Последняя встреча - Чейз Эллен Рако - Страница 20

— Обещал и сдержу обещание. Она порывисто поцеловала его.

— Обожаю людей слова!

8

Роксана сквозь сон втянула воздух в ноздри.

— Какой замечательный сон! — пробормотала она. — Я чувствую запах горячего кофе, представляешь?

— Не только представляю, но и вижу, — жизнерадостно подтвердил мужской голос.

Роксана разомкнула глаза и вгляделась в улыбающееся лицо над собой.

— Ты вскрыл еще один автомат и вскипятил кофе на свечке, — позевывая, предположила она. — Вот теперь я понимаю, что такое полный спектр банковских услуг!

Она подхватила чашку и чуть не уронила ее. Брэм тут же принялся обдувать обожженный палец.

— Ты же сама сказала, что он горячий, — сказал он с укоризной и лизнул кончик пальца. — Сладко — просто слов нет.

Осторожно поставив чашку на стол, он сел рядом с ней по-индейски.

— С добрым утром!

— С добрым утром! — Роксана обняла его за шею, поцеловала, потом сладко потянулась. — Где ты достал горячий кофе?

— В три часа ночи включили электричество, — пояснил он. — Ты помнишь, как зажегся свет?

— Нет.

— А как я вставал?

— Нет.

— А что ты делала, когда я пришел обратно?

— Н-е-е… — Роксана снова зевнула, потом прижалась пышной грудью к Брэму и заглянула ему в глаза: — Ты уверен, что это была я?

— Абсолютно уверен. — Брэм быстро поцеловал ее в грудь. Роксана хихикнула.

— Не щекочи!

— То же самое мне сказали ночью. Это была ты, шелково-атласная, взрывная и страстная Роксана Мердок… Я уже стихами заговорил…

Роксана провела ладонью по его лицу.

— И что бывает, когда я взрываюсь? — спросила она, поглощенная своим занятием.

— Ты быстро вздыхаешь, обхватываешь меня всем телом и начинаешь сладко причмокивать.

— И я все это проделываю во сне? — удивилась Роксана, все ближе пододвигая к нему свое лицо.

— Представь себе, — отозвался Брэм, накрывая ее губы и прижимая Роксану к матрасу.

Роксана с легкостью подчинилась: ей нравилось рядом с ним чувствовать себя беззащитной. Брэм Тэйлор воздействовал на нее странным образом — рядом с ним жизнь обретала новые краски, а тело открывало для себя целую гамму радостных и пугающих ощущений. Это был настоящий праздник — находиться рядом с ним!..

— Ты опять думаешь, — упрекнул ее Брэм. — Думаешь и отдаляешься от меня.

Роксана качнула головой.

— Нет. Наоборот, я думала о том, как приблизиться к тебе, чтобы тебе было так же хорошо, как и мне. — Она легонечко куснула мочку его уха, в то время как рука скользнула на его грудь. — Я думала о том, как проголодалась… по тебе…

— Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?

Пальцы Роксаны продвинулись вниз по животу, достигли его бедер и принялись ласкать предмет его мужской гордости.

— Не только понимаю, но и вижу…

— Ах так? Ну, держись! — В мгновение ока Роксана оказалась повергнутой, и губы Брэма покрывали ее тело жгучими поцелуями, руки ласкали поднявшуюся грудь, рот засасывал и прикусывал от розовых сосков ниже и ниже.

— Брэм, пожалуйста!… Брэм!..

— Тсс! — прошептал он, — не сейчас!

— Я тоже хочу, слышишь!..

Она металась, кричала от наслаждения, когда он вошел в нее.

— Я хочу, чтобы так было всегда! — хрипло выкрикнул он и почувствовал, как она вздрогнула. — Всегда, любовь моя! Всегда!..

Когда Брэм вернулся в кабинет, он был уже в костюме и нес в руке чашку свежего кофе. Роксана стояла у окна и смотрела на улицу.

— Что-нибудь интересное? — спросил он, подходя ближе и передавая ей кофе.

— Снегопад прекратился. — Она рассеянно погладила его по свежевыбритому подбородку. — Судя по всему, морозно, но ветер стих. Мне показалось, что я слышала гудки снегоочистителей.

— Не продолжай, а то я расстроюсь. Я слишком свыкся с нашим хэпвортским "Хилтоном".

Роксана угрожающе фыркнула.

— Ах ты эгоист! Тебе наплевать, что другие только и думают, что о горячей ванне и о нормальной еде, которую не нужно вылавливать в металлическом поддоне! — Она взглянула в чашку, скорчила гримасу и поставила кофе на подоконник. — Если на то пошло, то завтра у меня рабочий день. Я, в отличие от некоторых, не в отпуске…

Она остолбенела, и глаза у нее расширились.

— Брэм, мы должны выбраться отсюда! — выдохнула она и, не дождавшись ответа, продолжила: — Банк открывается завтра в девять утра. Хорошенький скандал произойдет, если обнаружится, что новоиспеченный вице-президент провел три ночи с… восточной танцовщицей!

— Это не ты говоришь! — голос Брэма оборвался на неестественно высокой ноте.

Роксана испуганно взглянула на его внезапно перекосившееся лицо.

— Я… — Она судорожно вздохнула. — Я думала о твоей карьере и репутации. О том, о чем ты напрочь забыл.

— А мне кажется, это ты обо всем забыла: о прошлой ночи или сегодняшнем утре, к примеру.

Роксана отвернулась, приглаживая ладонью волосы.

— Я ничего не забыла. Я просто пытаюсь трезво взглянуть на ситуацию.

— Это ты любовь называешь ситуацией? — резко спросил Брэм. — Спасибо. За трезвость и практичность, за все!

— Ладно тебе, Брэм Тэйлор, — с натянутой усмешкой отозвалась Роксана. — Я не из тех женщин, которые ставят мужчине в вину любую произнесенную вслух глупость.

— Какая ты хладнокровная и рассудительная!

— Такая уж у меня натура: хладнокровная и рассудительная. А вот ты — холерический романтик, который уговаривает себя, что влюблен.

— По-твоему, я тебя на самом деле не люблю, так?

— Я знаю только то, что я тебя не люблю! — Роксана повернулась спиной к Брэму, досадуя на свой обвиняющий тон.

— Я ничего тебе не обещала, — произнесла она более спокойно и окинула взглядом разложенные на полу подушки, еще сохранявшие след двух лежавших здесь тел, — а раз не обещала, то не могу обманывать тебя.

— Но что делать, если все сказочные принцы влюбляются в принцесс с первого взгляда? — приподнял брови Брэм.

Веселье в его голосе разозлило Роксану.

— Пошли они к черту, эти принцы! Я не просила тебя влюбляться в меня. Мне вовсе не нужно, чтобы кто-то любил меня.

Брэм поймал рукой ее подбородок и приподнял его.

— Веди себя так и дальше, и никто тебя не полюбит, — сказал он с лучезарной улыбкой и добавил: — Никто, кроме меня.

Роксана почувствовала, что еще минута, и она не сможет больше сопротивляться. А потом эти воспоминания о ласковых руках и жарких губах…

— Надо прибраться! — во всеуслышанье объявила она и в подтверждение этих слов сгребла со стола пакет из-под хлопьев и конфетные обертки. — Помогай мне!

Она пихнула Брэма локтем в бок.

— Ты же знаешь, какая я чистоплотная.

Через четверть часа кабинет блестел как новенький. Войдя в привычную колею, Роксана приободрилась и ощущала себя готовой к любой борьбе.

Она откатила тележку с ведром и шваброй обратно в туалет, а когда вернулась, на полу лежали обрывки журналов.

— Глазам своим не верю! — Она подозрительно посмотрела на Брэма. — Я только что вылизала здесь пол, мистер Тэйлор. Как ты умудрился так намусорить?

— Нет ничего проще, — с кривой усмешкой ответил Брэм.

— Радуешься? — вспыхнула Роксана, подобрала бумагу и швырнула ее в мусорное ведро. — Если ты устроил то же самое в остальных комнатах, то иди и убирай.

Брэм подошел к ней и схватил за талию.

— Я бы предпочел заняться кое-чем другим. — Он потерся носом о ее плечо.

— Я понимаю твои устремления, но ничего из этого не получится. — Ледяной тон отповеди никак не вязался с учащенным биением сердца. — Время развлечений кончилось, Абрахам Тэйлор!

— Ты на редкость соблазнительна, — задумчиво сказал Брэм. — Несмотря на всю свою викторианскую чопорность.

К трем часам весь четвертый этаж блестел. Роксана торжественно вручила Брэму пакет с туалетными принадлежностями.

— Кажется, все! Никому и в голову не придет, что кто-то был здесь все праздничные дни. — Три вертикальные морщины прорезали ее гладкий лоб. — Вот только поломанные автоматы… Объясняться предоставляю тебе. Ты был последним, кто в пятницу покидал банк.