Звезда конструктора - Башун Виталий Михайлович - Страница 86

– Мо-ор!! Ваше величество! Как ты мог подумать! Кстати, я тебе уже высказывал свои подозрения. Клика герцога Субарского и великого мастера…

– Я знаю. И варвары тоже знают! Однако великий князь до сих пор не может поверить – скорее, не очень-то хочет, – что не мы стоим за всем этим. Теперь представляешь, что будет, если последний мужчина из рода Бахрийских погибнет, скажем так, традиционным способом: на охоте, от рук грабителей, утонет в кружке пива или повесится на чулках любимой девушки?! Мигом их притязания станут легитимными, и к ним присоединятся западные варвары и очень может быть – гоблины. Долго мы выстоим против таких сил?

– А если бы какая-нибудь случайность…

– От случайностей никто не застрахован. Ты их сам умеешь как создавать, так и предотвращать. За семейством неплотно, но приглядывали. До окончания парнем училища. Потом сочли это излишним. Впрочем, когда он тебе понадобился, ты ведь его нашел?

– Да, Мор. Нашел. Но буду откровенен, почти случайно…

– Ничего бы с ним не сделалось. При необходимости дочь могла бы притащить его на веревочке. Может быть. Я не очень хорошо знаю, как это делают эльфийки с женихами, но это все неважно. Я принял твой план именно потому, что он позволял решить сразу несколько задач самым благоприятным для нас образом. Не главной, но очень привлекательной выглядела возможность убить князя руками самих варваров и получить княжество в вечное владение! Да еще представить его варварам как вора, насильника и убийцу. Гаррад спутался с темными личностями, и вот результат. Ни-че-го не смог бы нам предъявить великий князь! Съел бы и не поморщился.

– Так что делать с Гаррадом, когда найдем?

– Пы-лин-ки сдувать. С ложечки кормить. В вату завернуть. Чтоб ни один волос… И к семье приставить надежную охрану. И чтобы все предельно вежливо. Ты понял?

– А может, поймаем, допросим, выжмем, где хранит запись, заставим забрать? Мы уже так делали, и не раз.

– Ни в коем случае! Я тебе плохо объяснил ситуацию с княжеством? Гаррад в настоящее время ценнее живой, нежели мертвый. Понимаешь, наконец?

– Да, ваше величество, – виновато склонил голову директор департамента охраны короны Ворбари зи Мерик, граф Глосский.

– Иди, Бари, работай. Если бы я не знал тебя с детства…

Директор ДОК направился к выходу, снова погрузившись в мысли о расследовании и на ходу бормоча:

– Демонова пентаграмма! Что же она означает?! Неужели эти шарлатаны были правы и что-то в этом есть?

Глава 26

Градорика

Вытащив спящую красавицу из пыльного и душного лабиринта храма, я бережно положил ее досыпать на мягкий мох и сам присел рядом отдышаться. К нашему счастью, нас не разнесло на микрочастицы во время перехода и не растворило в потоках магической энергии, хотя, следует признать, контуры структуры приемного портала едва дышали. В фигуральном смысле, конечно же. Спасибо древним жрецам – делали они свое дело фундаментально и на совесть. Тем не менее, прежде чем вылезать на поверхность, я потратил пару часов на то, чтобы вернуть порталу полную работоспособность. Раз уж случилась такая оказия, надо пользоваться моментом, да и пути отступления, не слишком близкие, но реальные, обязательно надо подготовить. Кто его знает, как у меня сложится на родине моей раскрасавицы? Вдруг придется бежать. Через границу далеко и ненадежно, а вот порталом, пожалуй, повеселее будет.

Честно признаться, об отношениях моей семьи с правящими домами Градорики я знал очень и очень мало. То, что рассказывал отец. А говорил он на эту тему крайне редко и соответственно моему возрасту – довольно-таки упрощенно. Дескать, мы как бы в составе Вильдории и в то же время – Градорики, а большей частью сами по себе. Два сильных государства нас поделить не могут, и нам, князьям Бахрийским, приходится так лавировать, чтобы ни те, ни другие целиком не съели. Или на кусочки не разодрали. Говорил еще про какой-то древний договор, копия которого хранится в домашнем сейфе. После его смерти мать сейф открыла, но договора почему-то не нашла. Как я понял, пропали еще какие-то бумаги, но что в них содержалось, выяснить не удалось. Фактически, был ли договор, не был, сказать трудно, а положение вассала короля Вильдории меня вполне устраивало.

Может, просто потому, что не с чем сравнивать? Однако как раз сейчас мне выпал шанс волей-неволей познакомиться поближе с чужой страной. Назад в лапы ДОК я не очень торопился и даже, честно сказать, не торопился вовсе, поскольку прикрытие из записи событий в доме варваров казалось мне довольно слабеньким. Всегда ведь можно представить дело как налет обычных разбойников, а откровения главаря – как попытку запугать убийц возможными карами со стороны могущественной организации. Нет уж. Сначала следует убедиться, что лев беззубый, а потом заталкивать ему в пасть свою голову. То есть отвести девушку домой, вернуться к порталу, поговорить с ювелиром, навестить-таки мать с сестренкой – стыдно признаться, но за суетой столичной жизни я ни разу даже не помыслил к ним съездить. То, что я при этом не прожигал жизнь в салонах, а упорно работал, чтобы в том числе и поддержать их материально, по большому счету не оправдывает мое невнимание. Письма письмами, а вживую повидаться все же надо.

– Где мы? Кто ты?!

О! Проснулась раскрасавица. Огромные голубые глаза смотрели на меня с долей испуга, но именно что с долей. Лю, молодец, хорошо постаралась, сгладив последствия стресса.

– Я – Гаррад. Я вытащил тебя из твоего дома, если помнишь. И сейчас мы с тобой в Градорике, в лесу. Судя по карте, которую я успел посмотреть перед… мнэ-э-э… нашим отбытием, столица находится к югу от нас, в семи днях пешего перехода. Ты ведь в столице живешь? Не знаю, как у вас тут развит транспорт, но на лошадях, наверное, быстрее.

– А почему ты сказал: «наверное»? – девушка уцепилась за последние слова, временно позабыв более существенные вопросы.

– Ну-у-у-у… стыдно признаться, но на лошадях я как-то не научился ездить.

– А почему? Это же так интересно!

– Ага! – во мне во весь рост поднялся, казалось бы, прочно позабытый голодный и нищий студент. – Тут на кусок хлеба хватило бы. Мать с сестренкой с утра до ночи работают, а я на лошадях буду красоваться. Знаешь, сколько стоит часик покататься?

Даже в те времена, когда был жив отец и в доме водились кое-какие деньги, верховых лошадей мы не держали. Отец считал, что это дорогостоящее развлечение для богатых бездельников и князю не пристало тратить время на подобное убивание времени, благо служить в кавалерии, как когда-то, теперь надобности не было. А раз так, то и нечего заниматься безделицей. С другой стороны, у него с матерью частенько возникали споры на тему моего воспитания. Отец, например, не препятствовал моему общению со сверстниками, детьми простолюдинов, не запрещал ходить к ним в гости и спокойно воспринимал мои отказы от обеда, поскольку меня уже накормили у друзей. Впрочем, не запрещал он также и мне приглашать в гости и кормить друзей. Не в обеденном зале, конечно, на кухне, но там было даже интереснее. Особенно под рассказы нашего повара, как и из чего приготовлено то, что мы уминали за обе щеки в данный момент. А рассказчиком наш повар был замечательным. Мне даже хотелось одно время пойти по его стопам.

Но это все детали. Мать высказывала опасения, что мои товарищи по играм научат меня плохому, а дурно воспитанный княжич – позор для семьи, на что отец обычно мягко возражал: дескать, если мы не способны воспитать сына, научить его отличать плохое от хорошего, то медяшка нам цена как родителям, а сыну придется в свое время встретить самых разных людей, и будущему князю наверняка будет очень полезно знать, чем живут и чем дышат его будущие подданные.

– Милая, ты пытаешься оградить ребенка от возможных бед путем запретов. Но это неверно. Не надо запрещать ему трогать нож, боясь, что дитя порежется. Наоборот, если он к нему тянется, дать ему опасный предмет в руки и научить пользоваться, тогда риск порезаться будет сведен к минимуму, как и притягательность запретного.