Добрые друзья - Пристли Джон Бойнтон - Страница 138

— Дайте свет! — прошипел он, но свет не загорелся. Справа от просцениума была небольшая дверка, а за ней — несколько каменных ступеней, ведущих за кулисы. Несколько человек с последних рядов устремились к этой двери. Весь партер — передние и задние ряды — был поделен вдоль широким проходом, перегороженным по середине лишь толстым канатом. По этому проходу прямо к сцене двигались, толкая и пихая друг друга, несколько силуэтов. Из группы доносились негодующие крики Джимми. До сих пор все шло хорошо, но вот тут-то и начался хаос: беспорядочная игра света, тени и стремительно развивающихся событий.

— Отпустите, говорю!

— Эй, ты чего задумал?

— Выведите их из зала!

— Где свет, дурачье?

— Ах так!

Опять крики — других зрителей и некоторых зрительниц. В проходе рядом со сценой завязалась настоящая драка. Джимми принимал в ней участие. Неизвестно откуда выскочивший здоровяк бросился прямо в дерущуюся толпу и раскидал нескольких человек. То был Джо.

— А ну вон отсюда! — взревел он. И кто-то действительно покинул место событий — раздался треск, потом удар: кому-то достался крепкий тумак от разъяренного артиста. Опять крики, вопли и хруст. Человека, потерявшего сознание, подняли и унесли с дороги. Наконец загорелся свет — медленно и неохотно, словно ему было стыдно за происходящее.

— Господи! — заорал Иниго, выглянув из-за рояля в зал. — Это же Монти Мортимер!

Так оно и было. Мистер Монти Мортимер вмешался в драку, попал под горячую руку Джо и схлопотал от него тумак, но земных пределов еще не покинул. Впрочем, мы с вами его больше не увидим. Прощай, Монти!

Кто-то прокричал, чтобы опустили занавес; человек двадцать что было мочи звали полицию; еще сто просто вопили. Свет вновь погас — на сей раз мгновенно. Затем потухли и софиты. Зал погрузился в темноту и превратился в кромешный ад.

— Эй! — закричал мистер Окройд, когда трое или четверо незнакомцев взобрались по ступенькам за кулисы. Вид у них был самый угрожающий. — Вы что тут делаете?!

— Выходим на сцену, — ответил один, а второй выпятил губу и прорычал: — С дор-роги!

— А ну брысь отсюда! — злобно проговорил мистер Окройд.

В следующий миг его ударили в спину, бросив на самого крепкого хулигана, а тот одним ударом отшвырнул его к стене. Потухли все огни — негодяи добрались до распределительного щитка. Мистер Окройд прыгнул вперед, врезался в кого-то, получил по голове, но все же успел отвесить ближнему изрядного тумака. Раздался вопль рабочего сцены. Зрители кричали не переставая. Мистер Окройд устремился к щитку, однако путь все время преграждали какие-то люди и вещи. Вдруг завязалась потасовка, мистер Окройд споткнулся, полетел на пол, и прямо на него упало еще несколько человек.

— Пожар! Пожар! — прокричал рядом чей-то голос.

— Пожар! Пожар! Пожар! — подхватило множество голосов, срывающихся на крик.

Мистер Окройд кое-как поднялся на ноги.

— Нет тут никакого пожара! — отчаянно завопил он.

— Пожара нет! — крикнули со сцены. — Оставайтесь на своих местах, пожалуйста!

В зале стоял невероятный, чудовищный гам. Со всех сторон доносились крики и треск.

— Да включите же свет! — взревел кто-то. — Свет, свет! — И издалека: — По-жар! Пожа-ар! Пожа-ар-р!

Мистер Окройд опять ринулся к щитку. Вместе с ним в том же направлении пробирался кто-то еще. Джо.

— Давай, малыш Джо! — крикнул мистер Окройд. У щитка стояли двое. — Получи! — Он ударил первого. Второй испустил вопль, первый охнул, и мистер Окройд схватился за переключатели. Вспыхнувший свет озарил Джо, бросившегося в погоню за одним из хулиганов; второй упал. Мистер Окройд побежал на сцену — крикнуть зрителям, что никакого пожара нет. В зале творилось безумие: все орали, визжали, толкались и пинались.

— Оставайтесь на местах! — орали со сцены Джимми, Мортон Митчем и Иниго; женщины стояли рядом, бледные и ошалевшие. Не прошло и минуты, как все огни, кроме двух-трех под самой крышей, опять потухли. Щиток! За кулисами мистер Окройд врезался в крупную даму, которая что-то кричала — вроде бы «Джерри!». И действительно, в следующий миг откуда-то выскочил Джерри Джернингем. Вышеупомянутая дама тут же его схватила и утащила за сцену. Из зала донесся грохот: крушили мебель. Звенели бьющиеся лампочки. Из черной тени под сценой выскочили и пустились наутек несколько хулиганов. Где-то продолжали кричать «Пожар!». Мистер Окройд включил несколько софитов. Запахло гарью — кажется, запах шел с другой стороны сцены. Мистер Окройд позвал остальных и бросился туда. Дым, много дыма. Он шел от кучи старых штор, брошенных в углу. Вместе с Иниго они вылили на кучу два огнетушителя: огня не было, но удушающий дым слепил глаза. Наверху что-то вздрогнуло и зашаталось. Стоявший там Джо закричал. Мистер Окройд почувствовал за собой тихий шелест. Занавес опускался — сам по себе, потому что у рукоятки никто не стоял. Мимо промчался, расталкивая всех вокруг, какой-то человек. Почему Джо бежит вниз и орет во все горло? Огромные панели по бокам сцены, установленные еще при строительстве театра и очень старые, выглядели крайне ненадежно. Лучше бы народу поберечься. Сверху опять что-то затрещало и задрожало.

— Берегись! — завопил мистер Окройд тем, кто столпился в глубине сцены. — Бегите оттуда, живо!

Мисс Трант, Джимми и Сюзи с полной охапкой нот все еще стояли там. Мистер Окройд заорал и бросился к ним, махая руками.

Могло показаться, что рухнул весь театр: с таким грохотом упали на сцену панели. Мистера Окройда и Сюзи не задело. Джимми сидел на сцене, обхватив голову, и стонал. Мисс Трант, белая как мел, неподвижно лежала на полу. Полиция наконец приехала, и с улицы доносился лязг пожарных машин. Мисс Трант, сколько ее ни тормошили и ни звали по имени, так и не пошевелилась.

— Хорошенький вышел бенефис, ничего не скажешь, — мрачно проговорил инспектор. Рядом с ним стояли Иниго и Джо в сценических костюмах — грязных и порванных, — мистер Окройд, с ног до головы в синяках и саже, и два работника гатфордского театра. Остальные ушли час или полчаса тому назад. Мисс Трант и все еще стонущего Джимми тогда же отвезли в больницу.

— Что сказали врачи — про мисс Трант? — дрожа, спросил Иниго. Впервые в жизни он чувствовал такую невыносимую усталость. Ноги его больше не держали. Ему было тошно, и голова шла кругом.

— Я как раз выясняю, — ответил инспектор. — Через пару минут мне доложат. А вы, ребятки, хоть переоделись бы. Собирайтесь домой, я же вижу, на ногах еле стоите. Я тем временем подготовлю отчет.

Он иронически огляделся по сторонам. Пожар не причинил большого ущерба — к прибытию пожарной бригады его почти затушили. Но выглядел гатфордский театр чудовищно: паническое бегство зрителей не прошло даром для здания, а сцена превратилась в мокрые обугленные развалины.

— Обошлось, слава Богу, — продолжал инспектор, — хотя я не говорю, что все хорошо. Театр еще не скоро откроется. Но я так скажу: человеческая жизнь превыше частной собственности. Могли погибнуть десятки — да, десятки, целая прорва людей — в такой давке это немудрено. Но пока жертв нет и вряд ли будут. Повезло, несказанно повезло! Семь человек ранено — других цифр у меня нет. Это только из числа зрителей, не считая двух ваших.

— Ничего б такого не случилось, инспектор, — убежденно проговорил мистер Окройд, — если б кто-то не заорал «Пожар!». Я знал, чем это закончится. Мы пытались их остановить.

— Но пожар-то был, — заметил инспектор.

— Нет, он потом начался, а когда кричали, ничего еще не было. Да и пустяк это, а не пожар — мы ж его сами и затушили.

— Что правда, то правда, — устало проронил Иниго.

— Так, а кто все устроил? — спросил инспектор.

— Я же грю, — ответил мистер Окройд, — хулиганы, которые на последних рядах сидели. Сперва вырубили свет, а потом, сдается, один из них забил пожарную тревогу.

— Как пить дать, — добавил Джо и рассказал, что с ним случилось, когда поднялся шум.