Гнев Льва - Джоблинг Кертис - Страница 39

Когда девушка подошла ближе к ступеням трона, мастиф неожиданно открыл глаза. Собака не чувствовала больше привычного запаха человека и ощутила присутствие Медведя. Уитли замерла и уставилась на мастифа. Он собирается залаять? Девушка прищурилась и не мигая смотрела на собаку сверху вниз, показывая ей обнажившиеся зубы. Уитли знала, что таким способом Медведь способен утихомирить и более могучего зверя, чем этот пес.

Мастиф опустил морду на лапы и только тихонько заскулил. Собака так и оставалась лежать, прижавшись брюхом к полу, пока Уитли подходила к Джоджо и тянулась за его ключами.

Дрю вздрогнул, заметив появившуюся со стороны винтовой лестницы тень. Другие узники тоже заметили ее, в их глазах появился страх. Если это Джоджо, хорошего ждать не приходится. А Дрю подумал про себя: «Пусть войдет. Я и без клыков сумею показать ему, с кем он имеет дело». Он низко пригнулся.

Со стороны лестницы показалась тоненькая фигурка, она быстро пробиралась вперед, ведя рукой по прутьям решетки, пока не наткнулась на входную дверь. Дрю услышал, как звенят ключи – похоже, что пришедший перебирал их один за другим, отыскивая нужный. Дрю заметил босые ноги незнакомца, а затем, когда свет горящего на лестнице факела упал на бледное лицо, узнал его наконец.

– Уитли?

Девушка подняла лицо от связки ключей. Да, это была Уитли – босая, в одной ночной рубашке.

– Дрю! – радостно ахнула Уитли. – Погоди минутку…

Уитли вновь принялась перебирать ключи, а Дрю тем временем бросился к двери. Спавшие узники начали просыпаться, разбуженные негромким разговором друзей.

– Где ты взяла эти ключи? – спросил Дрю, напряженно глядя в сторону лестницы и молясь о том, чтобы оттуда никто не появился. Риск, на который отважилась Уитли, был в самом деле смертельным.

– У Джоджо.

– У Джоджо? – переспросил Эван. – Но позвольте спросить, как вам это удалось, миледи?

– Справилась, – уклончиво ответила она, и в эту секунду ключ громко повернулся в замке. Уитли распахнула дверь и бросилась в объятия юного Вервольфа. Она дрожала, ее организм все еще продолжал бороться с лихорадкой.

– Слава Бренну, ты цела, Уитли, – сказал Дрю, крепче прижимая к себе девушку.

Он провел пальцами по своему ошейнику, нащупал то место, где он закреплялся винтом.

– Надеюсь, мы сумеем снять эту штуковину?

– Кузнецы в городе, конечно, найдутся, только сейчас, по-моему, не самое подходящее время звать их, – грустно улыбнулся Эван.

Дорн поднялся и, возвышаясь над Дрю словно башня, протянул свою руку.

– Дорн из Дайрвуда, – торжественно произнес он. – Вы окажете мне честь, если позволите сражаться на вашей стороне.

– Это будет большой честью и для меня, Дорн, – ответил Дрю, чувствуя в своей крови прилив адреналина.

– Что вы собираетесь предпринять? – спросил Бык, когда они вышли из камеры.

– От трансформации нам придется отказаться, – сказал Дрю, – иначе мы лишимся голов.

– Сражаться, – пробормотал Эван, словно копаясь в дальних уголках своей памяти. – Давненько же я не участвовал в бою.

– Козел разорил Хаггард, – произнес Дрю, напоминая Эвану о том, чего тот лишился. – Ваши враги там, наверху.

И добавил, обращаясь уже ко всем узникам:

– У каждого из вас здесь семья, дети, родители. Ваша жизнь. Ваш город. Все это вновь может стать вашим.

Узники – и мужчины, и женщины – пришли в движение. К ним возвращались надежда и вера. Не все они были готовы идти – одни были ранены, другие слишком запуганы, но тем не менее Дрю насчитал около пятидесяти человек, которые были готовы сражаться.

– Отвоюем наш город, – сказал Эван. – Вернем Хаггард себе!

Готовые к бою люди собрались вокруг Эвана. Они кланялись ему, повторяли его имя, шептали обращенные к Бренну молитвы.

– Каков план? – спросил у Дрю лорд-баран.

Юный Вервольф взял Уитли за руку:

– Держись рядом со мной, Уитли, – а затем обратился к остальным: – Расскажите мне все, что вам известно об этом замке, и поскорее. Дело предстоит опасное, но мы можем победить Козла. Теперь наша очередь преподнести ему сюрприз.

Эван и Дорн согласно кивнули, и маленькая, но решительно настроенная группа собралась с наружной стороны двери камеры, разрабатывая план своей атаки.

Глава 6

Битва при Хаггарде

Они ворвались в тронный зал без предупреждения, без боевых криков. Они надвигались словно прибой с единственной целью – убивать. Лежавший ближе всех к входу охранник был мгновенно задушен, за ним пришла очередь следующего. Мечи и ножи убитых нападавшие забирали себе. Только пятый бандит успел крикнуть перед смертью, его крик разбудил восьмерых остававшихся в живых наемников, и они вскочили, хватаясь за оружие.

Джоджо тоже проснулся и побежал вниз по ступеням трона. Старый мастиф поднял голову и запоздало залаял. Джоджо яростно пнул собаку, и мастиф покатился по полу. Джоджо увидел, как его люди мечутся по залу, а за ними гоняются хаггардские фермеры и рыбаки.

Командир наемников схватился за пояс, обнаружил, что кольцо с ключами пропало, выругался и выхватил из ножен недавно присвоенный у брекенхольмского следопыта меч. Это был славный меч, и у Джоджо давно чесались руки попробовать его в настоящем деле.

Какой-то человек из Хаггарда ударил одного из солдат по спине стулом. От удара стул развалился пополам, а солдат скорчился на полу, прикрывая руками голову. Нападавший собирался добить солдата, но не успел – меч вонзился ему в спину и прошел насквозь. Человек умер раньше, чем его тело успело соскользнуть с клинка на пол.

– Отлично, Пурни! – крикнул Джоджо нанесшему этот удар солдату и осмотрелся вокруг. Сбежавших заключенных было меньше, чем ему показалось вначале. Его солдаты – хорошо обученные и вооруженные – оказались лицом к лицу с жалкой кучкой изморенных голодных мужиков. Что же они дрожат от страха, идиоты, вместо того чтобы складывать штабелями к трону головы этой деревенщины?

Джоджо заметил, как пятеро заключенных исчезают на широкой лестнице в дальнем конце зала, ведущей наверх, к спальне его господина. Одним из них был Эван, другим – тот мальчишка-следопыт из Брекенхольма, и еще девушка в белой ночной рубашке. Дочь Берлорда? Джоджо ухмыльнулся, схватил пробегавшего мимо Пурни за шею и притянул к себе.

– Брось клич. Против нас горсточка жалкой деревенщины, больше ничего. Вы столкнулись не с армией, это просто подвальные крысы. Убейте их всех.

Он отпустил Пурни, и тот сразу же выпятил грудь, почувствовав уверенность в себе.

– Я наделаю фарш из этих баранов.

Дрю и Уитли вбежали на второй этаж чуть раньше барона Эвана и его людей. Дрю точно знал, куда им идти, – старый Баран успел рассказать ему о том, где расположена спальня Козла.

Нужно было торопиться, вот-вот Кесслара потревожат крики. Дрю подбежал к массивной двойной двери, повернул ручки и распахнул створки.

Надежды застать Козла врасплох не оправдались. Сквозь открытую балконную дверь пробивались первые солнечные лучи, тяжело хлопали на холодном утреннем ветру плотные шторы. Комната была пуста. Уитли влетела в комнату вслед за Дрю и сразу прислонилась к спинке кровати, с трудом переводя дыхание. Болезнь, пережитое нервное напряжение и частичная трансформация в тронном зале, поиски Дрю – все это отняло у нее последние силы.

– Должно быть, он внизу, со своими людьми, – сказал Дрю, проклиная свое невезение.

– Или просто сбежал, – добавила Уитли, неуверенными шагами направляясь к балкону.

– Стой! – крикнул Дрю, но было уже поздно.

Кесслар стрелой вылетел из-за штор, схватил Уитли за шею и поволок ее на балкон. Дрю рванулся следом, но лорд-козел сильнее сжал горло Уитли и приказал кивком головы, чтобы юноша отступил назад. Затем Кесслар заглянул через невысокую каменную стенку балкона вниз, во двор, куда к этому времени успела переместиться битва при Хаггарде. В резком утреннем свете лицо Козла казалось еще более грубым и отвратительным, как и его довольный смешок. Кесслара нимало не волновали происходившие внизу события – он просто наслаждался этим зрелищем.