Хроники Мианора - Николаичева Екатерина Александровна - Страница 47

Вариантов его смерти было сразу несколько.

От клыков разъяренного Повелителя вампиров.

От двуручника в руках ушлого дроу.

От когтей на руках оскорбленной Анжелики.

От меча Мэй и Шэма.

От освободившегося магического дара Анадель.

От огненного шара Рига…

…Но ему досталась жизнь… пока.

Лед смотрел прямо в глаза герцогу и мило улыбался. Сарграр висел в воздухе, в трех метрах над полом: руки прижаты к телу, ноги вместе. Принц висел напротив. Все вышеупомянутые потенциальные убийцы герцога стояли внизу и в шоке смотрели на обоих.

— Лед! Ледоник! — напряженным голосом воззвал Эвариан, подбираясь к месту происшествия.

— Оставь его, чернокнижник! Не смей убивать! — возмущался Тисрок, один из Владетелей, дядя Сарграра.

— Смерть — это слишком просто, — равнодушно заметил Лед, а Сарграр панически задергался, пытаясь вырваться из магических тисков. Некромант в предвкушении улыбнулся, а маги-Владетели поняли, что ни демона не успевают. Зал накрыла тишина…

…На фоне которой где-то за дверьми раздался чей-то вопрос и стук падающих тел, а затем скрип, на который никто не обратил внимания, пока вошедший не заговорил.

— Так все-таки сегодня день бала! — раздался его жизнерадостный голос. — А я спрашиваю, спрашиваю — все молчат. Ты это, Лед, сильно не калечь бедняжку, мне с ним еще на поединке отплясывать.

Сарграр с воплем рухнул на пол, как ни странно, ничего не сломав. Шум падающих в обморок не смог заглушить мощного вопля обезумевших от радости друзей…

— Ну и?.. — каким-то уж слишком спокойным голосом поинтересовался Лед, когда за всеми желающими узнать подробности моего «воскрешения» закрылась дверь, а я поудобнее устроился на собственной кровати.

Я пожал плечами и внезапно наткнулся на какой-то непривычный, серьезный взгляд брата и поразился тому, насколько он повзрослел за время моей «смерти». Даже та битва с применением ледяной магии, о которой мне рассказывали, так на него не повлияла. Я нервно передернул плечами, отводя взгляд. И наткнулся на лежащие на столе яблоки! Ммм… ням-ням… Неделю ничего не ел!

— Ил, я понимаю, ты голоден, но, может, расскажешь, какого демона произошло?! — сорвался на вопль его высочество Ледоник Мианорский, а я от неожиданности выронил яблоко.

— Да ты не нервничай. И с демонами завязывай, а то я обижусь.

— Ил…

— Да понял я, по-нял! — тоже уже сорвался. — Хочешь поговорить серьезно? Ну давай, только потом не жалуйся. — Я тяжело вздохнул, сел прямо, взял в руки яблоко и стал рассказывать, глядя куда угодно, но только не в глаза Леда. Слишком мало в моей жизни было таких минут, когда я рассказывал о себе. Предпочитал либо промолчать, либо соврать. Вот и сейчас мне было тяжело говорить.

— Это началось гораздо раньше, чем ты можешь себе представить, Лед, гораздо раньше… Мне тогда было лет пять, а наш с тобой добрый папаша был жив и здоров, живее всех живых. Для меня он, естественно, не был никаким императором, а так, злобным некромантишкой, возомнившим из себя невесть что и сдуру решившим, что у меня есть Дар некромантии. Но до пяти лет я благополучно игнорировал все провокации к пробуждению этого дара… Как раз в то время что-то случилось в Мианоре, что-то, что вывело Ерэграла из себя, и он пришел в башню не в духе. Да-да, там, посреди Степи, стояла башня, в которой мы и обретались. По Степи же бродили бесхозные степняки и мертвяки. Да и других монстров хватало. Так вот, когда этот хмырь вернулся, то в башне меня не застал, как и всегда, впрочем. Именно там я научился взламывать замки и даже заклинания. Но в этот раз чаша терпения моего… пусть будет Учителя… Да, чаша терпения моего Учителя просто треснула, и весь яд, накопившийся в ней, просочился через множество трещин, кои не замедлили расшириться, когда он нашел меня праздно отдыхающим в травке. Несчастный день! День, который я запомнил на всю оставшуюся жизнь и который является мне перед глазами каждый раз, когда я вижу какого-нибудь некроманта. Нет-нет, не дергайся, к тебе это не относится. Когда мы только встретились с тобой, то общения с некро мне уже через край хватало. Но слушай дальше. Злой был Учитель, ой какой злой! Он просто схватил меня за шкирку и прошипел мне в лицо, что если Дар у меня есть — спасусь, а нет, так и подыхай, сопляк, так тебе и надо! И кинул меня десятке некрупных таких тварюг (это для взрослого). Гниды явно были полумертвыми, но голо-о-одными…

Лед, нервно сжав руки, попытался поймать мой взгляд, но я не дал, отвернувшись и подойдя к окну. — Не знаю, что там Учителю в голову стукнуло, но минуты через полторы, которые показались мне вечностью, вытащил мою окровавленную тушку из этой кучи озверевших тварей. Я был еще в сознании, но умирал. И даже дальнейшее лечение с помощью некромантии не помогло ни капли. Да и что лечение? Даже выздоровев, я остался бы калекой. Итак, часа через два я потерял сознание. — Я выкинул огрызок в окно, попутно сбив подозрительную пташку, слишком уж пристально за мной наблюдающую. — И тут-то и начинается вся эта милая любопытная история. Невероятным образом меня (мое сознание) выкинуло в некое пространство, которое я иначе как пустотой назвать не мог. А уж для тех моих пяти лет это было… жутковато. Тогда ко мне в первый раз в эту пустоту явился подозрительный тип, который начал читать лекции об охране здоровья и прочую ерунду. А потом стал нести вообще какой-то бред. Мол, может, ты сейчас согласишься? Я, не будь дурак, спросил на что. Всего одно слово в ответ — на жизнь. Забавно, не так ли? Но мой первый ответ был «нет». Я всерьез полагал, что от этого будет зависеть, выживу я или нет, посему мой ответ и прозвучал так. Не хотелось мне как-то обратно, к Учителю. Этот гад заржал и исчез, а на следующий день я очнулся, целый и невредимый. Так, как будто ничего этого и не было. Вот только было одно «но»: остались жуткие шрамы, которые, впрочем, тоже вскоре исчезли. Именно благодаря этому самому чудесному исцелению Ерэграл не стал убивать меня после, и лишь через два года ему пришло в голову проверить меня с помощью какого-то артефакта на наличие Дара… Он отсутствовал. Эффект был оглушительный. Правда, только для него. Но даже тогда ему не пришло в голову меня убить. А через три года, как раз во время смерти Ерэграла, я получил возможность сбежать. Но все это лишнее. Дело вот в чем: с тех самых пор, при любых смертельных ранах, стоило только мне потерять сознание, как я проваливался в пустоту и встречался там с неким типом, который постоянно задавал один и тот же вопрос одними и теми же словами. Вот так-то. А потом я очухивался живым и невредимым. Кстати, именно поэтому я выжил, когда один нехороший гоблин воткнул мне в грудную клетку ритуальную зубочистку. Да полно и других известных тебе примеров: тот же двуручник, коим наградил меня Ерэграл. А все это к тому, что буквально в этом месяце тип, ну который мне вопрос задавал, окончательно меня довел.

Он стал являться ко мне во снах! Ну не наглость ли? И я его огорошил. Согласился. Тип обрадовался, как сумасшедший, расцвел весь прямо. А потом меня разбудили. С твоим письмом, между прочим! И я решил, что ничего у этого типа не получилось. И расслабился. Да и немудрено: больше он ко мне не заявлялся, все было нормально. И тут… — Я спешно нащупал следующее яблоко, восьмое, кажется, — свалился я с башни. М-да… И попал опять в эту пустоту. Вот только на этот раз это была действительно пустота: никакими типами там и не пахло. Я просто сел и стал неизвестно чего ждать. Пару раз мне шепнули, мол, я должен все сделать сам, но демон… тьфу! Бездна меня задери, если бы я знал, что это значит! Короче, как я понял, тип явился в последний момент, ругался дико. Я так и не понял — как, на каком языке. Но это еще ничего. Я, значит, тоже не в духе был и потребовал от него объяснить, что это все значит. — Я замолчал, попутно сшибая уже восьмую пташку. Нет, ну какие упертые! Интересно, кто конкретно? — Ты готов выслушать? Ладно, все равно придется. Так вот… ты знаешь, кто твоя мать? То есть наша. — Сзади не раздалось ни звука. — Эльфийка? Ну-ну. Не знаю, была ли она эльфийкой раньше, но восемнадцать лет назад она точно была…