Зеленое тысячелетие - Лейбер Фриц Ройтер - Страница 52

Дверь лифта закрылась, и Фил потащился с двадцать восьмого этажа на двадцать девятый. Он уже проклинал себя за то, что отказался от приглашения Фиби Филмер выпить в ее комнате. Когда она заговорила с ним в вестибюле, благодаря за то, что он спас ее в «Сверхзвуковом», то подумалось, что последнее, столь необходимое в этой жизни, — это еще одно человеческое существо. И теперь, когда от одиночества комнаты его отделяли только отдающая эхом лестница да пустой коридор, он еще раз убедился, что больше всего на свете нуждается в человеческом общении.

Он припомнил, как храбро отправился из комнаты — всего-навсего вчера вечером — поглядеть на жизнь и нырнуть в любую подвернувшуюся авантюру. Но увидел столько всего и его носило по волнам таких авантюр, что мозг до сих пор гудел от напряжения. Подчас в эти невероятные двадцать четыре часа ему казалось, что все его естество меняется и он превращается в отважного, хотя и снисходительного, авантюриста и любовника, о чем так долго мечталось.

И вот он снова здесь, тоскливо бредет в свою комнату, вновь совершив свой обычный малодушный трюк, сказав «нет», когда, по крайней мере через десять секунд, ему безумно захотелось сказать обратное. Да уж, с такой скоростью он возвращается к прежним привычкам, что, пожалуй, к концу вечера уже будет подсматривать за мисс Филмер из-за затемненного окна…

Ох, ведь мог сказать себе: не стоит теперь морочить голову из-за обычной хорошенькой девушки, когда повстречал такую ужасающе желанную Митци Ромадка и видел такую красотку, как Дора Паннес, не говоря уже об обществе столь странных, но несомненно очаровательных женщин, как Юнона Джонс и Мери Экли.

Но это были всего лишь рассуждения, и он знал об этом. Будь Счастливчик рядом, Фил снова стал бы храбрым и отважным. Но даже это не было правдой. На самом деле все стало чрезмерно большим для него. Он хотел получить зеленого кота, да. Но хотел, чтобы кот был его собственным любимцем, его талисманом, его «котом на счастье». Тем, который будет спать в изножье кровати, а не загадочным мутантом и чудовищем, вовлекшим его в интриги с религиозными психами, балующимися оружием психоаналитиками, когтистыми девицами, ворьем, всемирно известными учеными, телепатами, в синдикаты порока, рейды ФБЛ, внутренние и международные преступления и еще массу всякого такого, что было слишком, слишком большим для такого парня, как Фил Гиш.

Он набрал входной код двери, переступил порог и уже было прикрыл за собой дверь, как вдруг сообразил, что возвращается не в одиночество.

Перед ним на четвереньках, явно с намерением заглянуть под кровать, но теперь повернувшись к нему лицом, стояла черноволосая девушка с ушками, как у фавна. Все мышцы юноши оцепенели, рука впилась в ручку чуть приоткрытой двери. Он был готов рывком закрыть ее и броситься наутек.

Улыбнувшись, девушка медленно поднялась.

— Хелло, — приветствовала она хозяина квартиры теплым голосом с иностранным акцентом, который Фил не смог сразу определить. — Я кое-что потеряла, вот и думаю: может, это здесь?

Она поправила серый костюм в темных разводах, именно тот, который снимала на его глазах накануне вечером. Затем лениво провела рукой по волосам вдоль хвостика, которым заканчивалась ее прическа.

— Кое-что? — прохрипел Фил — его рука все еще намертво была приклеена к ручке.

Он ничего не мог с собой поделать. Каждый раз, когда он смотрел ей в глаза, взгляд опасливо скользил по фигуре вниз, к тридцатисантиметровым «платформам» туфель.

— Да, — подтвердила она. — А… как он по-вашему?… Киска. — Помолчав, добавила: — Вы ведете себя так, будто меня знаете. — Ее улыбка стала шире, и она погрозила ему пальчиком. — Подсматриваете за мной, бессовестный мальчик?

Фил глотнул воздух и так ничего и не ответил, однако последняя фраза в какой-то степени очеловечила девицу в его восприятии. По крайней мере, галлюцинации не заставляют краснеть.

— Все в порядке, — заверила она его. — Окна напротив, почему бы нет? Кстати, они немножко открыты, думаю, может, киска прыгнула сюда. Вот я и переступила, чтобы посмотреть.

— Переступила? — несколько истерично переспросил Фил. Взглядом он снова уперся в ее ноги.

— Конечно, — радостно произнесла она и показала на окно. — Посмотрите.

С большой неохотой Фил оторвал пальцы от дверной ручки и осторожно подошел к открытому окну. Между ним и окном напротив лежала довольно хлипкая складная лестница из какого-то серого металла.

Фил обернулся.

— Это зеленый кот? — с еще большей неохотой поинтересовался он.

Ее лицо просияло.

— Он перепрыгнул. Фил кивнул.

— Знаете, — быстро проговорил он, — думаю, что сегодня я познакомился с вашим братом, журналистом по имени Дион да Сильва. Он представляет газету «Ла Пренса».

Она энергично закивала головой, едва услышав имя.

— Правильно. Я — Дита да Сильва.

— А я — Фил Гиш. Вы сказали — Дита?

— Точно. Сокращенно от Афродита, богиня любви. Нравится? Пожалуйста, скажите, где сейчас мой брат и киска?

— Не имею ни малейшего понятия, — печально ответил Фил.

Она пожала плечами, словно именно это и ожидала услышать.

— Ничего нового. Мы сумасшедшие, всегда теряем друг друга.

— Так вы и вправду из Аргентины? — с сомнением спросил Фил.

Ее акцент вовсе не был похож на испанский, но, с другой стороны, он мало что знал по-испански.

— Точно, — небрежно подтвердила она, явно витая мыслями где-то далеко. — Далекая, далекая страна.

— Скажите, пожалуйста, — продолжил он, — ваш кот обладает необычайным влиянием на людей?

Дита хмуро посмотрела на него.

— Необычайное влияние? — медленно повторила она, словно пробуя на вкус каждый слог. — Непонятно.

— Я имею в виду, — терпеливо пояснил Фил, — то, что он может делать людей счастливыми.

Морщинки на ее лице разгладились.

— Точно. Милая маленькая киска делает людей счастливыми. Ты любишь животных Фил?

Он снова не сдержался и окинул взглядом ее ноги, но в целом продолжал чувствовать себя нормально.

— Мисс да Сильва, — произнес он, — у меня к вам еще много вопросов, но, к сожалению, я не знаю испанского, а вы, как мне кажется, не в достаточной мере владеете английским, чтобы ответить на них. Но, может, если бы я рассказал вам обо всем, что со мной произошло, вы бы смогли ответить? По крайней мере, я надеюсь. Присядьте, мисс да Сильва, это очень длинная история.