Опасные удовольствия - Левитина Наталия Станиславовна - Страница 40

– Как что, издавать, конечно.

– Гонорар получишь?

– И гонорар, и процент от реализации, удовлетворенно кивнул Макс.

– Когда получишь, пойдем в ресторан отмечать? Максим задумался:

– Идея хорошая. Но, наверное, если я и пойду в ресторан, то не с тобой.

Колотов представил, как он – смокинг, белоснежная рубашка, бабочка – входит в двери фешенебельного ресторана, поддерживая под локоть неотразимую Дирли-Ду. Дирли-Ду от нежной шеи до тонких щиколоток затянута в блестящее платье-тюбик без рукавов, у нее изумительно красивые руки и провокационно голая спина, водопад огненных волос и таинственное сияние необычных аквамариновых глаз. Максим вздохнул.

Саша обвела губы контурным карандашом и взялась за помаду. Она совсем не обиделась на Колотова за то, что он не хотел брать ее с собой в ресторан.

– Максим, если бы я могла писать, как ты. Легко и динамично. Когда выйдет книга?

– Месяца через три, думаю.

– Я куплю десять экземпляров. А ты мне подпишешь, ладно? Буду дарить знакомым и хвастаться, что сижу с тобой в одном кабинете! Идет?

– Идет.

Макс вытащил из принтера последний лист, собрал воедино отпечатанные страницы и сложил увесистую пачку в картонную коробку из-под копировальной бумаги. Саша рассматривала себя в зеркало и придавала волосам изящную растрепанность.

– Ах, если бы у меня был твой стиль и фантазия, я бы тоже писала криминальные романы. Ну, у тебя, конечно, образование, ты полиглот и эрудит, а я и журфак не смогла закончить, бросила. Не люблю учиться, хотя и понимаю: одним бюстом, пусть даже таким шикарным, как у меня, себе дорогу в жизни не протаранишь. Нужны знания.

– Да, бюст у тебя шикарный, – равнодушно подтвердил Макс.

– Знания нужны. Но… Нет времени и упорства их получать. Вчера мне опять завернули статью. Максим, я ее уже столько исправляла! Теперь вот умудрилась в одном абзаце три раза употребить слово «неадекватный». Ты бы помог, а? Подретушируй. Сколько мне, бедняжке, биться? Всего сто двадцать строк, тебе раз плюнуть.

Александра вручила коллеге злосчастный манускрипт и перьевую ручку «Паркер». Макс быстро проглядел текст и восхитился:

– Ну ты, матушка, сильна! Это ж надо умудриться так все запутать. Я исправлю.

– Исправляй-исправляй, – кивнула Саша, – а я пока развлеку тебя светской беседой. Э-э… Так, какие у нас сплетни? А, ну вот. Помнишь, я говорила тебе, что у банкира, которого пристрелили и про которого ты писал, была любовница Вероника? Вчера смотрела сводки в отделе криминальной хроники, так ее, оказывается, тоже прихлопнули. Причем накануне! Ее первого октября, его – второго. Красивая была девица, просто на рельсы упасть, какая красивая. Кто-то не пожалел, грохнул. Вот как я думаю: убийца у них один – у Вероники и банкира. – Возможно, обыкновенная бытовуха. Жена, например, не вынесла, отомстила. Я бы, если честно, тоже не сдержалась. Или другой любовник Вероники. – Взревновал и давай палить из пушки. Ну что, исправил? О, Максимушка, да ты практически все заново переписал! И как здорово получилось! Живо, легко, стремительно!

Максим пошарил рукой в ящике, извлек на свет книжку карманного формата и вручил ее Александре.

– На, почитай. Учебник Рудольфа Флеша «How to write, speak and think more effectively». Как научиться писать, говорить и думать более эффективно. Упражнения, примеры, детальный анализ и тесты – все, чтобы улучшить твое умение самовыражаться. Если ты почувствовала, что иметь на вооружении один только бюст недостаточно для жизненной борьбы, самое время заняться учебой. Держи. Написано ясным, доступным языком, как раз для тебя. Элементарные приемы создания текстов для тех, кто лишен природного таланта употреблять слова в интересных сочетаниях. К примеру, Флеш объяснит тебе, что вожделенная легкость, стремительность, динамичность письма достигается простым увеличением удельной массы глаголов в предложении. И так далее. Тебе понравится. Штудируй.

Саша взяла в руки книгу и ужаснулась:

– Это же на английском! Я не смогу прочесть!

– Ты и английского не знаешь? – удивился Колотов. – Вот деревенщина. Тогда учи сначала английский.

Он выключил компьютер, забрал неподъемную картонную коробку и направился к выходу.

Саша осталась сидеть в огромном кресле «Командор», с сомнением поглядывая на книгу Рудольфа Флеша.

***

Андрей уже успел по телефону нагрузить разнообразными поручениями Валеру Тимофеева, когда Дирли-Ду позвонила в дверь. Пряжников радостно устремился в прихожую, выскочил на порог, чтобы заключить девушку в свои медвежьи объятия, но вовремя остановился. На лестничной площадке стоял угрюмый и насупленный Максим.

Андрей разочарованно вздохнул.

– Ну и как она? – тоном обвинителя на Нюрнбергском процессе спросил Макс. – Воинственна, шикарна, изобретательна, инициативна, неутомима, требовательна?

– Ты о чем это? – не понял Андрей. Максим ввалился в квартиру и направился в гостиную. Пряжников плелся следом, надеясь, что добрый товарищ Колотов задержится у него ненадолго. Он страстно желал вновь увидеть Дирли-Ду, и свидетели ему были не нужны.

– Пиво есть? – враждебно буркнул Колотов.

– Есть.

– Ну тогда неси, чего стоишь?

Андрей обреченно отправился на кухню и принес Максиму ледяную банку. Мизансцена в комнате называлась «Робкие попытки выдавить на улицу нежданного гостя»: друг Колотов развалился на диване, неторопливо тянул пиво и издевательски поглядывал на Пряжникова, который стоял рядом, что-то выжидая.

– Да не стой ты над душой! – в конце концов возмутился Максим. – Какой ты все-таки омерзительный тип!

– Я? – обиделся Андрей. Сегодня утром у него было романтическое, лирическое настроение, а злобный Колотов грубо вторгался в хор ангельских голосов, звучавших в душе влюбленного детектива.

– Гм! – зверем рыкнул Максим. – Ты не только пуленепробиваемый, равнодушный к страданиям друга негодяй, но и плохо соображающий кретин. – Я говорю о Дирли-Ду. Вчера она позвонила мне, выяснила, где я живу, потом примчалась на такси и три часа била меня головой об стену, пока я, весь измученный, в ссадинах и кровоподтеках, не выдал твой адрес.

– И не надо было упорствовать целых три часа! – улыбнулся Андрей.

– Ты смеешься! Ты всегда уводишь у меня из-под носа самых ярких, спелых, сочных девиц. И почему я так долго терплю тебя?

– Ты получаешь от меня интересную информацию. Темы материалов, сюжеты для детективов. – Я твой «достоверный источник», – объяснил безжалостный сыщик.

– Ладно. Ну хотя бы скажи мне, как она?

– Я не люблю подобных обсуждений. Это бестактно и не по-мужски.

– Ой-ой-ой! Ну хотя бы намекни!

– Отстань.

– Не царапалась?

– Сейчас как врежу тебе! – заорал Андрей, явно намереваясь треснуть друга по физиономии.

– Все, все! Молчу! Сразу лезешь драться!

Максим затих, но его терпения хватило ненадолго. С опаской взглянув на рассерженного детектива, он осторожно начал:

– А ты думаешь, Дирли-Ду сейчас не обсуждает с какой-нибудь подружкой твой телесный арсенал и коллекцию индивидуально изобретенных сексуальных приемов?

Ехидный журналист был невыносимо надоедлив.

– Думаю, сейчас она обсуждает с продавщицей в супермаркете, какой соус лучше взять к отбивным. Макс, ну что ты пристал? Дирли-Ду чудесна. Удовлетворит тебя такой ответ? И не пора ли тебе ехать в редакцию или еще куда-то?

Максим сокрушенно вздохнул:

– Знаешь, Эндрю, ты лучше держись от нее подальше.

– Почему вдруг?

– А ты хотя бы узнал ее фамилию? Может, она проститутка со стажем?

– Не обзывайся, – возмутился Андрей.

– Тогда она любовница богатенького бизнесмена, который укатил на семинар в Бразилию. А ей нечем заняться. Она бросит тебя сразу же, как он вернется. Хорошо, если обойдется без кровавой разборки.

– А что это ты так переживаешь из-за меня?

– Ты мой «достоверный источник», я кормлюсь твоей информацией, – с мрачной язвительностью ответил Максим. – И вообще, я пришел по делу, а ты лезешь ко мне со своей Дирли-Ду. Вот, возьми рукопись. Специально для тебя отпечатал второй экземпляр. Изучи.