В погоне за миражом - Дэвис Линда - Страница 33

— Я предпочитаю называть это профессионализмом.

— Должен признать, у трейдеров он тоже в почете. Но сможете ли вы, вкусив безграничной свободы, втиснуться в рамки банального рабочего дня?

— Я всегда смогу сделать то, что меня привлекает. Вы не понимаете: свобода становится проклятием для тех, кто не знает, как ею воспользоваться.

— А вы знаете?

— Знаю. Но сейчас мне хочется перемен.

Саваж понимал, что у нее были и другие мотивы.

— Все это очень здорово, но не думаете ли вы, что слышите сейчас манящее пение сладкоголосых сирен?

— Нет. Я вижу золотое руно и хочу взять его в руки.

Вспомнив эти ее слова, Саваж негромко рассмеялся. Каламбур, обернувшийся реальностью?

— Может, так она и сделала? — вернул его на грешную землю голос Бредена. — Может, она и в самом деле подстригла ваших овец и скрылась?

— Может быть. Разыщите ее, и мы выясним это.

— А там, на яхте, узнав о ее прошлом, вам не захотелось пересмотреть свое решение?

— Нет. Я дал ей слово.

— И дали бы его вновь?

Исполнительный директор промолчал, но Бреден прочитал ответ в его глазах. В них светилась необычная, несвойственная Саважу теплота.

Глава 38

Проснулась Хелен рано, от ощущения неизъяснимой легкости в теле. Если все пойдет согласно плану, скоро в ее распоряжении будет полтора миллиона долларов. Сегодня предстояло заехать в отель «Оливар», позвонить Даю и выяснить вопрос о деньгах.

Утро началось с продолжительных упражнений йоги, тренировки мышц и изнурительного заплыва в бассейне. Мальдонадо отсутствовал, и завтракала Хелен в одиночестве, на залитой солнцем террасе. Закончив, она отправилась к доберманам, скормила им остатки бекона, затем вызвала по телефону такси. Минут через десять к воротам подъехал «фольксваген», такой же древний, как и в первый раз. Забравшись на заднее сиденье, Хелен попросила отвезти ее к «Оливару». На замызганную «тойоту», тронувшуюся с места позади, равно как и на черный «форд», который медленно полз чуть впереди, она не обратила никакого внимания.

Минут через пять «фольксваген» уже был на вершине холма, под тарелкой антенны. Внизу, в знойном мареве, раскинулась Лима, дальний конец города уходил, казалось, в неясную зыбь Тихого океана. Когда Хелен вошла в «Оливар», за стойкой опять был дружелюбный Карлос, и комната для переговоров вновь оказалась свободной. Хелен набрала номер Дая.

— Хорошие новости, Кэриад. Ты стала богатой.

Хелен рассмеялась:

— Отлично! Теперь я смогу расплатиться с теми подонками. Дай, ты гений! Спасибо!

— Можешь не благодарить, я и сам получил огромное наслаждение.

Они поговорили недолго об Уилтшире, о собаках, о весне, а затем, опасаясь, что на нее нападет тоска по родным местам, Хелен попрощалась. Она положила трубку, спустилась вниз и вручила Карлосу двадцать долларов. «Лучшее в моей жизни вложение денег», — подумала Хелен. Выйдя на улицу, она козырьком поднесла ко лбу ладонь, чтобы защитить глаза от слепящих лучей солнца, и не заметила стоявших на противоположной стороне, в тени оливковых деревьев, двух мужчин. Те проводили ее взглядами и вытащили из карманов маленькие, но достаточно мощные рации. Хелен остановила такси — пора было возвращаться в «Ла Молину». Неприметный черный «форд» последовал за ней.

Сунув в карман рацию, один из мужчин направился в «Оливар». Его высокомерная манера держаться и выпирающая под одеждой рукоятка пистолета подсказали Карлосу, что неприятностей не избежать. Мужчина раскрыл удостоверение.

— Национальная служба разведки. Попрошу минуту вашего внимания.

Карлос кивнул на дверь позади стойки. Войдя в кабинет, мужчина покосился в сторону сидевшей за пишущей машинкой секретарши.

— Не хочешь выпить чашечку кофе, Хуанита? — предложил Карлос.

Девушка вышла.

Мужчина уселся за освободившийся стол, достал из лежавшей на нем пачки сигарету, закурил.

— Пять минут назад отсюда вышла светловолосая женщина, гринго. Что ей было нужно? Только не вздумай соврать, что она спрашивала дорогу, — предупредил мужчина. — Для этого не требуется десяти минут, даже если разговаривать с таким недоумком, как ты.

Карлос хорошо знал, что происходит с теми, кто отказывается сотрудничать с людьми из НСР: их ждали камеры пыток, а в лучшем случае больничные палаты. Или морг.

— Она зашла позвонить по телефону.

— И о чем она говорила?

— Я не знаю, она звонила из комнаты для переговоров.

— За спасибо?

— Нет, она заплатила.

— Чем?

— Наличными.

— Покажи-ка мне чек. Или ты рассчитывал опустить денежки в свой вонючий карман?

Вернувшись к стойке, Карлос нашел копию чека с прикрепленной к нему компьютерной распечаткой. Он вручил их мужчине и отошел к стене. Человек из НСР пробежал глазами распечатку, сложил ее и спрятал в карман.

— Она уже бывала здесь?

— Один раз, тоже звонила.

— Распечатку. — Мужчина требовательно протянул руку.

Порывшись в папках, Карлос нашел листок.

— Если она еще появится, будь с ней пообходительнее и проследи, чтобы никто не занимал телефон. О нашем разговоре ни слова.

Глава 39

Анхел передал Мальдонадо два листка желтоватой бумаги.

— Один из наших людей получил их от клерка в отеле «Оливар». Сеньорита Дженкс заходила туда дважды, вчера и сегодня. Оба раза звонила по одному и тому же номеру в Великобритании.

Изучив распечатки, Мальдонадо вернул их.

— С чего это ее понесло в Сан-Исидро ради какого-то телефонного звонка?

Анхел достал из кармана пачку «Мальборо», закурил.

— Может, из природной скромности? — По губам era скользнула циничная усмешка. — Не хочет обременять тебя расходами за свою болтовню?

Мальдонадо раскрыл лежавшую на столе записную книжку в переплете из темно-синей кожи, пролистал ее до страницы с буквой «М», удовлетворенно улыбнулся:

— Она звонила своему крестному отцу. Это мой друг, тот самый, кто просил меня принять ее.

— Можно было бы без всяких проблем позвонить и отсюда, — заметил Анхел. — Что у нее на уме, у этой Хелен Дженкс?

— Мы это непременно узнаем. Не пора ли побеспокоить Тэсс Карлайл? Пусть поделится информацией о мисс Дженкс.

— А не могла ли она приехать сюда, чтобы попытаться разыскать отца?

— Почему в таком случае не сказать правду? Зачем чужое имя? Ведь в моих силах оказать ей кое-какую помощь. Нет, у нее явно свои планы.

— Наблюдение продолжить?

Мальдонадо кивнул.

— Обойдется это недешево. Могу я использовать наш особый бюджет?

— Вернее то, что осталось от него после того, как эти чертовы гринго установили в Айкуитосе свой радар. Теперь я и в сортир не могу сходить без того, чтобы об этом тут же не узнали в ЦРУ. — Поднявшись из кресла, Мальдонадо принялся медленно расхаживать по кабинету, время от времени прикасаясь пальцами к старинным фигуркам. — Перевоспитывали бы своих наркоманов и не мешали нам. Нет спроса — нет и предложения.

— Значит, кое-кто в правительстве — и у них, и у нас — хочет покончить с производителями.

— Пусть тогда гринго покупают в Перу хлопок, пусть поднимают на него цены. Крестьяне должны иметь какую-то альтернативу.

— Не думаю, чтобы американский избиратель где-нибудь в Луизиане пришел бы в восторг от таких планов, а?

Увидев из окна Хелен, Мальдонадо поднял руку.

— Исчезни. Через минуту мы будем с ней ужинать.

Анхел всмотрелся в приближавшуюся к дому фигуру.

— Вы только посмотрите на нее, на ее гордую кошачью походку! Блондинка с горящими глазами!

— Она тебе не нравится.

— Она мне очень даже нравится.

Анхел провел кончиком языка по губам, затушил в пепельнице сигарету и выскользнул из дома.

Глава 40

Идя вдоль свежевыбеленных стен коридора, Хелен вдыхала легкий запах табачного дыма, к которому примешивался пряный аромат туалетной воды. Кармен вела ее в гостиную. В доме царила полная тишина, нарушаемая лишь мягкими, почти неслышными шагами Хелен и бойким перестуком высоких каблучков ее спутницы. Двери по обеим стенам коридора были закрыты, однако Хелен испытывала странное ощущение, что в комнатах кто-то есть.