Дикен Дорф. Хранитель карты - Беляев Тимофей - Страница 52

— Ой… Извини!.. Извини, Эйп, повторишь?

— Нет! — буркнула она, повернувшись спиной и тихонько покачивая таинственный амулет на пальце перед свечой. — Ты если залипаешь в себе, хоть знак какой подай…

— Столько мыслей в голове! Мы ведь даже не знаем, что завтра делать. И это при всем при том, что я и ты — главные подозреваемые, и нас ищут все, кому не лень, — Дикен растерянно плюхнулся на стул и, подперев голову руками, продолжил, — смотри как красиво…

Он говорил об огромной тени на противоположной стене. Тень образовывалась от медальона, который Эйприл раскачивала перед пламенем свечи. Она то появлялась, то исчезала, то появлялась вновь. Это была тень символа «Крыльев Свободы».

— Это от свечи, — обронила девочка, но потом поняла очевидность своего замечания и непроизвольно нахмурила брови. — Так будет, если по бокам раскачивать… А если вперед и назад, то смотри — она увеличивается и уменьшается, словно птица летит на тебя!

— Странная все-таки это вещь — тень. — После такой грандиозной фразы оба замолчали, продолжая наблюдать за изменениями тени медальона.

Такое спокойствие длилось не долго. Спустя минуту Дикен резко подскочил, что всегда пугало окружающих. Первым делом он схватил подсвечник со своего стола. Потом едва ли не вырвал из рук изумленной девочки медальон и встал точно напротив карты города, в двух шагах от нее.

Дикен занес свечу на высоту висящей карты, а перед ней вытянул в другой руке оккультный медальон. Перемещая в разные стороны то свечу, то знак тайного общества, он подгонял кончики крыльев и место их сплава с хвостом к отметкам на карте. Когда все точки встали на свои места, кончик хвоста указал уникальное место на карте Дафиэлда. По телу обоих ребят пробежала холодная дрожь.

Эйприл первой бросилась к карте и смело поставила жирную точку.

— Прибрежные подземелья! — рапортовала она.

Ночь уже подходила к концу, когда они все еще вели беседы о новом открытии. Эйприл готова была биться об заклад, что именно там будет происходить последний ритуал «Крыльев свободы». Радость Дикена длилась не долго. В голову быстро закрались сомнения о погрешности карты города.

Сна не было ни в одном глазу и о том, чтобы расходиться по домам, никто не думал. Наконец-то начал проясняться предстоящий день.

— Мы не можем отправиться туда одни, ты ведь помнишь, что написано в книге «Сублюнистры» — те люди крайне опасны! — причитала Эйприл, бесшумно расхаживая по чердаку, чтобы не разбудить семью.

— Мы могли бы взять Мортуса, — неуверенно начал Дикен, перебрасывая из руки в руку трость, — только есть две проблемы: во-первых, его наверняка еще нет в городе, а во-вторых, я…

Дикен осекся.

— Ты все еще думаешь, что он один из них? Дикен, ты ведь понимаешь, что нам нельзя идти в полицию…

— Знаю! — согласился тот.

— А что еще остается? — упрекнула она, когда Дикен отверг все варианты. — Ты ведь не думаешь о Уиле, Тофере и прочей этой шайке?

Дикен отвернулся к столу, словно она прочитала его мысли. Он понимал, что ночью случится последнее жертвоприношение и в этом случае их имена так и останутся запятнанными. Потому так важно было придумать план.

— В глубинах руин действительно опасно, — промямлил он. — Полагаю, что все-таки есть человек, который сможет нам помочь…

Глава 13. ОДНА СПАСЕННАЯ ЖИЗНЬ

В мощную глухую металлическую калитку забарабанила пара рук, но только знакомый заливистый лай собак, оповестил хозяина большого имения о прибытии гостей. Вот уже который день молодой ворон Небул следовал по пятам за двумя друзьями, а сейчас сидел на высоком заборе и враждебно кричал на беснующихся собак. Это было раннее утро Дафиэлда.

Послышалось, как открылась дверь дома. Собаки по команде притихли, и калитка отворилась. Перед друзьями стоял лорд Луман Левинсон, как обычно облаченный во все белое. Он поднял бровь, потом, не поверив своему единственному глазу, пристально посмотрел на ребят, и, наконец, заговорил:

— Дикен? Эйприл? — произнес он с тревогой. Лорд понимал, что столь ранний визит не может быть просто из вежливости.

— У нас серьезное дело, сэр, — сказал Дикен, украдкой глядя на любопытных собак позади лорда.

— Забегайте!

С их последнего и единственного визита прошло уже полгода. Луман Левинсон провел гостей по цветущему саду в беседку, недалеко от поля для стрельбищ. Суетливость такому человеку, как он, была не к лицу, и все же ребята переглянулись, наблюдая за хозяином.

— Прошу прощения, что не впустил в дом, — начал он, перебегая серым глазом с одного на другого, — я только что прибыл с поездки, весь багаж еще стоит в холле… Это… Невероятно, вы все же его приручили?! — лорд с восхищением смотрел на угольно-черную птицу, которая гуляла на руках друзей и подпрыгивала при его резких движениях. — Удивительный ворон!

— Да, он с нами уже полгода… Впрочем, вы помните.

— Мы назвали его Небул, — учтиво проговорила Эйприл, наблюдая, как лорд Левинсон впился глазом в черные вороновые. — Мы пришли к вам с большой просьбой…

— Нам очень повезло, что мы застали вас именно сегодня, когда вы только прибыли, — подхватил Дикен. — Вы, наверное, слышали про голубей?

— Про кого? — смутился Левинсон, едва ли не подскочив с места. — Голубей?

— Да… Забавно, конечно, получается, мы у вас второй раз, и снова пришли с каким-то птичьим вопросом!

— Теперь вы будете меня обвинять в стрельбе по голубям? — едва заметно улыбнулся тот. — Так что же не так с голубями?

— Если вы, лорд, читали газеты за последние недели две, то должны были слышать про распятых то тут, то там голубей! Сейчас под подозрение попали именно мы, даже «Дафиэлдс Инстанс» писал…

— Мы начали проводить целое расследование, потому и попались, — вновь оживленно подхватила Эйприл, чем напугала Небула.

— Я еще зимой убедился, что вы любите копать очень глубоко, — заметил Левинсон, пряча улыбку в уголках тонких губ. — Я же предостерегал вас, чтобы не совали нос не в свои дела… Чувствовал, что рано или поздно на что-то напоретесь! Так и что же сейчас? Вы все еще под подозрением?

— Вот! — Дикен протянул нравоучителю стопку последних газет и самодельную карту города. — Как видите — да, нас все еще ищут, так как эти убийства голубей повторялись из раза в раз. И мы поняли, что единственным выходом…

— Единственным выходом будет найти этих преступников, — договорила девочка. — Но это оказались не просто какие-то хулиганы… Это целая секта, да, Дикен?

— Именно! «Крылья свободы». — Когда Дикен произнес последние слова, лорд внезапно оторвался от изучения газет и постарался скрыть свой взгляд, затеряв его где-то на ботинках ребят.

Так они поведали лорду о том пути, который вел их все последние дни. Рассказали и показали амулет, который Небул вновь попытался вытянуть из рук, о бродяге на вокзале и про библиотеку в доме братьев Халлгрейт. Главным номером в торжественном рассказе друзей стал фокус с тенью, медальоном и картой, который привел их к вероятному местоположению «Крыльев свободы». Эйприл даже вспомнила, как ее друг вымерял высоту каждого подвешенного голубя, и то, как они впоследствии вычитали, что ритуал совершают всегда разные люди. Все эти подробности очень увлекали лорда и, судя по его изумленному виду, он не знал ровным счетом ничего, о происходящем вокруг.

Дикен не преминул разузнать у лорда Лумана про Ноутлис и сублюнистров, но не получил в ответ ничего путного. Наконец, когда хозяин большого имения пригласил их к себе в дом, дабы полностью исключить «посторонние уши», они подошли и к главной просьбе, с которой явились сюда еще полтора часа назад. Хотя лорду было уже не сложно догадаться, зачем они пришли. Когда Эйприл упомянула о полиции, то сам лорд отрицательно закачал головой.

Он безоговорочно согласился помочь друзьям. Было решено выдвинуться к подземельям старой крепости ближе к вечеру. В своем доме лорд накормил юных сыщиков завтраком, после которого их все же сморил сон. За те два часа, которые Дикен и Эйприл крепко спали, съежившись, и лежа друг к другу лицом на небольшом диване в гостевой, лорд подготовил укороченное ружье и вооружился дополнительными ножами, для которых в его одежде, как у настоящего охотника, всегда находилось место. Он знал, куда идет. Чтобы полностью понимать, что здесь происходило в его отъезд, он перечитал все статьи, записную книгу детей, а также соотнес все даты. Плотно занавесив широкие окна кабинета, он добился почти кромешной темноты. Вскоре комнату осветила свеча, и он произвел все те же действия с медальоном, которые сделали Дикен и Эйприл ночью, несколькими часами ранее.