Ласточки и амазонки - Рэнсом Артур - Страница 24

– Мы проследили вас до больших островов возле Рио, – сказала Сьюзен.

– Рио? – переспросила Нэнси. – Рио? Ну хорошо, если вы согласны называть этот остров островом Дикой Кошки, то мы согласны, что тот город называется Рио. Это хорошее название.

– Остров Дикой Кошки тоже неплохо звучит, – вежливо отозвался Джон.

– Но как же вы могли выследить нас до самых островов у Рио, если мы уплыли, а вы остались здесь? – поинтересовалась Пегги.

– Мы погрузились на «Ласточку» и отправились в погоню за вами, – пояснил Джон.

– Гром и молния! – воскликнула капитан Блэккет. – Какой шанс мы упустили! Если бы мы знали об этом, то вступили бы с вами в сражение, до тех пор, пока кто-нибудь из нас не пошел бы ко дну вместе со своим судном. Ради этого можно было бы даже опоздать на обед!

Пегги Блэккет продолжила свой рассказ:

– Мы вернулись сегодня, чтобы еще раз взглянуть на вас. Проснулись на рассвете и подплыли к самому острову, но никакого дыма не увидели. Мы уж думали, что вы уплыли с острова. Но, наверное, вы все просто еще спали. А потом мы заметили ваш корабль в бухте. Тогда мы отправились в Чайный залив и позавтракали – по-настоящему, с горячим чаем. А то утром мы только сжевали холодную овсянку и бутерброды, которые украли с кухни вчера ночью. Потом мы пробирались вдоль берега и увидели, как кто-то из вас возвращается с материка на остров на вашем корабле. Остальные в это время купались. Когда вы скрылись из виду, мы потихоньку проползли на наше судно и направились прямиком в гавань. Там никого не было. Мы высадились на остров и украдкой прошли через лес. Вы все сидели у костра в лагере. Тогда мы потихоньку пробрались в бухту, увели ваше судно и спрятали его в гавани. Потом мы вернулись обратно и неожиданно напали на вас. А когда вы обнаружили, что ваш корабль исчез, и все сбежались в бухту, мы спокойно захватили ваш лагерь. И тогда Нэнси сказала, что теперь будет трудно стать вашими союзниками…

– Постой, Пегги, коза ты болтливая, – оборвала ее Нэнси. – Прошу простить моего боцмана, – обратилась она к капитану Джону. – Она любит потрепать языком.

– Ну, Нэнси сказала, что наша неожиданная атака была настолько успешной, что теперь нужно и дальше продолжать войну. А я сказала, что мне надоело воевать и что в этом году, когда наши туземцы и дядя Джим стали нам врагами, плавать стало не так интересно…

– Не дядя Джим, а капитан Флинт, – поправила Нэнси.

– Ну все равно. Если бы она не вспомнила, что можно вступить в переговоры, вы тоже стали бы для нас туземцами, и это уже насовсем, – продолжала Пегги.

– Мы не можем быть туземцами, – возразила Титти.

– Конечно, нет, – кивнула Нэнси Блэккет. – Гораздо веселее быть грозой морей и ужасом побережий. Я предлагаю вам заключить с нами союз.

– Не вижу причин отказаться, – заявил капитан Джон.

– Я предлагаю, – важно сказала капитан Нэнси, – вступить в союз против всех врагов, особенно против дяди Джима – то есть капитана Флинта. Но мы хотим, чтобы этот союз не помешал нам сражаться друг с другом, если это будет нужно и нам и вам.

– Это не союз, – покачала головой Титти, – это договор. Договор о нападении и защите. В книгах по истории много сказано о таких договорах.

– Да, – согласилась Нэнси Блэккет. – Договор о защите против наших общих врагов и о яростных сражениях друг с. другом, если это будет нам выгодно.

– Верно, – подтвердил капитан Джон.

– У вас есть карандаш и бумага? – спросила амазонка Нэнси.

– У меня есть, – ответила Титти. Она нырнула в боцманскую палатку и принесла оттуда лист бумаги, выдранный из ее путевого журнала, и заточенный карандаш.

– Нэнси взяла карандаш и, положив лист на колено, вывела крупными буквами:

«Я, Джон, капитан корабля „Ласточка“, и я, Нэнси, капитан корабля „Амазонка“, заключаем договор о нападении и защите от имени наших судов и их команд. Подписано и заверено в лагере на острове Дикой Кошки в месяц август 1929 года».

Потом она передала бумагу остальным, чтобы они могли прочесть текст договора.

– По-моему, все как положено, – сказал капитан Джон. Но Титти нашла, к чему придраться:

– Надо было написать не просто какого года, а еще «сего», то есть этого. И ты не проставила широту и долготу, а в морских документах их всегда пишут.

Нэнси Блэккет забрала обратно договор, вписала перед числом 1929 слово «сего», а после названия острова проставила «шир. 7, долг. 200».

– Вообще-то договоры положено подписывать собственной кровью, – промолвила она, – но сойдет и карандаш.

Джон взял у нее договор и расписался внизу листка: «Джон Уокер, капитан».

Нэнси тоже поставила свою подпись: «Нэнси Блэккет, пират-Амазонка».

Потом два капитана скрепили договор торжественным рукопожатием.

Пегги сказала:

– Ну что ж, во всяком случае, сегодня мы воевать не будем.

– Может быть, вы не откажетесь от ирисок? – спросила Сьюзен.

– От мелассы, – поправила ее Титти.

Пегги хмыкнула:

– Когда мы захватили лагерь, мы увидели эту мелассу, но не стали ничего трогать. Если вы не против поделиться с нами, то мы будем очень рады. Мы любим мелассу.

– Давайте откроем бочку ямайского рома, – добавила Нэнси. – У нас на «Амазонке» есть превосходный ром. Сходим в гавань и принесем оттуда бочку. Это отличное зелье. Иногда наша кухарка бывает очень дружелюбной – для туземки, конечно. Она называет это пойло лимонадом.

Глава 11

Союзники

Ласточки и Амазонки вместе направились в гавань, расположенную на южной оконечности острова. Тропинка, ведущая к гавани, была как следует утоптана, но время от времени приходилось нагибаться, чтобы пройти под низко нависающими ветвями, перепрыгивать через кустики ежевики или отводить с пути хлесткие прутья кустарников. В маленькой лагуне стояли бок о бок два корабля, вытащенные носами на берег. «Амазонка» оказалась замечательным суденышком, его обшивка была сделана из сосны и покрыта водоотталкивающим лаком. Пиратское судно было куда новее «Ласточки», но, хотя оба корабля были одинаковой длины, «Ласточка» была куда вместительнее. Подойдя вплотную к «Амазонке», путешественники заметили, что на дне ее, между основанием мачты и кожухом фальшкиля, покоится бочонок из лощеного дуба.

Кожух фальшкиля заинтересовал Роджера.

А что это за штуковина торчит посреди вашей лодки? – спросил он.

– Там внутри находится фальшкиль, – ответила Пегги.

– А что такое фальшкиль?

– Это стальной киль, который можно выдвигать и убирать. Когда мы идем против ветра, мы опускаем его в воду. А если ветер попутный или дно слишком близко, мы можем убрать киль обратно в это гнездо, – пояснила Нэнси. – Как же вы можете идти против ветра, если у вас нет фальшкиля?

– «Ласточка» отлично приводится к ветру, – возразил капитан Джон. – Глубина ее киля шесть дюймов, но он закреплен неподвижно, поэтому нам не нужно гнездо для фальшкиля – в него просто нечего убирать.

– Дядя Джим – капитан Флинт – говорит, что без фальшкиля просто не обойтись, если ветер встречный, – не сдавалась Нэнси.

– Это просто потому, что он не знает нашу «Ласточку», – фыркнул капитан Джон.

– А для чего нужен этот бочонок? – спросил Роджер.

– Вообще-то в нем следовало хранить воду, потому что наши туземцы считают, будто воду из озера пить нельзя, – объяснила Пегги. – Но мы всегда ее пили – не прямо из озера, конечно, просто кипятили и пили чай. Поэтому мы храним в бочонке напитки для всяких торжественных случаев. Вот сейчас в нем налит превосходный лимонад.

– Мы отнесем его в лагерь, – добавила Нэнси Блэккет.

– Но ведь он довольно тяжелый, как же вы его потащите? – удивилась Сьюзен.

– У нас есть способ носить тяжелые вещи, – ухмыльнулась Нэнси. – Мы просто подвесим его к веслу и понесем. Именно так и положено таскать тяжелые грузы через лес. Давай, Пегги, покажем им, как это делается!