Лангольеры - Кинг Стивен - Страница 53

— Я не могу в это поверить. — Ник покачал головой. — Такое пережить, вырваться из этого ада, найти эту чертову временную дыру… и выяснить, что вернуться в наше время невозможно, поскольку никто из нас не сможет заснуть.

— И у нас нет сорока минут, — напомнил Брайан. — Если мы прождем так долго, самолет рухнет в шестидесяти милях к востоку от аэропорта.

— Наверняка есть и другие…

— Есть, но их посадочные полосы не позволяют принимать такие большие самолеты.

— Если мы проскочим дыру и повернем на восток?

— Вегас. Но до Вегаса нам не долететь, если мы проторчим здесь… — Брайан сверился с приборами, — …еще восемь минут. Я думаю, надо лететь в ЛАКС. До него тридцать пять минут. При условии, что они уберут все с нашего пути и откроют нам зеленую улицу. Следовательно… — взгляд на хронометр, — …у нас есть двадцать минут, чтобы определиться с преодолением временной дыры.

Боб задумчиво посмотрел на Ника.

— А как насчет вас?

— В каком смысле?

— Я думаю, вы солдат, но не из регулярной части. Может, имеете отношение к группе специального назначения?

Лицо Ника окаменело.

— Допустим, имею, но что из этого, приятель?

— Может, вы сможете усыпить нас? Разве спецназовцев не учат таким штучкам?

Брайану вспомнилось первое столкновение Ника с Крейгом Туми. «Вы видели „Стар трек“? Это прекрасный американский сериал… И если вы не заткнете вашу пасть, паршивый кретин, я с удовольствием продемонстрирую вам знаменитый усыпляющий захват мистера Смока».

— Так что, Ник? Как раз сейчас и возникла необходимость в знаменитом усыпляющем захвате мистера Смока.

Ник переводил взгляд с Боба на Ника.

— Пожалуйста, не заставляйте меня смеяться, джентльмены… От смеха у меня еще сильнее разболится рука.

— И что сие означает? — спросил Боб.

— Я ошибся со снотворным, не так ли? Тогда позвольте вам сказать, что и вы принимаете меня не за того. Я не Джеймс Бонд. В реальном мире Джеймса Бонда никогда и не было. Наверное, я смогу убить вас, Боб, ударив ребром ладони в известное мне место на шее, но скорее всего я вас парализую на всю жизнь. А может, вы даже не потеряете сознание. А теперь еще вот это. — Ник указал на сломанную руку. — Между прочим, моя рабочая рука. Я, наверное, смогу защититься и левой, особенно в схватке с непрофессионалом, но мы ведь говорим не об этом? Нет. Ничего не выйдет.

— Вы забываете самое главное, — ворвался в их дискуссию новый голос.

Они обернулись. В дверях стояла Лорел Стивенсон. Бледная, осунувшаяся, с прижатыми к груди руками.

— Если мы все будем спать, кто поведет самолет? — спросила она. — Кто посадит его в Лос-Анджелесе?

Трое мужчин молча таращились на нее. А за их спинами вновь всплывал «драгоценный камень» — дыра во времени.

— Мы проиграли, — сдался Ник. — Вы это понимаете? Мы проиграли вчистую. — Он засмеялся, но тут же поморщился от боли, как только потревожил сломанную руку.

— Может, и нет. — Рядом с Лорел появился Алберт, обнимающий Бетани за талию.

Мокрые от пота волосы прилипли ко лбу, но в его темных глазах светилась надежда. Смотрел Алберт только на Брайана.

— Я думаю, вы можете погрузить нас в сон, и думаю, что вы сможете посадить самолет.

— О чем ты говоришь? — резко спросил Брайан.

— О давлении, — ответил Алберт. — Я говорю о давлении.

24

Сон Брайана вернулся к нему с ужасающей четкостью: Энн, прижимающая руку к щели в фюзеляже, слова «ТОЛЬКО ДЛЯ ПАДАЮЩИХ ЗВЕЗД», краснеющие на стене.

Давление.

Видишь, дорогой? Я обо всем позаботилась.

— О чем он, Брайан? — спросил Ник. — В его словах что-то есть, я это вижу по твоему лицу. Что именно?

Брайан словно и не услышал его. Он смотрел на семнадцатилетнего музыканта-студента, который, возможно, указал выход из западни.

— А что потом? — спросил он. — После того, как мы пролетим через дыру? Как мне проснуться, чтобы посадить самолет?

— Может, кто-нибудь объяснит, о чем речь? — взмолилась Лорел.

Ник обнял ее здоровой рукой.

— Алберт предлагает усыпить нас с помощью вот этой штуковины. — Брайан похлопал по реостату на приборном щитке, реостату с маркировкой «ДАВЛЕНИЕ КАБИНЫ».

— Ты действительно можешь это сделать, дружище? Действительно можешь?

— Да, — кивнул Брайан. — Я знал пилотов, пилотов чартерных рейсов, которые именно так и поступали, если пассажиры перебирали выпивки и ситуация на борту грозила выйти из-под контроля. Отключить пьянчугу снижением давления в салоне — пара пустяков. Чтобы заснули все, давление придется понизить чуть сильнее, примерно до половины атмосферного давления на уровне моря. Все равно что человек решил подняться без кислородной маски на высоту двух миль. Раз! И он в ауте.

— Если это возможно, почему таким способом не борются с террористами? — спросил Боб.

— Потому что есть кислородные маски, не так ли? — ввернул Алберт.

— Да, — кивнул Брайан. — В самом начале полета на реактивном пассажирском лайнере стюардессы показывают, как ими пользоваться… натяните на рот и нос и дышите как обычно, помните? Они выскакивают автоматически, как только давление в салоне падает ниже двенадцати пси.[11] Если пилот захваченного самолета попытается вырубить террориста понижением давления, террористу достаточно схватить маску, натянуть на лицо и начать стрелять. На маленьких реактивных самолетах такого нет. Если давление в салоне падает, каждому пассажиру приходится самому доставать маску из ниши, где она хранится.

Ник взглянул на хронометр. В их распоряжении осталось лишь четырнадцать минут.

— Я думаю, нам пора переходить от слов к делу. Время поджимает.

— Еще нет. — Брайан вновь смотрел на Алберта. — Я смогу вывести нас на временную дыру, Алберт, смогу аккуратно снизить давление в салоне, и я уверен, что дыру мы проскочим. Но на вопрос Лорел ответа у нас по-прежнему нет. Кто посадит самолет, если мы все будем спать?

Алберт открыл рот, чтобы тут же закрыть его и покачать головой.

А заговорил Боб Дженкинс. Голосом судьи, выносящего окончательный, не подлежащий обжалованию приговор.

— Я думаю, самолет посадите вы, Брайан. Но кому-то придется ради этого умереть.

— Объясните, — коротко бросил Ник.

Боб объяснил. Много времени для этого не потребовалось. Когда он заканчивал, к маленькой группе присоединился и Руди Уэрвик.

— Получится, Брайан? — спросил Ник.

— Да, — рассеянно ответил Брайан, но думал он совсем о другом. — Почему нет? — Он посмотрел на хронометр.

Осталось одиннадцать минут Одиннадцать минут, чтобы перебраться на другую сторону временной дыры. Одиннадцать минут, чтобы вывести самолет на нужный курс, перепрограммировать навигационный компьютер и пролететь сорок миль.

— Но кто это сделает? Будем тянуть спички? — спросил Боб.

— В этом нет необходимости, — тут же ответил Ник, легко и непринужденно, словно речь шла о пустяке. — Это сделаю я.

— Нет! — воскликнула Лорел; глаза ее широко раскрылись, потемнели. — Почему ты? Почему ты должен это сделать?

— Заткнитесь! — прошипела Бетани. — Если он этого хочет, его право!

Алберт взглянул на Бетани, на Лорел, вновь на Ника. Внутренний голос, не очень настойчивый, шептал ему, что вызваться должен он, ведь эта работа как раз для выжившего в битве при Аламо или для Аризонского Еврея. Но он очень любил жизнь… и еще не хотел обрывать ее. Поэтому он открыл рот и закрыл, не произнеся ни слова.

— Почему ты? — не успокаивалась Лорел. — Почему мы не можем тянуть спички? Почему не Боб? Или Руди? Почему не я?

Ник взял ее за руку:

— Выйди со мной на минутку.

— Ник, времени у нас совсем ничего. — Брайан пытался изгнать из голоса дрожь… а может, отчаяние или даже панику.

— Я знаю. Делай все, что надо.

И Ник потянул Лорел за дверь.

25

Она попыталась упереться, потом сдалась. Ник остановился в маленькой нише-кухне, повернул девушку лицом к себе. Их разделяло лишь четыре дюйма, и в этот момент она окончательно все поняла: именно такого мужчину надеялась она найти в Бостоне. А он все время был рядом, в самолете. В открытии этом не было ничего романтического: Лорел охватил ужас.