Саранча - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 69

На это господин Молодарчук ответствовал, что ни о каких «Арсах», «Бенаресах» и прочих фирмах он знать не знает и вообще генеральный директор «Зари» ошибся телефоном — он-де звонит в управление внутренних дел, а не в торговую палату.

— Ты бы лучше Спиридона словил, коммерсант, — сказал Санычев и напоследок прибавил словцо, столь крепкое, что даже ушки мента, приставленного по штату прослушивать все разговоры гендиректора, покраснели от смущения.

Засим Санычев набрал сотовый номер губернатора.

— Как — обанкротили? За тринадцать миллионов рублей? Я об этом ничего не знаю, — потрясся Жечков.

— А… ты не знаешь, е…ло зеленое, — сказал гендиректор и повесил трубку.

Тем временем «мерседес» с Ивяником и судебным приставом вновь показался перед проходной. На этот раз «мерседес» сопровождали два автобуса с ОМОНом и парочка телекамер,

Омоновцы остались в «Икарусах» с задернутыми шторками, а командир их, высокий увалистый мужик лет сорока, подошел к проходной и несколько смущенно стал объяснять, что его послали выполнить решение суда.

Временного управляющего опять-таки оставили за воротами, а командира ОМОНа провели в комнату отдыха в кабинете Санычева. Если не считать слетевшей со столика хрустальной вазочки с конфетами, комната отдыха выглядела вполне презентабельно. О кабинете этого нельзя было сказать. Ф-1 — граната солидная, и помещение живо напомнило командиру ОМОНа чеченский укрепленный пункт после дружеского визита федеральных войск.

— Видел? — хмуро поинтересовался Гаибов, когда они прошли в комнату отдыха.

— Видел.

— Вот это сделали дружки твоего управляющего.

Командир ОМОНа опустил глаза.

— Так что ж я могу сделать? — резонно спросил он. — У них решение суда. И потом, Ивяник настаивает…

— Еще бы он не настаивал, — усмехнулся Чердынский, — если он не попадет сюда, так его Колун зарезать велит, как предшественника…

— А решение суда незаконно, поскольку вынесено в отсутствие ответчика, — добавил Гаибов.

Командир ОМОНа задумчиво подвигал челюстью. Ему чрезвычайно не хотелось ввязываться в эту историю. История была тухлая, грязная, реакция губернатора на захват завода могла быть непредсказуемой… Хорошо Молодарчуку — он точно что-то с Колуна поимел за сегодняшни бенефис… Что же до командира ОМОНа, то он лично ничего Колуну не был должен, не считая двух совместных помывок в бане, и светиться на телеэкране и в газетах в качестве человека, который вышвыривал руководство завода с занимаемой площади, не собирался. Во всяком случае, до убедительных распоряжений начальства.

И вообще ему казалось несколько странным, что, вместо того чтобы брать Семку Колуна по приказу начальства, он по приказу этого же начальства берет для Семки Колуна лучший завод области.

— Ладно, — сказал командир, — вы там как-нибудь между собой договоритесь. А мои ребята покараулят на улице.

Судебный пристав Мария Голубкова тоже была допущена на завод. Там ее покормили и предоставили стол, на котором она и составила акт об отказе руководства завода от выполнения решений суда.

ОМОН был столь скудно представлен у ворот комбината потому, что с самого утра в городе шла тотальная зачистка местности, принадлежащей Спиридону.

Район Хаменка зачищали силами местных ОВД. Район «Вагонмаш» зачищали в основном с помощью налоговой полиции и санэпидстанции: начальство этих федеральных сил в городе Тарске было связано длительными дружескими отношениями с Семкой Колуном. Группу физической поддержки налоговой полиции обычно сопровождали один или два молодых человека в дорогих кожаных куртках и с короткой стрижкой. Это были люди Колуна.

Налоговая полиция входила в ресторан или магазинчик и клала всех вверх задницей, после чего начальник отряда и человек Колуна приглашали хозяина ресторанчика на собеседование. Собеседование продолжалось минут пять, после чего красный, но нетронутый хозяин сходил вниз, вслед за налоговиком, неспешно прячущим в карман белый конверт, и начальник отряда командовал своим:

— Отбой! По коням!

В двух или трех пограничных местах случились конфликты: китайский ресторанчик близ Тары закрылся и вывесил табличку: «Извините, у нас перерыв. Выясняют, чьи мы».

Налоговая полиция наезжала на точки под святым предлогом неуплаты налогов. Что же касается ментовки, то причина их визитов была общеизвестна и благородна: менты искали Спиридона. Историей о налете на «Зарю» начали свои передачи оба областных телеканала и городская радиостанция.

Спустя два часа один из замов Молодарчука заявил в интервью городскому телеканалу «Семь дней», что в ночной перестрелке на Поварской, в которой погиб наркоделец Марик Неделин и четверо молодых людей, подозреваемых в причастности к организованной преступности, тоже повинен Спиридон.

В одиннадцать утра менты, по просьбе гражданина Смельницкого, приходившегося сожителем гражданке Валентине Ивиковой, вскрыли квартиру Ивиковой и нашли в кухне ее труп. Со Спиридоном менты это происшествие не связали и тут же на месте арестовали гражданина Смельницкого.

К середине дня весь мелкий и средний Тарск знал, что Спиридон накрылся окончательно и бесповоротно.

Новость о банкротстве завода достигла губернаторского кабинета в пол-одиннадцатого. Жечков позвонил своему начальнику службы безопасности и велел тому разыскать Колуна.

— Он должен быть у меня в двенадцать, — сказал Жечков.

— В наручниках или без? — уточнил Кононов.

Губернатор предложение насчет наручников отверг, но выразился о Колуне крайне непечатно. После этого Жечков вызвал к себе председателя арбитражного суда и потребовал прекратить процесс банкротства. На что председатель ответил, что прекратить процесс никак нельзя, но это не беда: пусть все прочие кредиторы подают к «Заре» иски. Чай, не одному Колунову «Заря» должна. Поди, и у бюджета кое-что наберется, а не наберется — можно насчитать… Тогда Жечков потребовал, чтобы арбитражный суд снял Степу Ивяника и назначил временным управляющим «Зари» какого-нибудь областного человека, ну хоть главу региональной ФСФО «Федеральная служба финансового оздоровления, бывшая ФСДН (федеральная служба по делам о несостоятельности).», но получил ответ, что арбитражное законодательство процедуры снятия временного управляющего не предусматривает.