Муравьи, кто они? - Мариковский Павел Иустинович - Страница 146

Бороться с фараоновым муравьем надо все время, систематически, не ослабляя на него наступления, если только не желаете оказаться побежденным. Хорошо бы санэпидстанциям следить за очагами заселения этого муравья агрессора. Может быть, когда-нибудь ученые предложат более радикальные способы уничтожения нежелательного и небезопасного поселенца наших жилищ муравья из мумии фараона.

Приспособились жить в домах и некоторые другие виды муравьев. Но один и тот же вид в различных районах своего обитания вдет себя по-разному. Это говорит о высокой степени изменчивости поведения. Так широко распространенный и многочисленный в природе муравей Тетрамориум цеспитум кое-где поселяется в домах человека. Так же ведет себя и другой широко распространенный муравей черный лазиус Лазиус нигер. В Европе живет в домах муравей Феидоле мегалоцефапа, но близкий к нему вид, обитающий в пустынях Средней Азии Феилоля паллидуля, пока не проявил такой особенности поведения. В Бразилии муравей-крошка Пренолепис фульва вредит запасам человека. В Рис-Гранд, на границе между США и Мексикой, в домах вредит, завезенный сюда, муравей-крошка из рода Иридомирмекс. В Бразилии муравей, прозванный маниоковым, забирается в дома и из кладовок тащит зерна маниока. Приспособился кое-где к жизни в человеческих жилищах муравей Соленопсис дебилис, обитающий на положении вора в муравейниках других муравьев. Удивительно как он легко сменил роль захребетника муравьиных обществ, на захребетника человеческих жилищ, будто нашел между ними что-то общее.

Муравьи-листорезы иногда сильно оголяют деревья, плодами которых пользуется человек, лишая их листвы и, следовательно, урожая. Кое-где считают вредными муравьев-жнецов, хотя, как я убедился, в Средней Азии он собирает только падалицу зерновых культур, да и то по периферии посевов, так как на самих посевах в условиях периодической вспашки жить не может. Кое-где считают вредным муравья красногрудого древоточца Кампонотус геркулеанус, хотя он селится только в древесине отмирающих деревьев, а также в пнях, к тому же проточенных другими насекомыми, живущими в древесине. Он способствует гумификции отмирающих деревьев. Из юго-восточной Азии в Полинезию и Чили завезен муравей Плагиолепис лонгипес — неприятный гость человеческих жилищ в жарких странах. Интересно, что вместе с ним проникли на новые места обитания и его симбионты — красный жучок из семейства Латирида и маленький кузнечик Мирмекофила пренолепидис. Аргентинский муравей Иридомирмекс гумилис завезен в порты Италии и юга Франции, где стал теснить местные виды муравьев. Много написано и о бродячих южно-американских муравьях рода Эпигон, предпринимающих массовые походы громадными полчищами. На своем пути эти муравьи уничтожают все живое. Кусаются они очень больно.

Беспокойство мирмекологов, да и медиков вызывает огненный муравей, быстро распространяющийся по Северо-Американскому континенту. Его ужаление очень болезненно и вызывает дерматиты. Он был случайно завезен из других стран.

Муравьев нередко обвиняют в том, что они защищают тлей, вредящих садам и полевым культурам.

Маленький не более метра высотой персик ранней весной разукрасился обильными цветами и стоял нарядный и торжественный в молодом саду. Вокруг него крутилось множество пчел и мух, и розовые венчики цветов слегка трепетали от любителей пыльцы и нектара. Потом, когда деревце отцвело, оно оказалось усыпанным шишечками плодов. Полив был хороший, появилась обильная листва и, хотя часть плодов отпала, оставшихся было так много, что как-то не верилось, что такое тщедушное растение даст богатый урожай. Но персик буйно рос, росли и его плоды, а чистые и гладкие листья сверкали на солнце, отражая его щедрые теплые лучи.

Прошла первая половина лета, Созрели черешни, за ними вишни. Зацвели роскошные мальвы. Что же стало с персиком? Он неожиданно остановил свой буйный рост, его многочисленные светло-желтые побеги скрутились, приняли уродливые очертания: деревце исподволь поразили персиковые или. Они быстро размножились на самых молодых нежных листочках, изуродовали их и сами спрятались в глубокие складки. Всюду по листочкам шмыгали юркие темно-рыжие муравьи куникулярии. Они доили тлей и оберегали их от врагов. Достаточно было лишь прикоснуться к одному из заселенных тлями побегов, как оттуда выскакивало несколько муравьев и принимало боевые позы, застывая с раскрытыми челюстями. Муравьи завладели всем деревом, оно для них стало чем-то вроде обширного пастбища, на котором благоденствовали их дойные коровушки.

Тли, высасывая соки растений, начали его угнетать. Постепенно один за другим стали опадать на землю уже большие, размером с грецкий орех плоды. Страдая от нахлебников, растение пыталось освободиться от излишней нагрузки.

Жаль молодое деревце. Как-то надо его спасать. Но как? Персик рос почти у самой ограды, у всех на виду, и соседи, проходя мимо, поглядывая на скрюченные листья, удивлялись и спрашивали:

— Почему не опрыскиваете?

Опрыскивание ядами широко распространено. К нему прибегали, и когда в этом не было никакой необходимости. Бывало так, заметив на деревце одну-две гусеницы, дачники вооружались ядами. Мне же не хотелось прибегать к химическим мерам борьбы, так как яды отравляют почву, растения и продукты, которое оно давало нам. К тому же персиковая тля недосягаема. Она хорошо защищена в скрюченных листиках. Да и что станет с птицами, живущими на дачном участке? А их было немало, славка, сорокопут, несколько пар скворцов, воробьи и даже трясогузочка. Что же делать? Конечно, проще всего уничтожить муравейник. Тогда на деревце начнут хозяйничать божьи коровки, златоглазки пожиратели тлей. Но выживать муравейники с этой территории, недавно занятой под сад жаль. Придет время, и муравьи принесут пользу, уничтожение насекомых вредителей.

Добыть в Институте Защиты растений личинок божьих коровок? Может быть, они уничтожат тлей, несмотря на бдительную охрану. И сейчас на веточках деревца сидели божьи коровки. Не смея приблизиться к пораженному листику, тщательно оберегаемому муравьями, они поджидали случайно отлучавшихся в сторону тлей и их поедали. В природе ныне мало тлей, и только в таких обороняемых муравьями, можно было кое-как прожить впроголодь до лучших времен. Выходит, муравьи, оказывая вред деревцу, косвенно приносили пользу. Вокруг их стола перебивались злейшие враги тлей — божьи коровки и только так переживали период тяжелой бескормицы. Об этом прежде как-то никто не подозревал. Действительно, кто поверит, что муравьи защитники врагов растения — тлей, оберегают от катастрофического вымирания их отъявленных врагов. Получалось же, так только тлей становилось много, муравьи переставали их опекать, им просто было не под силу заниматься охраной многочисленного племени, да и не к чему. Вот тогда, сохранившиеся враги тлей, божьи коровки, златоглазки и некоторые другие насекомые, неожиданно на обильной пище проявляли безудержную плодовитость, и в природе быстро устанавливалось равновесие между хищниками и их исконной добычей.

Личинкам божьих коровок, привезенным мною, не посчастливилось. Муравьи напали на них с ожесточением, изувечили многих острыми челюстями, прогнали. Надо было предпринимать что-то другое.

Прошло несколько дней. За это время тлей стало еще больше, и сильнее обезобразились концевые молодые листочки. Богатую ж добычу разведали многочисленные на участке мелкие черные муравьи Тапинома ерратика и переселились к самому деревцу. По его стволикам потянулись оживленные процессии. Как же муравьи куникулярии, такие большие в сравнении с тапиномами, сдали свои позиции, уступили место малышам? Оказывается, при встрече с ними старые сборщики тлевого молочка в панике отбегали в сторону: черные тапиномы обладали очень неприятным запахом. Теперь на деревце трудилось не более десятка куникулярий, соблюдая крайнюю осторожность и осмотрительность в отношениях с новыми хозяевами многочисленного стада тлей. Тогда, убедившись, что с муравьями не одолеть тлей, я пошел на хитрость. Достал большой кусок канифоли и бутылку технического касторового масла. Смешал размельченную канифоль с касторкой в равной пропорции и прокипятил. Получился так называемый мушиный клей: темно-коричневый, слегка прозрачный, немного похожий на свежеоткаченный из сотов мед. Добавил в него для запаха немного дегтя, обмазал смесью стволик персика. С каким недоумением теперь сталкивались муравьи с неожиданным препятствиям, как отскакивали в сторону, зачуяв неожиданный и крайне неприятный запах, вместо хорошо обозначенной муравьиной дорожки, указывающей путь и на дерево, и обратно к жилищу, сколько их скопилось у этой непроходимой черты сверху и снизу, какая поднялась неразбериха! В суматохе тапиномы сталкивались с муравьями куникуляриями и стремительно отскакивали друг от друга. Нашлось несколько смельчаков, которые решились пройтись по липкому кольцу. Но они тот час же увязли ногами и усиками, и, вздрагивая телом, погрузились в липкую массу клея. Остальные спешно искали обходных путей, бегали по веточкам. Но другого пути не было. Постепенно, те, кто находился на деревце поспрыгивали с него на землю, а кто пытались забраться на него, повернули обратно.