Игра 14.0 - Познански Урсула - Страница 21

Никаких кувшинов они не нашли, зато Бастиан, не успев сделать и нескольких шагов, споткнулся о деревянную палку, оказавшуюся черенком лопаты. Тихо радуясь тому, что хоть что-то нашел, он отнес находку к скале.

— Очень хорошо, Томен, ценное орудие, — похвалил его Ральф и жестом подозвал Георга. — Вы двое принимайтесь за выгребную яму. Только ройте не очень близко к могилам — мы не хотим нарушать покой павших.

Рыть выгребную яму. Бастиан тяжко вздохнул.

— О, он великолепно справится, — отозвалась Сандра за него. — Томен сильнее, чем кажется, и не боится грязной работы. Правда ведь, Томен?

Тот молча кивнул и решил для себя, что хоть в голосе Сандры и проскользнули насмешливые нотки, но злорадства все-таки слышно не было.

Георг принял задание как должное, и глазом не моргнув.

— Надо отыскать подходящее место. — Он на ходу огляделся, остановился и хлопнул Бастиана по плечу: — Выбирайте, Томен. Вы говорили, что знаете толк в природе, так покажите, где вашей душе угодно будет в ближайшие дни давать волю своей природе.

Этого еще не хватало. С другой стороны, ничего трудного тут вроде не было. Нужно всего лишь выбрать место, располагающееся чуть в стороне от лагеря и достаточно укромное.

Вместе с Георгом они добрались до опушки, где Бастиан наконец нашел то, что искал. Всего в нескольких шагах от луга, в тени деревьев, прятался пятачок, который с одной стороны отгораживала скала, а с другой — кусты. Если присесть тут на корточки, никто тебя и не заметит.

— Копаем здесь, — объявил Бастиан.

— Вы уверены?

— А почему нет?

— Чувствуете, откуда дует ветер? С запада. В этих краях он обычно дует оттуда. Иначе говоря, прямиком в сторону нашего лагеря. И нам всем придется наслаждаться неописуемыми ароматами.

Можно было бы обойтись и без сарказма, подумал Бастиан.

— Что ж, тогда просто перейдем на другую сторону луга и будем копать там.

Но Георг не собирался так легко от него отставать.

— Вам не приходит на ум ничего, что говорило бы против вашего выбора?

— И что же именно должно было прийти мне на ум?

— А вы разве не слышите?

Черт возьми, что именно он слышит? Шум деревьев? Голоса других участников? Жужжание этих проклятых мошек?

— Нет, — нервничая, сказал Бастиан. — Я ничего такого не слышу.

Со снисходительной улыбкой на лице Георг взял его за руку и повел в лес. Они сделали всего несколько шагов, и Бастиан понял, к чему клонились его загадочные намеки. Журчание, плеск. Ручей.

— Не стоит гадить там, где пьешь, — пояснил Георг и принялся доставать ветки со дна ручья. Вскоре вода заструилась заметно быстрее.

Присев на корточки, Бастиан тоже склонился к ручью и стал помогать Георгу, впрочем, не упуская возможности облиться водой, напиться и наполнить флягу. Вода оказалась удивительно чистой и свежей на вкус, и к нему мигом вернулось хорошее настроение. Когда в последний раз он пил с таким удовольствием? Встав на четвереньки, опустив голову в струящийся ручей? Да вообще он хоть раз в жизни пил так воду?

Бастиан рассмеялся и тряхнул волосами — брызги разлетелись во все стороны. Георг посмотрел на него странным задумчивым взглядом.

— Скажите, Томен, с какими болезнями вы знакомы? Как велики ваши познания?

Хоть вопрос и был адресован его средневековому двойнику, Бастиан почувствовал за ним неподдельный интерес. Впрочем, всерьез ведь можно было и не отвечать.

— Ну… я овладел разными навыками. Но пока что меня нельзя назвать настоящим врачевателем.

— Понятно. — Георг отвернулся.

Они пересекли луг, где как раз сооружали место для костра. Девушки носили туда охапки хвороста, еще кое-кто таскал булыжники — из них выкладывали круг для кострища. Может, кто-нибудь все-таки прихватил втихомолку спички?

На подветренной стороне лагеря поначалу тоже не нашлось никакой подходящей площадки для выгребной ямы — местность здесь довольно круто уходила вниз.

— Тут мы просто один за другим покатимся с голыми задницами по склону, — вздохнул Георг.

Однако в конце концов место они выбрали, и довольно удачное — ровный участок возле скалы, наполовину скрытый низко свисавшими лапами елей. Неподалеку высился громадный муравейник.

— Ничего лучше мы сейчас уже не найдем. Так. Копаем яму примерно метр на метр и не глубже полутора, иначе наткнемся на грунтовые воды.

Что ж, это вполне реально сделать. Бастиан воткнул лопату в дерн и начал копать. Сперва работа продвигалась быстро, однако под верхним слоем земли лежал каменистый грунт, и приходилось сначала обкапывать крупные камни, а уж потом выбрасывать их из ямы.

Бастиан дышал всё тяжелее. Он снял рубашку — та оказалась фантастически грязной, хотя носилась едва ли четыре часа. Бастиан ощущал, как по спине и груди льется пот. Уже сейчас он страстно мечтал о душе, который ему удастся принять, самое раннее, через пять дней. Вдобавок вернулась мошкара — целый рой. Бастиан отбивался от нее, но безуспешно. Пот заливал глаза, их щипало.

— Передышка. Мне нужна передышка. Тебе… вам надлежит сменить меня.

Он выбрался из ямы и побежал через луг к ручью, где принялся обливаться, зачерпывая ладонями ледяную воду, потом опустил голову в ручей, до самого дна, и просто пил, пил, пил. Наконец оторвавшись от воды, Бастиан взглянул в сторону лагеря и почувствовал: там что-то изменилось. На лугу царило смятение; от прежней беспечной суеты не осталось и следа. Одни махали руками, показывая на могилы, другие вынимали оружие.

Бастиан в последний раз плеснул на себя водой и отправился искать Сандру. Девушка вместе с Лисбет и Доро стояла возле почти оборудованного кострища.

— Мы кого-то видели! Думаю, это был враг! — крикнула она Бастиану. Лицо ее светилось от волнения.

— Кого-то из тех, кто напал на деревню?

— Возможно. Он стоял вон там, наверху, на покосившейся скале. Смеялся и размахивал флагом с нарисованной головой волка. А потом исчез. — Сандра заговорщически посмотрела на Бастиана. — Ну наконец-то началось. Открываем охоту на врага.

Ральф, всё еще в шлеме и, видимо, оттого необычайно раскрасневшийся, махнул рукой.

— На охоту отправятся только те, кто уже выполнил свои задания! Выгребная яма готова?

Иди да погляди, подумал Бастиан, покачав головой.

— Что ж, тогда вы остаетесь. Остальные делятся на две части. Одна группа обследует скалу, где видели врага. Другая разворачивается в цепь и прочесывает лес. Не отходите слишком далеко друг от друга, места здесь коварные — легко затеряться. — С этими словами Ральф, он же Аларик фон Таннинг, гордо прошествовал к импровизированной постройке, над которой всё еще трудились кое-кто из игроков, и уселся в тени.

— Ленивая свинья, — пробормотал Штайнхен и сочувственно взглянул на Бастиана. — А не помочь ли вам в возведении означенной укромной обители? Быть может, мне достаточно будет рухнуть наземь, чтобы подо мной образовалась яма внушительных размеров?

— Спасибо, благородный Куно, — отозвался Бастиан и снова стал натягивать перемазанную рубашку. — Не утруждайтесь, мы справимся сами.

— Я помогу вам, — вызвался Варце. — Охотно этим займусь. Честное слово.

Присоединившись к Бастиану, он уселся рядом с ямой, которая всё увеличивалась в размерах, и стал ждать. Пожалуй, Варце замаскировался лучше всех участников игры. Для костюма он выбрал одежду типичных для леса цветов — зеленого, бурого и рыжего — и оттого оказывался почти незаметным. Единственное, что бросалось в глаза, — металлическое кольцо на шее.

— Что это? — поинтересовался Бастиан.

Варце, словно ждал этого вопроса, потеребил странное украшение и подмигнул Бастиану.

— Я браконьер.

В игре это, видимо, следовало понимать примерно так: «Н-да, и однажды меня сцапали и заковали в железо. В виде наказания мне хотели отсечь большой палец на правой руке. Я улизнул, но этот ошейник остался на мне».

От минуты к минуте жара становилась всё тягостнее. Они боролись с дремотой, дожидаясь, пока Георг выбьется из сил и передаст им лопату.