Любовь сильнее меча - Легостаев Андрей - Страница 60

— Что такое важные дела? — перебил посланец. — Ради смерти можно отложить любые дела — того требует рыцарская честь. Кто ради каких-то дел откладывает смерть, тот напоминает труса, пытающегося бежать с поля боя.

— Хорошо, — кивнул сэр Бламур. — Я немедленно сообщу сэру Радхауру о вызове герцога Иглангера. Вы будете ждать ответ графа, сэр Кардок?

— Я буду ждать здесь сколь угодно долго, чтобы затем вернуться к его сиятельству герцогу Иглангеру и доложить слова графа Маридунского, — переполненный чувством собственного достоинства, произнес тевтонец.

— Принесите посланцу герцога Иглангера эля, чтобы скрасить ожидание, — приказал сенешаль караульным.

— Я ничего не возьму из рук обитателей этого замка! — напыщенно воскликнул незваный гость.

— Как знаете, — пожал плечами сэр Бламур. — Ждите так.

Сенешаль вошел в ворота и тяжелые створки захлопнулись перед тевтонским рыцарем.

Посланец Иглангера ожидал не так долго, как приготовился.

Ворота Рэдвэлла вновь распахнулись и вперед, на подъемный мост, вышел сэр Бламур. Позади него стояли четверо охранников, подчеркивая важность слов, которые произнесет сенешаль Рэдвэлла.

Голос сэра Бламура был столь же торжественнен, как до этого у тевтонца.

— Передайте герцогу Иглангеру, что сэр Радхаур, граф Маридунский, на могиле своих братьев и у тела убитого герцогом Иглангером отца поклялся отомстить убийце. Граф Маридунский помнит, что от его собственной руки погиб герцог Вольфангер, младший брат герцога Иглангера, а так же двое других братьев — герцог Линксангер и герцог Берангер. Сэр Радхаур принимает вызов герцога Иглангера, которого искал долго и безуспешно, и ровно через два часа приедет на честный смертельный поединок к Рэдвэллским Камням. Граф Маридунский своей честью не допустит применения магии для помощи ему с чьей бы то ни было стороны.

— Это все? — спросил посланец, который уяснил главный смысл сказанного — вызов принят.

Теперь ему не терпелось сообщить об этом герцогу.

— Да, — кивнул сенешаль, — это все, что просил передать вам граф. От себя же могу добавить, что сэр Радхаур через два часа убьет герцога Иглангера и я сам лично буду присутствовать при этом.

Тевтонский рыцарь усмехнулся на эти слова, молча развернул своего коня и помчался прочь.

К каменным столбам, поставленным в память о двух кровавых сражениях бриттов с саксами, два отряда подъехали одновременно.

Герцог со своим отрядом поджидал в лесу, у памятного водопада, который ничуть не изменился за это время. Дозорный зорко следил за замком. Герцог не собирался опаздывать на поединок, но и дожидаться противника в назначенном месте не желал.

По знаку Иглангера его отряд остановился, когда до камней оставалось не более пятидесяти шагов. Отряд из замка тоже придержал своих коней.

Герцог приблизился к врагам, позади него следовали лишь два оруженосца.

— Я прибыл по вашему вызову, герцог Иглангер, для честного поединка, — громко сказал Радхаур. — Я давно поклялся отомстить вам за смерть отца и братьев. Я готов к бою.

— Я тоже, — почему-то хрипло сказал Иглангер. — Я так долго ждал этого дня.

Герцог не боялся смерти, он готов к ней. Единственное, о чем молил он Силы Космические, — чтобы унести с собой в могилу ненавистного врага, отнявшего у него все: братьев, силу, любовь…

Он окинул взглядом трех всадников, кони которых стояли вровень с графским.

— Вы — верховный король Британии? — поклонился он Этварду. — Мы с вами встречались.

— Да, — кивнул Этвард, глядя герцогу в глаза. — Здесь же, во время первого сражения. — Вы хотели убить меня заколдованным мечом. Но погиб сэр Отлак. Я сам с удовольствием сразился бы с вами, но вы выбрали Радхаура. Надеюсь, он убьет вас.

Герцог кинул быстрый взгляд на Хамрая и ответил королю Этварду:

— Да, тогда в моих руках был заколдованный меч. Но сейчас я хочу биться честно. Я отомщу за смерть братьев без всякой магии! — Он поднял руку вверх с раскрытой ладонью, показывая, что намерения его честны. — Клянусь перед Силами Космическими, перед всеми богами, взирающих на нас с высот небесных и из далей нездешних, что в предстоящем поединке не употреблю магии ни на самую малость. — Он опустил руку. — И с вас, сэр Радхаур, прежде чем начать бой, я требую такой же клятвы.

— Я не владею магией, я — воин, — спокойно сказал граф.

— Но он, — кинул на Хамрая злой взгляд Иглангер, — владеет. Вы специально взяли его с собой, чтобы…

Хамрай спокойно смотрел на человека, поклявшегося убить Наследника Алвисида.

— Вы можете победить меня в честном бою, — оборвал герцога Радхаур, — но оскорблять себя я не позволю. Барон Ансеис — мой друг. После взятия Рэдвэлла король Этвард пожаловал ему оставшиеся без хозяина земли сэра Насьена и барон с тех пор живет здесь.

— Я требую, чтобы он назвал свой магический чин и поклялся, как и я: не использовать магию, когда мы будем сражаться.

— Я не обязан приносить никаких клятв, — усмехнулся Хамрай.

— Барон, — повернулся к нему Радхаур, — я прошу вас об этом. — Он помолчал и добавил:

— Если я останусь жив, я выполню ваше желание. Но я должен в честном бою отомстить за отца и братьев.

— Что ж, — преодолевая в себе нечто непонятное, согласился чародей, — раз вы просите, сэр Радхаур, будь по вашему. — Он повернулся к Иглангеру. — Я — Хамрай, тайлорс. Клянусь всем дорогим мне пред Силами Космическими и всеми, кто услышит эту клятву, что не использую свои силы первым ни для того, чтобы помочь кому-либо из сражающихся, ни для того, чтобы помешать. Но на магию я отвечу магией. Вам этого достаточно, герцог?

— Да, — только и выговорил он. — Я вполне удовлетворен вашей клятвой.

Тайлорс! А он, безумец осмелился бросить ему тогда вызов! Фоор и Хамрай — два тайлорса выступили вместе против него с братьями! Да не то, что силу магическую — жизнь мог запросто потерять. Хотя, вполне возможно, он потеряет ее сейчас, так и не познав любви…

— Могу, однако, добавить, — мрачно сказал Ансеис, — что если вы сегодня победите, то будете иметь дело со мной.

— Вы еще осмеливаетесь угрожать мне?! — взревел Иглангер.

Но тут же взял себя в руки. Тайлорс, не используя магию, но лишь знания человеческой натуры, выводит его из себя. Как тогда… Нет, больше не выйдет, герцог спокоен, как вода, бесконечно устремляющаяся вдаль и знающая, что своей дали достигнет.

— К бою! — сказал герцог, протягивая руку к оруженосцу, чтобы тот подал копье. — Вы готовы, сэр Радхаур?

— Да, готов.

— Отлично! Я убью вас!

Радхаур ничего не ответил. Он взял у оруженосца щит и копье и отъехал на положенное расстояние. Он специально выбрал место, чтобы обоим противникам заходящее солнце светило одинаково сбоку. Честный бой — так честный, никаких ухищрений.

Король Этвард, барон Ансеис и сэр Бламур вернулись к отряду, чтобы оттуда наблюдать за поединком.

Радхаур развернул коня, покрепче перехватил копье, поднял выше щит. Трижды сплюнул через левое плечо. Чему быть, того не миновать. Он убил трех братьев герцога. Герцог — его двух братьев и отца. Отца — в честном бою, на полю битвы. Но — заколдованным мечом. Радхаур же — только мечом. Правда, Гурондоль тоже меч не из простых…

Неожиданно в голове графа всплыла картина из давнего пророчества в Храме Каменного Зверя — из глаз светловолосой женщины капают слезы, превращаясь в озеро, и из озера слез выходит человек — он, Радхаур. Радхаур ли?

Он был Уррием, стал Радхауром. Не уготовано ли ему судьбой еще одно имя, еще одна ипостась?

И не сейчас ли он сделает шаг ей навстречу?

Противник сидел на красавце коне шагах в семидесяти от Радхаура. О чем думал герцог? Может, о том, что именно здесь, на этом самом месте, он впервые воочию встретился с нынешним противником, ненавистным врагом. Тогда их клинки не нашли друг друга…

Но в той битве герцог Иглангер впервые так близко увидел смерть в лицо. Лишь вмешательства сил Тьмы, закрывших на время луну, спасло его тогда. Герцог чувствовал, что сейчас он так же близко к порогу смерти. И никто на сей раз не поможет ему скрыться.