Жених напрокат - Гиффин Эмили - Страница 4

Я киваю, но, когда Декс встает, мои глаза вновь наполняются слезами.

— Успокойся, — говорит он тихо, но твердо. Он стоит на пороге, держась одной рукой за скоб ку ручки, другой поправляя волосы (довольно длинные — очень сексуально).

— А что, если она уже звонила Маркусу? — & спрашиваю я, когда Декс уже почти вышел, и добавляю уже самой себе: — Боже, какие мы подлецы,

Декс оборачивается и смотрит на меня с порога. Сначала мне кажется, что сейчас он сердито прикрикнет на меня, чтобы привести в чувство. Скажет, что это не вопрос жизни и смерти. Но его голос звучит мягко:

— Рейч, мы вовсе не подлецы. Я все улажу. Главное, говори то, что я тебе сказал. Рейчел!

— Да?

— Мне жаль.

— Ох, — отвечаю я, — мне тоже.

Мы говорим друг с другом — или с Дарси?

Когда Декс уходит, плетусь к телефону, все еще чувствуя головокружение. Лишь спустя несколько минут наконец справляюсь со своими нервами и звоню Дарси.

Она в истерике.

— Этот ублюдок не ночевал дома! И для него будет лучше, если он сейчас лежит в реанимации! Тебе не кажется, что он мне изменил?

Собираюсь сказать, что он просто пил с Маркусом, но задумываюсь. Не будет ли это слишком просто? Сказала бы я так, если б действительно ничего не знала? Едва ли. Сердце у меня колотится, комната все еще кружится перед глазами.

— Я уверена, что он тебе не изменил. -

Она фыркает:

— Почему ты так уверена?

— Потому что он не может тебе изменить, Дарси.

Сама не верю той легкости, с которой говорю это.

— Ну и где он тогда, черт его дери? Бары закрываются в четыре, самое позднее в пять утра. А сейчас половина восьмого!

— Не знаю. Мне кажется, тому есть какое-нибудь разумное объяснение.

— Конечно, есть.

Она спрашивает, во сколько я ушла, был ли он в баре и с кем был — те самые вопросы, которые мы отрепетировали с Дексом. Отвечаю неопределенно, как мне было велено. Намекаю, что ей стоит позвонить Маркусу.

— Уже звонила, — отвечает она. — Этот придурок не берет трубку!

Ура! У нас есть шанс.

Слышу щелчок, и голос Дарси пропадает; затем она перезванивает и сообщает, что Декс вернулся и что мы поговорим попозже. Встаю и тащусь в душ. Смотрю в зеркало. Лицо припухло и покраснело, вокруг глаз — разводы туши и карандаша, хрусталики мутные — я не сняла на ночь линзы. Быстро их вынимаю и начинаю приводить себя в порядок. Волосы и кожа пропахли табачным дымом. Со времен колледжа я не страдала от похмелья, да и там это случилось всего один раз. Я учусь на своих ошибках. Большинство ребят в колледже говорили: «Никогда больше не буду напиваться», а через неделю все повторялось. Я устояла. У меня такой характер. Из того, что случилось вчера, я тоже сделаю выводы. Как только уничтожу все следы.

Принимаю душ. Телефон кладу на раковину — надеюсь, Дарси вот-вот позвонит и скажет, что все в порядке. Но время идет, а она не дает о себе знать. Ближе к полудню начинают звонить друзья с поздравлениями. Родители тоже выполняют эту ежегодную обязанность («Угадай, где я была в этот день тридцать лет тому назад?»). Пытаюсь вернуть себе хорошее настроение и развеселиться, но это не так-то просто.

В три часа дня от Дарси все еще нет вестей. Я нервничаю. Выпиваю стакан минералки, заказываю яичницу с беконом, которую Дарси с похмелья обычно видеть не может. Но бессмысленно ждать облегчения, когда ты пребываешь в тоске, в ожидании,

что тебя разоблачат. Вдруг кто-нибудь видел нас вдвоем в «Севен-би»? В такси? На улице? Кто-нибудь, кроме Хосе, в чьи обязанности входит ничего не замечать? Что сейчас происходит в квартире на Уэст-Сайд? Декс спятил и во всем признался? Дарси собирает вещи? Они весь день занимались любовью, чтобы компенсировать упущенное время? Или ссорились, поочередно обвиняя друг друга?

Страх усиливает эмоции, будь то стыд или сожаление, но поскольку все произошло так внезапно, я не чувствую себя виноватой в том, что обманула лучшую подругу. Даже когда обнаруживаю на полу использованный презерватив. И единственное, что меня удручает, — это полное отсутствие чувства вины. Впрочем, я думаю, что покаюсь позже, как только пойму, что я в безопасности. Господи, прости меня. Такое больше никогда не повторится. Прости мне на этот раз. Я готова пожертвовать своим будущим, всеми шансами выйти замуж!

Вспоминаю все сделки, которые пыталась заключить с Господом Богом, начиная с ранних лет. Пожалуйста, сделай так, чтобы я получила за контрольную по математике не ниже четверки. Тогда я буду работать на бесплатной раздаче супа каждую субботу, а не только раз в месяц. Таково детство. Мне казалось, что если я получу тройку, то весь мир полетит в тартарары. Как я могла, пусть и ненароком, пожелать кому-то зла? Как могла совершить такую невероятную, возможно, способную перевернуть жизнь абсолютно непростительную ошибку?

Не могу больше ждать. Звоню Дарси на мобильник, но она не отвечает. Звоню на домашний, надеясь, что она возьмет трубку. К телефону подходит Декс. Я съеживаюсь.

— Привет, Декс. Это Рейчел, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал естественно.

Помнишь ли ты, что подружка невесты на твоей предстоящей свадьбе — та женщина, с которой ты занимался любовью сегодня ночью? 23

— Привет, Рейчел, — спокойно отвечает он. — Хорошо провела время?

Сначала мне кажется, что он намекает на случившееся, и я прихожу в ужас от его беспечности. Потом на заднем плане слышу голос Дарси и понимаю, что Декс имеет в виду всего-навсего вчерашнюю вечеринку.

— Очень, очень славно, замечательная вечеринка! — Я прикусываю губу.

Дарси выхватывает у него трубку. Голос у нее бодрый — почти такой, как всегда.

— Прости! Я забыла тебе перезвонить. Здесь была настоящая драма.

— Ты в порядке? С тобой и с Дексом все нормально? — Я с тревогой произношу его имя, как будто оно каким-то образом может меня выдать.

— Да— Да... подожди минуточку.

Слышу, как она закрывает дверь; разговаривать по телефону Дарси всегда уходит в спальню. Вспоминаю кровать с балдахином, которую помогала ей выбрать в магазине Роджерса. Вскоре она станет их брачным ложем.

— Да, все в порядке. Он пил с Маркусом. Они засиделись до утра, а потом решили где-нибудь перекусить. Но знаешь, я до сих пор вне себя. Сказала ему, что он круглый идиот — ему тридцать четыре года, дома его ждет невеста, а он шляется где-то всю ночь. Разве не идиотство?

— Это точно. Впрочем, обошлось без последствий. — Проглатываю комок в горле и думаю, что да — могло бы и в самом деле обойтись без последствий. — Я рада, что у вас все уладилось.

— Да, кошмар закончился. Но он должен был позвонить. Как ты думаешь, этот козел меня не обманывает?

Ты меня слышишь?

— Слышу, — говорю я и смело добавляю: — Я же сказала, что он тебе никогда не изменит.

— Знаю... Но воображение у меня буйное, я все еще представляю его с какой-нибудь голой бабой.

Именно то, что было минувшей ночью. Знаю, что я не «какая-нибудь баба», но был ли это сознательный выбор с его стороны — с кем переспать до свадьбы? Нет, конечно. Разумеется, он бы не стал спать с подружкой своей невесты на трезвую голову.

— В любом случае как тебе вечеринка? Я плохая подруга — напилась и свалила раньше всех. Вот черт! Сегодня же твой день рождения! Поздравляю! Господи, какая я дрянь, Рейч.

Да, ты плохая подруга.

— Все было здорово. Вечер получился замечательный. Спасибо за то, что ты мне устроила, был настоящий сюрприз, просто потрясающе.

Слышу, как открывается дверь и Декс говорит, что они опаздывают.

— Мне надо собираться, Рейч. Мы идем в кино. Хочешь с нами?

— Нет, спасибо.

— Ну ладно. Но ведь мы поужинаем вместе, да? Часов в восемь?

Совершенно забыла, что мы собирались все вместе отужинать в честь моего дня рождения — я, Декс, Дарси и Хиллари. Говорю, что не уверена, буду ли в норме, потому что у меня жуткое похмелье, даже несмотря на то что после двух часов ночи я уже не пила. Добавляю это и тут же вспоминаю, что лжецы всегда изобретают множество подробностей.