Заклинание для хамелеона - Пирс Энтони - Страница 176

Они осмотрели углубления. Растения торчали из каменных клумб, размещенных в каменном полу. Поковырявшись в земле около стеблей, приятели ничего особого не нашли, никакого тайного хода.

Но ниша, в которой возвышался кактус, казалась глубже остальных. Ниша уходила вглубь, в темноту. Там коридор!

Оставалось решить одно — как пройти мимо самого злющего из ксанфских растений? Ведь эти кактусы имели скверную привычку сначала палить иголками, а потом думать. Если бы какой-нибудь путане выпала удача вырасти рядом с кактусом, она бы, пожалуй, уступила первенство. Кентавр Честер, приятель Бинка, до сих пор носит на теле следы от колючек.

— Тут кое-кто хочет пройти. Может, пропустишь? — спросил Дор без особой надежды. При этом он осторожно подвинулся к нише.

Кактус выстрелил. Прямо ему в лицо! Дор успел наклониться, и колючка упала в воду. Тритон возмутился. Он не любил мусора в воде.

— Кактус сказал, что не пропустит, — перевел Гранди.

— И так понятно, — проворчал Дор.

Что же делать? Проплыть под кактусом нельзя. Уговорить невозможно. Пробраться мимо — пустые хлопоты!

— А может, обмотать его веревкой и вытащить? — неуверенно предложил Гранди.

— У нас нет веревки, — возразит Дор. — И не из чего ее сделать.

— Знаю я одного умельца. Из воды веревки вьет.

— Вот пусть этот умелей и проходит мимо кактуса, а нам это не по силам. И с веревкой, кстати, тоже ничего не выйдет. Кактус попросту расстреляет нас своими иголками.

— А мы бы его прямо в воду!

Дор хихикнул, но сразу взял себя в руки.

— А что-нибудь вроде щита можно придумать? — спросит он.

— Из чего придумать? То же, что и с веревкой. Кругом одни камни. Слушай, а вдруг наш кактус не любит купаться? Тогда можно его кропить…

— Ты не прав. Кактусы умеют обходиться без воды, но воду очень любят. Могут пить до бесконечности. Вода не принесет пользы, если… если не направить на кактус очень сильную струю, вымыть почву, обнажить корни…

— Но как это сделать?

— Без насоса ничего не выйдет, — вздохнул Дор. — С кактусом нам не справиться.

— Огненный дракон справился бы. Нам огонь не по вкусу, а уж растениям и подавно. Огонь лишает их иголок. Приходится отращивать новые, а на это уходит время. Но и огня у нас нет… Иногда я жалею, что ты не обладаешь каким-нибудь могучим талантом, например стенобитным. Или завораживающим, или замораживающим, или поджигающим…

— Тогда Хамфри попросту придумал бы другие преграды. Ведь он знает, с кем сражается. Тут не только волшебный талант нужен, а еще и ум.

— Умом колючку колючками колоться не отучишь, — промямлил Гранди. — Кактус — дурак, с ним не договоришься.

— Кактус — дурак, — проговорил Дор. Он явно что-то обдумывал. — Следовательно, понятное нам для него недоступно.

— Я тоже пока не совсем понимаю.

— Ты наделен переводческим даром. А язык кактусов знаешь?

— Знаю. Но какое отношение…

— Предположим, мы скажем, что несем с собой угрозу. Что мы, допустим, саламандры и сейчас его подожжем.

— Глупая затея. Кактус насторожится, выпустит иголки и убьет саламандр прежде, чем они приблизятся.

— Да, в самом деле. А если оставить огонь, но угрозу заменить скромной опасностью? Допустим, пожарник… Идет мимо. Внутри у пожарника, конечно, пожар, но все обойдется, если соблюдать правила противопожарной безопасности.

— И в самом деле неплохо, — согласился Гранди. — Но если не получится…

— …гибель, — закончил Дор. — Превратимся в подушечки для иголок…

Оба посмотрели в сторону рва. Тритон наблюдал за ними, не спуская глаз.

— Или в котлеты на вилке, — добавил Гранди, — Я — простой голем, ты — обыкновенный мальчишка. Мы не герои, мы не созданы для подобных приключений.

— Чем дольше мы здесь торчим, тем больше я боюсь, — согласился Дор. — Начнем же что-нибудь делать, а то я расплачусь, — добавил он и сразу пожалел.

Голем смерил взглядом кактус:

— Прежде, когда я был настоящим големом, этот колючий паршивец не мог причинить мне никакого вреда. Я был неживой и не чувствовал боли. Но теперь… страх мешает мне говорить.

— Решать буду я. И говорить. Король отправил в путь меня, а ты ни при чем. Зачем ты отправился со мной, зачем рискуешь?

— Чтобы помогать. Я же твой друг.

Гранди сказал совершеннейшую правду.

— Ладно. Будешь просто переводить кактусу мои слова.

Мальчик собрался с духом и медленно пошел в сторону зловещего иглоноса.

— Говори! — крикнул Гранди, заметив, что кактус уже изготовился стрелять колючками. — Скажи что-нибудь!

— Я… пожарник, — неуверенно начал Дор. — Я… я сделан из огня. Прикоснувшийся ко мне сгорит дотла. А это моя пожарская собака Гранди, очень злая. Я взял ее на всякий случай, но мы просто гуляем, жуем вспышки. Я люблю все жаркое.

Гранди поскреб ногами и посвистел, изображая ветер в колючках кактуса. Кактус вроде бы прислушался — колючки встревоженно затрепетали. Может, обман удастся?

— Мы просто гуляем, просто идем мимо, — продолжал мальчик, — Хлопоты нам не нужны. И мы не собираемся устраивать пожар, разве что совсем припечет, и иголки, когда горят, издают противное шипение и очень плохо пахнут. — Дор заметил, что иголки начали опускаться. Кактус поверил! — Мы хорошо относимся к кактусам, знающим свое место. Некоторые кактусы очень хорошие. Лучшие друзья Гранди — это кактусы. И Гранди любит… — Тут Дор понял, что заврался. Пожарские собаки и кактусы — что между ними общего? Пожарская собака может… причесать кактус струей огня! Об этом Дор решил умолчать и продолжил: — Гранди любит нюхать кактусовые цветочки, когда выходит на прогулку. Но колючки мы не любим нюхать. Колючки нас огорчают. А когда мы огорчаемся, то сразу раскаляемся. Раскаляемся, раскаляемся — и вспыхиваем. И тогда уж вспыхивает все вокруг… — Дор понял, что пережаривать, то есть пересаливать в этом вопросе не следует, чтобы не потерять доверие, — Но сейчас мы вовсе не собираемся вспыхивать, потому что знаем, что ты, кактус, нас не обидишь.

Кактус прижал иголки, позволяя приятелям пройти. Розыгрыш удался!

— Вкусные вспышки. Хочешь вспышку, кактус? — спросил Дор и протянул руку.

Кактус опасливо взвыл, ну совсем как путана, когда Хруп ткнул в нее пальцем. Дор прошел мимо и вошел в коридор. Но иголки были еще близко, поэтому он продолжал болтать. Если кактус догадается, что его обманули, гнев его будет страшен.

— Приятно было познакомиться, — трещал Дор. — Ума у тебя прямо палата. А то я тут недавно встретил одного, так он попытался меня уколоть. Я так рассердился, а когда сержусь, прямо аж весь вскипаю. Он меня уколол, а я как вскиплю, как вспыхну, как полечу назад, как сожгу все его иголки! Но сам бедолага, счастлив тебе сообщить, остался в целости и сохранности. Ему повезло, потому что день был пасмурный, дождливый, скажу прямо, день, так что он только снаружи слегка припекся, а то бы мог весь сгореть. Теперь просто не могу успокоиться. Ведь он случайно. Ну просто иголка сорвалась. Но я не умею тушить самого себя.

Он повернул за угол, где кактус уже не мог его достать, и в изнеможении прислонился к стенке.

Гранди закончил переводить.

— Такого вдохновенного лгуна я в жизни не встречал! — восхитился Гранди.

— Это я от страха, — признался Дор.

— Ну ничего. Все прошло отлично. Хохот меня так и распирал, но я помнил: если хоть улыбнусь — превращусь в ежика.

Дор вдруг понял — победу он одержал с помощью лжи. Правильно ли это? Ответив самому себе отрицательно, он решил впредь ложью не пользоваться. Ну разве что в самом крайнем случае. Но если вопрос нельзя разрешить честным путем, разумнее просто его оставить.

— Я и не подозревал, что во мне столько трусости, — сказал он, несколько изменив тему. — Наверняка и в старости не стану отважным.

— И я трус, еще какой! — как бы в утешение другу произнес Гранди. — Сколько живу на свете, никогда так не боялся.

— А вот и третье препятствие — самое худшее. Эх, быть бы великаном-силачом!