщина, или оба сразу, умели доставить удовольствие в постели. Но такое… О Господи! И без того тяжко знать, что причиной их смерти стала бешеная ревность, но чтобы кровосмешение…

Он набрал в грудь побольше воздуха.

– Она была влюблена в собственную сестру?

– Не так, – сказал лорд Мейхью. – Она любила Серену именно как сестру. Кажется, Онория только ее и любила. Серена тоже ее любила, но твоего отца она любила больше.

– А вас?

Лорд Мейхью покачал головой.

– К тому времени, когда я встретил ее и женился, Серена уже была влюблена в мужа своей сестры.

У Джарреда даже голова закружилась.

– Я и не догадывался…

– Я, к сожалению, сначала тоже не догадывался. Серена была старше Онории на год и должна была выйти замуж первой. – Он вздохнул. – Она была страстно влюблена в твоего отца, и все ждали, что он сделает ей предложение. Но Уэсли почувствовал родственную душу в Онории и предложил руку ей.

– А он знал, что его любит Серена?

– Да, но Серена была слишком чувствительна, легковозбудима, а твоего отца это утомляло. Ее любовь нисколько его не трогала. Но зато Онории было не все равно. Она вышла замуж за Уэсли, прекрасно понимая, что Серена сохнет по нему. И пообещала сестре, что как только забеременеет, то уступит ей мужа. Но тут подвернулся я и, ничего об этом не зная, сделал предложение Серене. Ее отец дал согласие, мы обвенчались. О ее любви к твоему отцу я узнал много позже, когда уже ничего нельзя было изменить. Ты в это время был еще школьником.

– Что он сделал? – спросил Джарред, предчувствуя, что именно его отец стал причиной трагедии.

Лорд Мейхью глубоко вздохнул.

– У них была связь. Наверное, мне следовало радоваться, что Серена и Уэсли умудрились отсрочить неизбежное на столь продолжительное время, но… – Он помедлил. – Она не переставала любить его. Я ничего не знал. Но, в конце концов, ее любовь потребовала действий. Он в то время, должно быть, временно был без любовницы или сжалился над Сереной. Или просто решил досадить твоей матери. Короче, они стали близки. Представь мою радость, когда после долгих лет я узнал, что моя жена ждет ребенка…

– От отца!

– Не знаю, – произнес Роберт. – Мне было все равно, мой это ребенок или нет. В любом случае ребенок стал бы моим наследником. Но когда Серена объявила об этом твоему отцу, он немедленно порвал с ней и сошелся с экономкой здесь, в Ричмонде.

– И Серена умерла вследствие каких-то осложнений во время родов. – Джарред знал, что его тетка, жена Роберта, умерла, так и не сумев родить. Он не знал только, что этот ребенок был от его отца.

Лорд Мейхью снова вздохнул, прикидывая, стоит ли открыть Джарреду всю правду до конца. Пожалуй, мальчику пора знать все. Пора понять, что он не единственная невинная жертва в этой скандальной и трагической истории.

– Серена умерла не при родах. Она сама лишила себя жизни, себя и ребенка. – Секунду помедлив, он продолжал: – Твоя мать в то время была в Италии. Я постарался, чтобы о случившемся никто не узнал. – Воспоминания заставили его содрогнуться. Никогда в жизни он не видел столько крови. Ванна была полна ею. Его жена вскрыла себе вены и истекла кровью. Он нашел ее слишком поздно и уже не смог спасти. – Как самоубийцу, Серену не стали бы хоронить в освященной земле, но ребенок в ее чреве был невинным! Я уговорил пользовавшего ее врача не наказывать невиновного за грехи матери и хорошо заплатил ему, чтобы ее смерть приписали неудачным родам.

Онория вернулась из Италии, разбитая горем. Впрочем, она почти оправилась, когда получила письмо, которое было отправлено ей в Италию, но, в конце концов, вернулось в Лондон вслед за адресатом. Письмо было от Серены, и в нем сестра признавалась, что неверность Уэсли причинила ей невыносимые страдания. – Роберт провел ладонью по волосам. – Онория явилась ко мне с этим письмом за подтверждением того, что письмо действительно написала Серена, хотя прекрасно знала почерк сестры. – Он перевел дыхание. – Я думаю, она просто хотела, чтобы я пережил то же потрясение, что пережила она. Письмо было грустным и драматичным. Серена признавалась в любви к твоему отцу и писала, что теперь, когда она познала его любовь, потерять его для нее во много раз мучительнее. Видимо, Онория, прочитав это письмо, немного тронулась рассудком. Но тогда я об этом не догадался. Когда она пригласила меня к себе домой, она казалась вполне нормальной. Я ничего плохого не заподозрил. Хотя следовало бы. Мне следовало понять, что, хотя Онория и не придавала значения изменам Уэсли, она не смогла простить ему смерть сестры, причиной которой стала его неверность! – Он посмотрел в глаза Джарреду. – Остальное ты знаешь.

Джарред медленно кивнул. Тот день он помнил слишком отчетливо. Была среда, прошло пять месяцев со дня смерти его тетки. Джарред как раз вернулся в Ричмонд из школы на каникулы. В среду у слуг был выходной, поэтому в холле его никто не встретил. Мальчик, разумеется, и предположить не мог, что меньше чем за четверть часа до его приезда Онория Шеппердстон взяла в кабинете мужа заряженный пистолет и прошла в его апартаменты. Она вошла в спальню мужа в тот момент, когда он находился там с экономкой, подошла к кровати, приставила пистолет к голове женщины и спустила курок. Спокойно перезарядив пистолет, она прицелилась в мужа.

Уэсли попытался увернуться, но мягкая перина и тяжелое тело придавившей его любовницы помешали ему. Джарред вошел в дом как раз в тот момент, когда его отец умолял о пощаде. Но его мольбы не были услышаны. Второй выстрел, эхом прокатившийся по дому, оборвал жизнь четвертого маркиза Шеппердстона.

Джарред стремглав взлетел вверх по лестнице и ворвался в спальню родителей. Его мать в забрызганном кровью платье стояла рядом с кроватью и тянула мужа за палец правой руки. У экономки половина лица была залита кровью, а у отца лица вообще не было. Джарред ухватился за косяк, борясь с подступившей к горлу тошнотой.

– Матушка? – только и смог выговорить он.

Леди Онория, перезарядив пистолет, обернулась на голос сына, и Джарред увидел направленный на него ствол.

– Я затеяла этот маленький праздник в твою честь, – сказала она спокойно. – Маленький фейерверк по случаю твоего возвращения и наследования титула. – Она улыбнулась ему: – Я пригласила к нам Роберта и ждала сколько могла, но он, очевидно, задерживается. Я и решила начать праздновать без него. – Она шагнула к нему, и, увидев выражение ее глаз, Джарред решил, что сейчас умрет. Но она бросила ему кольцо маркизов Шеппердстонов. Джарред машинально поймал тяжелое золотое кольцо, успевшее оставить красный мазок на его рубашке. Леди Онория взглянула на тело мужа и снова перевела глаза на сына. – Поздравляю, Джарред. Ты только что стал пятым маркизом Шеппердстон. Четвертый был эгоистичным мерзавцем. Но ты будешь другим. Ты ничем не похож на порочных и самовлюбленных Шеппердстонов. Ты пошел в мою родню, ты скорее Блэкхит…

– Матушка! – Он прочел намерение в ее глазах за секунду до того, как она повернула пистолет дулом к себе. Но она уже прижала его к сердцу и спустила курок.

Джарред зажмурился. Он не знал, как вышел из спальни, как открыл входную дверь. И опомнился, только когда увидел стоявшего в холле лорда Мейхью. Его дяде стоило взглянуть на лицо Джарреда и его забрызганную кровью одежду, и он догадался о случившемся.